Призраки Эхо (СИ)

Брендан в одно касание, как оголодавший пес, заглотнул остаток стейка и, собрав посуду, уступил Кристин место, не забыв заговорщицки подмигнуть Пабло. Вскоре он присоединился к коллегам, чтобы узнать новости по поводу корабля. Судя по обрывкам разговоров, посадка звездолета прошла благополучно, и теперь горожане на полном серьезе обсуждали, какие ценные приобретения могут оказаться на борту. Точно береговые пираты Сен-Мало, они априори считали все дары космоса своей собственностью.
— Так что же, тренировка отменяется? — почти обиженно глянула Кристин, отбрасывая назад длинную золотистую прядь.
Пабло завороженно следил за каждым ее движением.
— Что вы, как можно? — горячо воскликнул он. — Я же обещал.
— Не знаю, вы чем-то расстроены. Это из-за корабля?
— Мы с Бренданом пока не привыкли, что Эхо — это всегда билет в один конец. Да и звездолеты жалко. Бороться с черной звездой, сохранить жизнь пилотам и пассажирам — и лишь затем, чтобы стать источником диковинок и запчастей.
На этот раз он говорил предельно искренне.
— На пустоши все равно не выжить, — нахмурилась Кристин. — Считайте, что груз звездолета и оборудование, — это плата за проживание в городе.
«И работу на руднике или горно-обогатительном комбинате», — добавил про себя Пабло.
— Неужели никто не пытался отсюда выбраться? — поинтересовался он уже вслух.
— Почему же?
Доктор Кристин вздохнула.
— Попытки были. Но все либо возвращались назад, либо их притягивала черная звезда. Я понимаю, жизнь в замкнутом пространстве Вас тяготит, а я другого мира и не знаю. Я, конечно, видела голограммы, на которых изображена зеленая трава, лес, сияющее солнце. Но я не могу себе представить целую равнину, заполненную деревьями, да и глаза привыкли к искусственному освещению.
— Но вы так замечательно плаваете, — сделал неловкий комплимент Пабло. — Неужели вам не тесно в здешнем бассейне?
— Разве у меня есть выбор? — печально улыбнулась Кристин.
Пабло подумал, что хотя он, возможно, никогда не увидит синего неба и света дня, но одно маленькое солнышко для него на этой планете зажглось, и он сделает все от него зависящее, чтобы поселившаяся под куполом концентрированная тьма не превратила это маленькое светило в холодный белый карлик.
Остаток рабочего дня Пабло честно пытался наладить диалог с пульсаром. В систему безопасности он больше не лез. Тем более что внедренной им программе требовалось время, чтобы просканировать все папки, а файлы, имеющие отношение к горно-обогатительному комбинату и другим предприятиям города, имели дополнительную кодировку. Единственная новость, до которой ему удалось добраться, касалась приземлившегося корабля. Служба безопасности получила первые спутниковые снимки, и Пабло с удивлением узнал «Нагльфар» — звездолет Саава Шварценберга.
— Это уже не космическая свалка, а какой-то клуб призраков прошлого, — прокомментировал он информацию Брендану, встретив товарища на выходе из лаборатории. — Мало нам было выжившего члена Совета директоров, теперь еще и старый пират объявился.
— Поделом ему! — сверкнул глазами Вундеркинд, вспоминая несколько недель плена в трюме «Нагльфара» вместе с другими школьниками и прогулку в лабиринт монстров. — Надеюсь, охотники устроят ему теплый прием.
Пабло тоже помнил экспедицию на Васуки, поиск не отмеченной на карте червоточины и штурм «Нагльфара» и захваченной «Ласточки». В конце концов, это именно он, воспользовавшись кодами Елены Лариной, тогда взломал систему безопасности пиратского корабля, и детей удалось освободить без жертв. Вот только ему вспоминались и другие события. И он пытался оставаться объективным.
— Благодаря показаниям Шварценберга в Совете Галактики, Васуки приобрела статус заповедника и независимого мира, — напомнил он. — Да и в событиях на Раване Саав принимал весьма активное участие. В конце концов, Рита Арсеньева, которой мы с Командором и еще сорок тысяч человек обязаны жизнью, прибыла на планету именно на «Нагльфаре».
— И Шварценберг получил за это кругленькую сумму, — закатил глаза Брендан. — Да и после эвакуации пленников не остался внакладе.
 
— Он один из лучших навигаторов галактики, — сам себе удивляясь, не сдавался Пабло. — А его корабль далеко не такая развалюха, какой кажется с первого взгляда.
— О ком идет речь?
Все-таки доктор Кристин, если и не занималась флаем, то точно проходила школу ниндзюцу. Вот уже второй раз за день она появилась совершенно неожиданно. С другой стороны, в коридорах и модулях сейчас было многолюдно. Сотрудники лабораторий заканчивали смену, снимали костюмы защиты, проходили контроль и спешили по своим делам. Кто-то шел вразвалочку пропустить с друзьями рюмочку популярного синтетика или сыграть партию-другую в голографические игры или трехмерные шахматы. Некоторые планировали совершить какие-то покупки, посетить врачей или пройти косметические процедуры. Кого-то в жилом секторе ждали жены, многие торопились забрать из школы детей. Впрочем, Пабло и Брендан сейчас особо и не таились. В конце концов, спасать пирата от охотников они не собирались и просто могли, как горожане, сделать ставки.
— Мы узнали, кому принадлежит приземлившийся сегодня на планету корабль, — без лишних недомолвок пояснил оператор сети. — И обсуждали, стоит ли предупреждать службу безопасности.
— В службе безопасности уже все знают, — отозвалась Кристин, с загадочной улыбкой, почти оценивающе рассматривая друзей.
— Неужто грязный пират и в треугольнике Эхо наследил? — удивился Брендан.
— Мы, конечно, живем здесь в полной изоляции от окружающего мира!
Тонкие ноздри Кристин задрожали, в голосе прозвучала обида.
— Но новости все-таки доходят до нас, пускай и не настолько быстро, как хотелось бы. Если я правильно поняла, Шварценберг — ваш старый приятель?
— Я бы так не сказал, — слегка смутился Пабло, несколько обескураженный ее вспышкой. — Хотя мы, конечно, знакомы. В любом случае, это не тот человек, которого я бы хотел рекомендовать молодой привлекательной девушке, — пытаясь свести все на шутку, добавил он.
— В таком случае, при встрече с грозным пиратом молодой привлекательной девушке стоит быть во всеоружии, — сменив гнев на милость, лукаво улыбнулась Кристин. — Если что, я готова к тренировке.
Они спустились в спортзал, где Пабло и Брендан для начала продемонстрировали Кристин и нескольким случайным зрителям показательный бой. Пабло выкладывался в полную силу, Вундеркинд пытался не уступать, но все-таки был повержен. Потом он сослался на неотложные дела, и Пабло пригласил Кристин на татами, перейдя непосредственно к спаррингу.
Девушка оказалась способной и понятливой ученицей. Основные движения и приемы она схватывала прямо на лету, а ее гибкость и реакция и вовсе заслуживали всяческих похвал. Однако уже через пятнадцать минут тренировки она заметно снизила темп и начала задыхаться. На лбу появилась испарина, а на лице проступило выражение мучительной обиды заведомо больного человека, который не желает признавать своего недуга. Пабло явно видел, что еще немного — и ее легкие просто не выдержат. Хотя и не мог понять, каким образом она проводит долгие, изнурительные заплывы и погружения в бассейне.
Следовало как-то спасать положение. Кристин, которая не желала сдаваться и едва не плакала, видя, что у нее не получается, в любой момент могла потерять сознание. Пабло, конечно, слышал досужие разговоры о том, что сомлевших красоток лучше всего приводит в чувство поцелуй, но это был не тот случай. Оставалось только пойти на хитрость.
 
Отрабатывая бросок через плечо, он в кувырке перелетел дальше, чем требовалось, и картинно растянулся на татами.
— Вам больно? — всполошилась Кристин.
— Пустяки, завтра пройдет, — кротко улыбнулся Пабло, старательно припадая на левую ногу. — Не ожидал от вас такого напора. Вы не против остаток вечера провести в кафе? А потом погулять в саду или на плантациях?
— Я сама хотела это предложить, — обрадовалась Кристин.