Новый Вавилон

Что он задумал? Каким волшебным способом собирается ускользнуть?
Он убил Тане Прао, значит, у него почти наверняка нет кода доступа, позволяющего телепортироваться на частное пространство или покинуть его. Ведь имей он код, не полез бы на канатную дорогу. Зачем часами сидеть в засаде на горе, поджидая жертву?
Стекло над головой Артема разлетелось. Проклятье!
Артем принялся стрелять наугад, пытаясь проанализировать ситуацию, и вывод был неутешительный: в прозрачной кабине он представляет собой идеальную мишень. Киллер может не торопясь прицелиться и, как только Артем перестанет слепо палить, сделать один точный выстрел.
Ми-Ча вернулась к Бабу через десять секунд с циновкой под мышкой и, не дав ему задать вопрос, объяснила:
— Ничего другого не нашла. Сплю на ней, если бывает лень раскидывать футон. Пошли!
Сенегалец ухмыльнулся:
— Приглашаешь на пикник?
— Шевелись, дурачина, не до шуток сейчас!
И она ткнула пальцем, указывая направление для телепортации.
Артем стрелял очередями в ту сторону, где укрылся Хан.
Десять секунд назад он там точно был, но мог откатиться под прикрытием снежного облака.
Кабина ползла еле-еле, ее стеклянные стенки — плохая защита от пуль. Выбора у Артема не было, роль мишени он играть не собирался, поэтому выпустил еще одну очередь, взметнув завесу из снега.
Пора.
Он прыгнул, даже не попытавшись прикинуть расстояние, отделявшее его от земли. Десять метров? Двадцать? Только бы не попасть на дерево или острый камень. Пуля просвистела у самого уха, лишь чудом не задев его.
Ааах!
От удара у него перехватило дыхание. Снег смягчил падение, но майору казалось, что грудная клетка превратилась в месиво, и все же он был жив. В какой стороне находится Хан, он уже не понимал. Майор ухватился за куст, приподнялся, нашел взглядом светлые здания гималайского курорта «Хайбер», выдохнул и поморщился от боли. Никто не стреляет — значит, интуиция его не обманула. Убийца карабкается вверх, к отелю.
— Мы в паре километров от курорта, — сказала Ми-Ча. — Ближе к частному пространству мерзавца Тане Прао подобраться невозможно.
Кореянка развернула циновку, прикинула на глаз длину заснеженной тропы. Около километра по крутому склону…
— И что из этого следует? — пробормотал Бабу, напуганный догадкой.
— А то, что мы проделаем этот путь, как в старые добрые времена, дедуля!
Ми-Ча села, приподняла передний край деревянного коврика.
— Устраивайся сзади!
— Только не это! — запротестовал Бабу.
— Не спорь! Ты вроде бы обожаешь ветхозаветные средства передвижения?
Диоп сдался, сел на циновку, и они заскользили вниз.
— Неееет…
Когда они разогнались, Бабу обхватил за талию Ми-Ча, вцепившуюся в приподнятый край циновки. На каждом бугорке их импровизированные сани взмывали вверх, но тут пришелся кстати немалый вес сенегальца. Они уже видели здание с высокими окнами в конце длинной и широкой белой дорожки, окаймленной елями, в которые надеялись не врезаться.
Артем полз по снегу, выставив перед собой оружие, но Хана по-прежнему не видел. Он привстал, прислушиваясь, готовый стрелять. Слева на снегу тянулись отчетливые следы. Сначала две линии, это шли два человека, побольше и поменьше, следы спускались от отеля и терялись в лесу. «Клеофея Луазель и Лилио де Кастро», — заключил майор. Чуть дальше он заметил третью линию следов, почти параллельную двум предыдущим, но эти следы поднимались к курорту.
Так и есть! Киллер намерен попасть в отель. Хан не стал преследовать его, не попытался убить, но воспользовался прыжком, чтобы уйти как можно дальше, пока полицейский приходит в себя.
Артем рискнул ускориться — пока он идет по следам Хана, ловушка ему не грозит. Может, убийца и имеет преимущество, но западню он подготовить просто не успел бы. Склон был крутой, однако майор не зря изводил себя тренировками каждое утро, преодолевая куда более трудные препятствия.
 
Он был уже метрах в ста от здания, мог различить открытые балконные двери и даже стол в помещении. Хан наверняка был внутри и, судя по всему, не думал о своем преследователе.
Артем поднялся и осторожно двинулся к входу, не опуская оружия. Он не мог понять, на что рассчитывает Хан. Неужели решил, что соперник погиб при прыжке из кабины? Или для него сейчас важнее что-то найти?
Майор увидел груду камней, за которой можно было спрятаться, как следует прицелиться, приказать Хану повернуться и — главное — не трогать телепортер. Телепортироваться он не сможет, и тем не менее…
Еще шаг.
Хан резко обернулся, словно почуял полицейского у себя за спиной, и выпустил всю обойму из какого-то длинноствольного оружия.
Артем успел среагировать и отпрыгнуть в сторону. Но не укрыться за камнями. Хан, находящийся в каких-то двадцати метрах, прицелился.
Промахнуться с такого расстояния невозможно.
«Игра окончена», — подумал майор Артем Акинис и посмотрел на горные вершины.
Вылетевший из-за деревьев болид несся прямо в стеклянные двери балкона. Раздался звон, в воздух взметнулось облако из снега и осколков, бамбуковая подстилка взлетела вверх, а два человека, ударившись о каркас балконных дверей, в одно мгновение оказались на ногах.
Бабу и Ми-Ча. Гигант и фея. Оба вооруженные.
— Прикройте меня! — крикнул майор и, оттолкнувшись от снега, в прыжке рванулся к отелю, стреляя на ходу.
Кабинет был пуст. Никого! Только летали бумаги, похожие на усталых белых птиц.
Полицейские обшаривали отель, но Хана нигде не было. Другая команда, облачившись в изотермические комбинезоны, выкапывала из-под снега трупы.
Через несколько часов предположение перешло в уверенность: Хан телепортировался.
Но как? Даже программисты Бюро не смогли взломать частное пространство. И действовал ли он в одиночку? Почему тогда не активировал свой телепортер раньше?
Потеряв всякую надежду обнаружить хоть какой-нибудь след, майор выпроводил оперативников из здания, остались только Бабу и Ми-Ча.
— Я проверил с помощью «Пангайи», только Тане Прао мог телепортироваться с этого частного пространства. Только он один. Ни подруга, ни семья, ни помощники. Никто.
— И что?
Ми-Ча взглянула на свое отражение в одном из уцелевших стекол и скривилась — ну и видок. Грязные легинсы, истерзанный пуловер, волосы дыбом. Обычно после бурных арестов Ми-Ча просила у шефа разрешения отлучиться на минуту-другую, чтобы сгонять домой и по-быстрому переодеться. Но сегодня не получится. Она закрыла глаза и представила, как исчезает и снова появляется, но уже прилично одетая и не с размазанной косметикой.
— Итак, что мы имеем? — заговорила она. — Хан либо гений, способный вывернуть наизнанку все известные правила квантовой телепортации, либо у него есть доступ к «Пангайе». Исключительный доступ, которого нет даже у элитных следователей Бюро криминальных расследований.
Артем молчал, размышляя. Бабу методично раскладывал листы, разлетевшиеся по кабинету.
— На что ты намекаешь, Ми-Ча? — спросил майор после паузы.
— Ни на что, просто подумалось, что Галилео Немрод, который любит твердить о неприступности базы «Пангайи», вряд ли обрадуется.
На этот раз скривился Артем, его не радовала перспектива свидания с президентом. Он ненавидел отчитываться. Ему неоднократно предлагали повышение, место в одном из управлений Департамента безопасности Всемирной Организации Перемещений. Он мог бы служить в отделе подозрительных исчезновений, в Дирекции финансово-коммерческих телепортаций, в Международном центре приема несовершеннолетних сирот, в Бюро по контролю за распространением наркотиков, но Артем неизменно отказывался. Он предпочитал работу «в поле». Да и кому в эпоху телепортации охота сидеть перед экраном компьютера и перебирать папки с делами?