Теург (СИ)

Невольно поежилась. Я не видела его с того самого дня, когда оказалась в замке, и пока он прочно ассоциировался у меня с ужасом, который мне довелось испытать.
— Ну что вы, ярл Агвид! — захохотала Марта. — Вы же знаете, что я люблю только вас!
— Ох, Марта, я ведь могу и не удержаться! — проходя мимо, Агвид звонко шлепнул ладонью ей по мягкому месту.
Марта подскочила и захохотала еще сильнее:
— Осторожнее, ярл Агвид, у меня в руках тяжелый поднос! А что, если я нечаянно применю его в ответ?
— Ну, тогда мне конец, — Агвид сделал страшные глаза и сунул нос в кастрюлю.
— Что тут у тебя? Больно уж вкусно пахнет.
Поначалу мне показалось, что Агвид меня не заметил. Но я ошиблась.
— Принцесса Фелина, прошу простить мне мое невнимание, — он повернулся ко мне и картинно взмахнул плащом, подметая носки сапог. В сияющих карих глазах плясали веселые бесенята.
Наблюдая предыдущую сцену, я расслабилась и не смогла удержаться от улыбки. И сейчас так и сидела с глупой улыбкой на лице. Ох, не стоило мне так радостно встречать его.
Интересно, как мне к нему обращаться? В прошлый раз он разыгрывал коварного рабовладельца, а сейчас рассыпается в реверансах. Вряд ли он заслуживает с моей стороны обращения более уважительного, чем его брат. Он тоже враг и не сделал ничего такого, за что я могла бы его уважать.
— Здравствуй, Агвид, — обращение прозвучало, словно мы знакомы уйму лет. — Вижу, ты куда-то собрался? Наконец-то домой? — понимая, что с таким, как он лучше дружить, чем враждовать, я все же не смогла удержаться от колкости.
— Сожалею, милая леди. Вам еще придется потерпеть какое-то время мое присутствие. — Агвид веселился вовсю. — А сегодня я вынужден на весь день прихватить с собой вашего любимого хозяина, что вас немало огорчит, я полагаю. О, чуть не забыл, он интересовался, как вы себя чувствуете?
— Передай — как молодая травка по весне! — его веселье раздражало, тем более потому, что я не понимала его причин. Агвид представлялся мне коварным, опасным и не заслуживающим доверия. Почему-то хотелось немедленно прекратить этот разговор и убежать. И я искренне удивлялась, почему Марта испытывает к нему такую откровенную симпатию.
— Куса — а–ачая, — задумчиво протянул Агвид, окидывая меня оценивающим взглядом. — Чую, нелегко придется моему братцу, ой нелегко!
Вот не нравится мне все это. Почему я не могу общаться с ними нормально? И что, спрашивается, им остается делать, если собеседник откровенно нарывается? Я чувствовала себя маленькой собачкой, огрызающейся на стаю волков, но остановиться уже не могла:
— Полагаю, ты очень спешишь, поэтому не смею задерживать, — легким кивком головы я весьма нелюбезно указала на дверь, призывая его выметаться.
— Вот говорил я ему — зря! Зря ты даешь ей столько свободы! Женщина никогда этого не оценит! Чем больше вам даешь — тем больше вам нужно! — деланно посокрушался Агвид. — Жаль, что Теург так редко слушает меня.
— Вряд ли ты вправе критиковать решения своего короля.
— Кстати, этот самый король весьма нелестно отзывался о ваших талантах служанки! — не остался в долгу Агвид. — Говорит, вы плохо справляетесь со своими обязанностями.
— Это неправда, — поспешила защитить меня Марта. — Леди Фелина исполнительна и быстро всему учится.
Ох, лучше бы она молчала! Все это прозвучало настолько двусмысленно, что я вся залилась краской! Марта, конечно же, ничего не поняла, зато понял Агвид.
— Я так и думал, — захохотал он. — Вам достался опытный учитель!
Это было уже слишком! Резко выскочив из-за стола, я повалила скамью, и, полыхая праведным негодованием, направилась к выходу. Но Агвид схватил меня за руку:
— Леди Фелина! Я был непозволительно дерзок! Нижайше умоляю простить меня, — подняв брови «домиком», он обрушил на меня обезоруживающе — чарующий взгляд. Взгляд, не позволяющий ни одной женщине остаться равнодушной, заставляя киселем разливаться у ног его обладателя. Интонация так же не оставляла ни малейшего сомнения в его искренности. Вот ведь артист! — Не в моих правилах на подобной ноте расставаться с женщиной, — продолжил он, — поэтому в качестве извинения прошу принять от меня небольшой подарок, — Агвид потянул меня к двери.
 
Я растерялась. Идти с ним было страшно, и я в ужасе покосилась на Марту, но та лишь одобрительно кивнула в знак согласия, ее глаза не излучали ни сомнения, ни страха.
Посомневавшись, я последовала за ним. В конце концов, трусить в присутствии прислуги неприлично, равно как и не хочется нарываться на его новые шуточки. Сделала шаг — иди дальше.
Агвид тянул меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Поднявшись по ней, я увидела длинный заброшенный коридор.
Пыльные ковры, устилавшие пол, со временем утратили свои узоры и сейчас было невозможно понять, какого они были цвета. Двери, ведущие в боковые комнаты, отсутствовали и зияли черными проемами, открывая моему взору полуразрушенные стены, поломанную мебель и разбитые витражи окон.
Вдоль коридора выстроились искусно вырезанные из светлого камня статуи античных богов. Вот Аполлон, покоряющий красотой, Афродита — богиня любви, воинственная Афина. Невероятно! Я не могла оторвать от них глаз. Да чей же это замок? Кто построил его здесь, на диких землях племени данов?
Двери на одной из комнат сохранились. Они были приоткрыты, и пробивавшийся в щель тонкой полоской солнечный свет струился по пыльной дорожке коридора. Агвид надавил плечом на массивную дверь, заставляя ее поддаться и приоткрыться шире.
— Прошу вас, леди, — тихим голосом пригласил он, — полагаю, это скрасит вынужденное время пребывания у нас в гостях. Я сожалею, что Теург не догадался сам показать вам это место, куда более подходящее такой девушке как вы, нежели кухня или комната прислуги. И, смею надеяться, я прощен.
Я ахнула! Библиотека! Просторная комната сияла уютом и чистотой. Вдоль стен и еще в несколько длинных параллельных рядов тянулись стеллажи высотой под потолок. Они были сплошь заставлены разнообразными свитками и книгами. Библиотека была огромной! Чья она? Как получилось, что уцелела? Ведь очевидно, что у врага, разрушившего замок, не поднялась рука уничтожить такое великолепие!
Витражи и решетки на стеклах были целы и сияли начищенным блеском. Гардины из дорогой золотой парчи украшали стены и обрамляли витражные окна. За библиотекой следили и ухаживали. Объятая восторгом от увиденного, я обернулась к Агвиду, чтобы поблагодарить, но он испарился, бесшумно, словно тень.
Осторожно ступая по каменному полу, я приблизилась к небольшому столику у окна. Начищенный до блеска, он сиял в окружении двух мягких, обитых персидскими тканями, диванчиков. Несколько кованых подсвечников и ваза с поздними осенними цветами дополняли тихую атмосферу уютного уголка.
Восторженно вздохнув, я подняла свиток со стола. Приятно шурша, тот развернулся.
— Кто здесь? — скрипучий тихий голос за стеллажами заставил меня вздрогнуть. Не ожидала, что здесь кто-то есть.
— Это ты, Аурелия? Я не хочу есть, оставь на столе.
— Нет… Здравствуйте… — я растерялась.
Шаркая ногами, из-за стеллажа выполз древний, поеденный молью старик. Сутулясь, он взглянул на меня исподлобья. Длинный черный балахон на нем был перехвачен веревочным пояском, а богатая белая борода доставала почти до колен.
— О, у нас гости, — улыбнулся он беззубым ртом. — Тогда надо бы принарядиться.
Старик вернулся за стеллаж, и снова вышел оттуда уже в серой войлочной шапочке, безрукавке из меха лисы и таких же пушистых ботах. Тот факт, что он посчитал это нарядным и его вид в целом заставили меня с умилением улыбнуться.
— Приветствую вас в моих скромных пенатах, — усмехнулся он и прошаркал поближе ко мне. — Дай-ка рассмотрю, кто у нас гостит. Близоруко щурясь, он вгляделся в мое лицо, поцокал языком и сообщил:
— Не признаю и не припоминаю.
— Простите, — опомнилась я, стараясь не обидеть пожилого человека. — Я здесь впервые, меня не предупредили, что здесь кто-то есть, я не хотела вас потревожить.