Королева Роккетти

Она вздохнула, выглядя усталой. «Я знаю, София. Я знаю."
Я изо всех сил пыталась представить, как Тото Грозный отреагирует на эту новость. Он не проявлял особого интереса к Данте, и все его внимание к сыновьям зависело от того, насколько ему скучно. Был бы он зол? Он бы согласился с этим? Не то чтобы у Роккетти не было других бегающих внебрачных детей.
«Он может быть взволнован», - предположила я, но слова не оправдались.
Айслинг посмотрела на меня так, будто оценила усилия. «Да, может быть», - пробормотала она. «Но отца Норы не был, так что посмотрим».
Я взглянула на Нору, которая все еще развлекала Данте. Двое казались довольными. "Вы были ..."
"Замужем?" Она смеялась. «Нет. Я никогда не был замужем. Такие женщины, как я, не выходят замуж ».
Я покраснела. «Я уверена, что Тото все равно позаботится о тебе». Нет, не была, и мой тон ясно дал это понять.
«Я могу позаботиться о себе», - заверила меня Айслинг. "Все будет хорошо. Скоро я ему надоем, и меня соблазнит другой мафиози, который хочет хорошо провести время вне его брака».
«Ты могла бы прийти на работу ко мне» , - сказала я, прежде чем даже успел обдумать свое предложение. «При поддержке Роккетти Альцгеймера. Будь моим помощником или что-то в этом роде. Ты бы получала зарплату, получала пособие».
Она выглядела тронутой, но опечаленной. «Я не могу. Мне не суждено быть на этой стороне ».
Так было со многими любовницами, и я бросила эту тему, не желая слышать ничего, что могло бы потенциально навредить ей. «Что ж, если вам двоим что-нибудь понадобится, просто дайте мне знать».
Айслинг наклонила  голову в знак благодарности. Когда мы заканчивали, она поймала меня за запястье и сказала: «Это не мое дело ... но ...»
«Мм? Что такое?"
Она закусила губу. «Ты ... знаешь, что случилось с Дантой?»
Вопрос меня удивил. «Я бы подумала, что ты знаешь больше меня. Вы с Тото спите в постели ».
«Он мне такого не говорит».
Тогда о чем ты говоришь? Я хотела спросить.
«Полагаю, я знаю то, что знают все, - сказала я. «Она сбежала с кем-то, кто не был ее мужем, и ее больше никогда не видели. Ходит много слухов, но ни одному из них нет никаких доказательств ... »
«Какие слухи?» Зеленые глаза Айслинга, казалось, заблестели от любопытства.
«Эээ, не самые лучшие». Сказать ей, что мой свекор мог убить свою жену? Айслинг не была глуп, но держал ей в темноте было плохо . «Ну, Дита - экономка моего отца - сказала, что сбежала с французом, но Нина Дженовезе считает, что все это было всего лишь предположением, и, ну, Тото убил ее за это».
Айслинг не выглядел испуганной. Я предположила, что она, вероятно, слышала и похуже во время своего общения с мафией. "Во что ты веришь?"
Я вспомнил картину Данты, как ее глаза были жестоко вычеркнуты, и слова «КРОВАЯ ШЛАВА» были нацарапаны у нее на лбу. Было ли это поведение человека, который убьет свою жену? Тото не был известен своей способностью быть разумным, так что я думала, что он убил Данту?
Я не поверила, что он убил Данту.
Айслинг заметил мое выражение лица и глубоко вздохнул. «Это все просто предположения». Она звучала так, будто пыталась убедить себя больше, чем меня. «Он никогда не давал мне повода думать, что может причинить мне боль».
В самом деле? Я хотел рассмеяться, но сдержался. «Ты не замужем, так что, может быть ...»
«Он будет со мной мягче, если я сбегу с французом?» На ее лице промелькнул легкий юмор. «Какое облегчение».
Я заставила себя рассмеяться. «Просто держись подальше от Корсиканского Союза», - пошутила я, но это не удалось.
«Я действительно пытаюсь», - размышляла она. Затем выражение ее лица немного посерьезнело. «Сэзан ... Сэзан вернулась в Союз».
«Это лучше, чем быть убитой».
Айслинг согласно кивнула.
Мой телефон зазвонил, и я быстро взглянул на него. Это было от Елены, которая сообщила мне, что до свадьбы осталось несколько часов, и она позвонит мне, когда сможет.
«Елена?» - спросила Айслинг, увидев мое выражение лица.
  
"Да. Сегодня она выходит замуж ». Я набрала свой ответ, стараясь звучать как можно более утешительно.
«Я жилав в Нью- Йорке с Фиачис в течение нескольких лет, - сказала Айслинг, - и они никогда не говорили плохого слова о Фальконе».
Я оценила ее попытку подбодрить меня, но вместо этого спросил: «Ты жила в Нью- Йорке ?»
«Когда я впервые приехала в Штаты, - сказала она. «Я была чуть старше девятнадцати».
Мой желудок свело судорогой при мысли о юном Айслинг в руках ирландской мафии, в одиночестве и без защиты. «Ты была ...?»
"Любовница?" Похоже, ее не расстроил вопрос. "Конечно. Это все, чему меня когда-либо учили ».
"Есть обучение ?"
Айслинг улыбнулась. «Тебя учили быть женой, не так ли? Полагаю, мое обучение было немного менее католическим, чем твое, но да, обучение было необходимо.
«Кто тебя тренировал?»
«Моя мать », - сказала она. «Она всю жизнь была любовницей, как и моя бабушка. Мы не умны и не богаты, но красивы. Она всегда так говорила.
Я посмотрел на Нору, которая сейчас читала Данте.
«Нора не собирается продолжать женское наследие Шилдрик», - тихо сказала Айслинг. «Она собирается поступить в колледж, стать кем-то и зарабатывать собственные деньги. Не быть игрушкой для какого-нибудь богатого человека.»
Несмотря на ее слова, в ее тоне не было горечи. Она звучала решительно по отношению к дочери, но более восприимчивой к своей роли в жизни. Похоже, Айслинг была любовницей всю свою сознательную жизнь. Возможно, она потеряла надежду, что для нее есть что-то еще.
Я сжала ее руку. «Ей повезло с тобой».
На ее лице промелькнуло удивление, щеки покраснели. Вместо того чтобы что-то сказать, она в знак благодарности склонила голову.
Я снова посмотрела на Нору, точную копию ее матери с ярким будущим впереди. Она объясняла Данте, что такое атом. Мой сын выглядел очень заинтересованным, глядя, как ее рыжие волосы развеваются, пока она говорила.
Я снова повернулся к Айслинг, красивой и самоотверженной.
Я подумала, что если мой тесть причинит боль любой из этих девочек, я его убью.
Когда я вернулся домой, я была удивлена, обнаружив возле своего дома Кьяру ди Тралья. Она шагнула ко мне, когда машина подъехала к подъездной дорожке.
«Вы хотите, чтобы я сказал ей уйти?» - спросил Оскуро.
Я покачала головой, вздохнув: «Нет».
Я даже не вытащила Данте из автокресла, когда она подошла. "Вы что-нибудь слышали?" она спросила.
Я держала сына, закутывая его, чтобы защитить от ноябрьского холода. «Нет, не слышала», - ласково сказал я ей. «Как насчет того, чтобы зайти внутрь и выпить чаю?»
Кьяра в гневе стиснула зубы, но приняла мое приглашение.
Данте дремал на своем подпрыгивающем сиденье, а мы с Кьярой сидели в гостиной, и никто из нас не двинулся к чаю с печеньем.
«Аделасия где-то там, одна и беременна», - проговорила Кьяра. «Вашей семье не удалось ее найти». Резкость на ее тон заставил меня прикусить мои слова, но сохранить мое лицо приятным.
"Мы делаем-"
«Вы делаете все, что можете. Сохрани это, - огрызнулась она. «Я все это слышал. И все же Аделасия все еще пропала, и наша семья все еще страдает ».
Я слегка отступила. « Кьяра, - сказала я ровным голосом, - я понимаю, что ты расстроена, но ты не будешь говорить со мной таким образом. Когда я говорю вам: «Мы делаем все возможное, чтобы найти вашу заблудшую племянницу», - вы должны мне поверить ».
Глаза Кьяры вспыхнули. «Без ди Тральяса Наряд был бы ничем», - резко сказала она. "Ничем."
Ди Tральяс действительно составляли большую часть Наряда. Из всех семей они были безусловно самыми многочисленными.
«Репутация нашей семьи испорчена. Теперь наши дочери - парии для брака, а наши сыновья вряд ли станут мужчинами ».
«Мне очень жаль, что репутация вашей семьи сильно пострадала», - сказала я. «Особенно в такой респектабельной семье, как твоя собственная».