Мой чужой дом

Джейн вкратце объяснила дальнейшие процессы, сообщив, что на этой неделе моя книга будет обсуждаться на совещании по приобретению прав.
– И мне зададут много вопросов, – сказала Джейн, – в том числе: какие еще задумки у вас есть.
На самом деле я выложилась целиком – в романе, в героях. Душой я до сих пор была с ними, опасаясь, что, стоит мне отвлечься на другое, как они захлопнут дверь.
  
– Поделитесь со мной перед совещанием хоть чем-то, – продолжала она. – Даже если идеи совсем сырые! Это очень помогло бы. Хватит одной-двух… Мы всегда смотрим вперед – надо представлять, как преподнести на книжном рынке ваш бренд.
Книжный рынок, приобретение прав, бренд… От волнения голова пошла кругом. Именно тогда в душе проклюнулся росток надежды: может, это начало взлета?
И вот я стою в туалете библиотеки, вытирая о джинсы взмокшие ладони. Глубоко вдыхаю, расправляю плечи.
– Здравствуйте, я Эль Филдинг, – с улыбкой говорю я зеркалу, разглядывая отражение.
Какого автора ожидает увидеть аудитория? Успешную женщину чуть за тридцать. С блестящей карьерой. Уверенную. Собранную. Счастливую.
Похожа я на такую? Интересно… Наклоняюсь ближе, всматриваюсь в зрачки, обрамленные темной радужкой, от которой расходится паутинка красных сосудов.
Я моргаю. Исчезни!
– Здравствуйте, я Эль Филдинг, – повторяю уже громче и жизнерадостнее. – Очень приятно, что меня пригласили… – И умолкаю на полуслове.
Позади слышится шум сливающейся из бачка воды. Щелкает задвижка, из кабинки выходит Мейв.
Ее глаза встречаются с моими в зеркале.
Я застигнута врасплох.
– Разогреваюсь перед выступлением, – оправдывающимся тоном бормочу я.
Мейв направляется к раковине, подставляет бледные руки под струю холодной воды, закрывает кран запястьем и промокает ладони бумажными полотенцами.
– Повторение – мать учения.
Ранее
Пусть ты не дома, я все равно ощущаю твое присутствие.
Следы повсюду. Недавно к рукаву моей рубашки прицепился твой волос. Карамельного оттенка. Когда рассматривала его на свету, оказалось, что у корня серебрится седина – неожиданно!
Или вот смятый листок-стикер в мусорной корзине с выведенной ручкой надписью: «Сосредоточься! Никакого Интернета!» Мои губы невольно расплываются в улыбке: верно, творческая работа требует строгой самодисциплины. Какой же это стресс – писать к сроку вторую книгу, книгу-шедевр…
А мы ее с нетерпением ждем.
Я хорошо помню знакомство с твоим дебютным романом. Он сразил меня наповал. Восхищало все: красота, искусность повествования, живой темп. Чистый восторг. Читаешь – не оторвешься.
На форзаце моего экземпляра ты оставила аккуратный петлеобразный автограф и поцелуй.
Мне посчастливилось побывать на одной из презентаций: к столу змеилась длинная очередь, ты склоняла голову над каждой книгой, и волосы спадали через плечо. Ты улыбалась, болтала с читателями, спрашивала, как их зовут, кому адресовать посвящение…
И лишь вблизи мне стало заметно, как трясутся под столом твои ноги.
 
Глава 8
 
Эль
 
Главное в романе – правда: необходимо видеть правду и писать правду.
 
Писательница Эль Филдинг
– Рада представить вам, – начинает Лора, обращаясь к аудитории, – нашу местную писательницу Эль Филдинг. Ее дебютный роман разошелся тиражом более полумиллиона экземпляров и был переведен на двенадцать языков.
Мой взгляд блуждает по набитому слушателями залу. Заняты все места, вдобавок у двери столпились опоздавшие, перекрывая выход.
Спокойно. Дышим ровно и улыбаемся.
Я пробегаю глазами лица в толпе… и сердце уходит в пятки: в первом ряду сидит Марк собственной персоной! Нога закинута на ногу, рука переброшена через спинку стула.
Какого черта он здесь делает?!
Я быстро отвожу взгляд.
– Однако Эль не только автор бестселлера! – продолжает речь Лора. – Если вы подпишетесь на ее страничку в «Фейсбуке», то узнаете, что она заядлый пловец и великолепный дизайнер интерьеров. Предупреждаю: рассматривание фотографий чревато воспалением зависти.
По залу пробегает смешок. На Марка и смотреть не надо – представляю его ухмылку.
– Если среди вас есть начинающие писатели… вроде меня, – хихикнув, добавляет Лора, – советую не пропускать видеотрансляции в «Фейсбуке» – раз в неделю Эль делится полезными литературными советами. – Она переводит дух. – Итак, не стану затягивать свою восторженную речь. Аплодисменты чудесной, невероятно талантливой Эль Филдинг!
Я выхожу и, поблагодарив Лору кивком, усаживаюсь за столик: передо мной мой роман и графин с водой. Аплодисменты стихают, пора доставать конспекты…
Конспектов нет.
Жаркой волной меня захлестывает паника.
Натянуто улыбаясь, я лихорадочно пролистываю страницы книги. Заметки лежали под обложкой, я проверяла сразу после прихода в библиотеку.
Кажется, что сердце стучит прямо о ребра. Без конспектов мне не справиться…
– Секундочку, – говорю я и, наклонившись, заглядываю под стол: вдруг листки выскользнули из книги на пол? Пусто.
Проверяю сумку. В сумке тоже ничего.
Я почти физически чувствую, как все таращатся мне в спину.
Когда я клала роман на стол, конспекты были на месте – это точно. Значит, их кто-то взял.
Я встаю из-за стола и смотрю в зал.
Неужели мои записи вытащили?
– Похоже, мои конспекты исчезли.
Марк с улыбкой глядит мне в глаза.
– Это вы их взяли? – Слова вырываются прежде, чем я успеваю прикусить язык.
Все внимание переключается на Марка.
Он недоуменно разводит руками.
– Конечно, нет.
Кто-то громко откашливается. Я оборачиваюсь на звук. Лора. Она вертит в руках подвеску ожерелья и слегка мне кивает, будто говоря: «Продолжай».
– Ладно, кому нужны эти записи? – роняю я как можно небрежнее, но, судя по выражениям лиц слушателей, выходит не очень.
Спокойно. Улыбаемся. Говорим размеренно.
Надо взять себя в руки. Выиграть хоть минутку на обдумывание.
– Откуда черпать вдохновение? – адресую я вопрос в зал.
На меня озадаченно смотрит пара сотен глаз. Наверное, не хватает контекста. Меня бросает в пот.
– Я… мне хотелось бы обсудить, откуда берутся сюжетные линии… и как их превращают в роман. Так откуда, по-вашему, авторы… или художники… или музыканты… или другие творческие люди черпают идеи?
По залу пробегает шепоток, будто слушатели обдумывают ответ. В первых рядах мгновенно взмывает рука. Тут и гадать не надо – Марк. Я медлю, ожидая, что руку поднимет кто-нибудь еще, но в конце концов вынуждена сказать:
– Слушаю вас.
– Из морского пейзажа за окном. – Толпа в предвкушении оживляется, а Марк неторопливо холодным тоном продолжает: – Я читал, что морские пейзажи развивают творческое мышление. И вообще вид моря положительно влияет на здоровье.
Я бормочу в ответ что-то невнятное. Сама даже не знаю что. Мне не хватает воздуха. Где же дверь? К несчастью, выход перекрыт группой слушателей в конце зала. Удушье усиливается, горло сводит спазм. Я задыхаюсь.
Все смотрят на меня, ждут каких-то слов – ведь перед ними Эль Филдинг, автор бестселлера. Однако я онемела. Успешная женщина испарилась.
– Возможно, – раздается голос из зала, – вдохновляют окружающие нас люди.
Фиона.
– Например, обрывок случайно услышанного разговора, – предполагает она, пытаясь меня спасти, – или занятная история, которую рассказал знакомый.
– Точно. – Я хватаюсь за мысль, как утопающий за соломинку, и снова нащупываю почву под ногами. – Вы абсолютно правы. Это похоже на искру. Сегодня я расскажу, что вдохновило меня на написание дебютного романа, а для начала зачитаю отрывок из книги.
  
Знакомый ритм слов возвращает голосу уверенность, меня больше не трясет. Я стараюсь говорить размеренно, контролируя дыхание. У меня все получится. Я выступала десятки раз в гораздо большей аудитории.