Мой пленник, моя жизнь
Сейчас я украдкой любовалась супругом: светло-русыми волосами, которые напоминали золото колосьев и ложились мягкими волнами; благородным профилем, большими синими глазами, губами, которые так сладко было целовать. И почему я не могла любить Лео так сильно, как он того заслуживает? Когда задала этот вопрос нянюшке за несколько дней до свадьбы, та ответила, что брак строится не на любви, а на взаимоуважении и теплоте между супругами. Взаимоуважение между нами было всегда, но иногда думалось – а бывает ли иначе? Или это выдумки? Сказки?
– О чем ты задумалась с таким лицом, Эмми? – Лео осторожно убрал с моего лба непослушный каштановый локон, который так и норовил выбиться из прически, какие заколки ни используй.
– О том, что нас ждет, – чуть-чуть слукавила я. – Все-таки война… Так страшно!
– Пусть боится Изельгард, – ответил муж. – А мы вернемся с победой.
– Мне бы твою уверенность, – вздохнула я украдкой. – Прошлая война лишила нас отцов, что будет теперь?
– Теперь все будет хорошо, Эмми, – пообещал Лео. – Поверь.
– Тебе – верю, – ответила я супругу и прижалась к сильному, надежному плечу.
А вдали, наконец, показался королевский лагерь. Сам король Илверт пока не вступал в бой, собирая армию, и войну можно было назвать не военными действиями, а разведкой боем, но все понимали: основные сражения начнутся со дня на день. Экипаж подъехал к заставе солдат, и мы с Лео наконец-то ступили на твердую землю.
– Капитан Эйш! – радостно приветствовали мужа солдаты. – Лери Эйш.
Это уже мне. Лери – так обращались в Литонии к замужним женщинам.
– Здравствуйте, Сандер, Аус, – ответил Лео. – Проводите меня к его величеству?
– Да, вас давно ждут.
Но до королевского шатра мы дошли не сразу.
– Лео! Эмми! – раздался радостный возглас, и на нас налетел маленький вихрь.
– Здравствуй, Илли. – Леонард крепко обнял младшую сестру, а златокосая Илли повисла у него на шее, не стесняясь солдат. – Давно не виделись, сестренка.
– Если бы не война, и вовсе бы не свиделись, – обиженно заметила та. – Но иди, тебя ждет король. Не заставляй его величество гневаться, а мы с Эмми пока поболтаем.
Илли сжала мою ладонь и увлекла за собой. Илмара, как было полное имя моей золовки, обладала редчайшим магическим даром предвидения, поэтому король и берег ее как зеницу ока. И именно по этой причине двадцатилетняя девушка, вместо того чтобы искать подходящего супруга, сейчас находилась в военном лагере.
– Целый год, – щебетала она, увлекая меня к отдельному желтому шатру. – Целый год мы не виделись, Эмми. Ты так редко мне писала!
– Прости, Илли. Не всегда хватало времени, – пыталась оправдаться я.
– Да-да, я понимаю. Семейная жизнь и все такое. Непросто быть хозяйкой Эйшвила, да?
– Непросто, – признала я. – Если честно, не ожидала увидеть тебя здесь.
– Почему же? Его величеству нужен мой дар на поле боя. Нам даже удалось высчитать дату начала вражеской атаки. Но давай не будем о войне. Идем!
В шатре было гораздо теплее, чем снаружи. Мы с Илли расселись на подушках, а я оглядывалась по сторонам, изучая нехитрую обстановку: походную кровать, застеленную тонким одеялом, низенький столик с письменными принадлежностями, небольшой сундук с одеждой.
– Как думаешь, мы победим? – спросила я у Илли.
– Конечно, – кивнула та. – Иначе и быть не может. Поверь, мы проверяли неоднократно. На этот раз Изельгарду придется уйти с наших земель. Ты так похорошела, Эмми. Морской воздух идет тебе на пользу.
Да, первые три года мы с Лео жили в столице, король не желал его отпускать со службы. И лишь полтора года назад удалось выпросить разрешение перебраться в Эйшвил. Я сразу полюбила это место: нависший над бурлящим, бушующим морем замок, больше напоминающий крепость, горную гряду, за которую на закате пряталось солнце. Волшебный край! Суровый и прекрасный.
– Замечталась? – рассмеялась Илли.
– Немного, – признала я. – Послушай, ты не могла бы взглянуть… Ну, ты понимаешь, о чем я.
– О детках? – тут же уловила Илли. – Конечно, дорогая. Дай только настроиться.
Она взяла меня за руку и закрыла глаза, тихонько запела, раскачиваясь из стороны в сторону, а затем светло улыбнулась.
– Вижу тебя с младенцем на руках, – сказала она. – Это мальчик. Точно, мальчик. Все будет хорошо, Эмми.
Но затем лицо ее вдруг помрачнело.
– Что такое? – испугалась я. – Что-то с ребенком?
– Нет, с ребенком все хорошо. – Илли открыла глаза. – Вот только мужчина рядом с тобой… Он пугает меня, и это не Лео.
– Как это, не Лео? – Я уставилась на подругу.
Илли отпустила мою руку и устало потерла глаза. Наверное, не стоило просить ее тратить дар на меня, когда он нужен Литонии.
– На нем черная форма Изельгарда, – сказала подруга задумчиво. – Он стоял за твоей спиной и смотрел на тебя так… На меня никто и никогда так не смотрел. Но…
– Что? Говори, Илли! – Я едва не подпрыгивала.
– Я часто вижу этого человека во сне. Может, поэтому он и показался мне рядом с тобой? Иногда даже, кажется, он преследует меня.
– И что же тебе снится, Илли? – спросила с замиранием сердца.
– Он стоит и смотрит, как я умираю.
Внутри все похолодело. Ей ведь никогда и ничего не снится просто так!
– Тебе стоило бы держаться подальше отсюда, – сказала я золовке.
– Думаешь, Илверт справится без меня? – спросила она с грустной улыбкой. – Нет, Эмми. Я не стану бегать от судьбы. Даже если эта война станет последним событием в моей жизни.
Я украдкой вздохнула. Илли любила Илверта, вот и весь ответ. И если бы король позвал ее с собой на край света, она бы пошла. Глупая, наивная девочка. Все ведь понимали, что Илверту нужен лишь ее дар. Все, кроме Илли. Хотя, возможно, понимала и она, но не желала принять этот факт. Лео беспокоился. Все-таки он остался старшим в семье, когда погиб отец, и на его плечи легла забота о матери, а также об Айке – брате-близнеце Илли и о ней самой. Но Илмара всегда была упрямой и, когда мы уехали, осталась в столице, чтобы не разлучаться с Илвертом. Может, это и есть она, любовь?
– Ты говорила королю о своих снах? – спросила я.
– Нет, конечно, нет.
Другого ответа и не ожидала. Конечно! Зачем беспокоить его величество? Лучше переживать самой. Но эти сны напугали меня.
– И давно тебе снится тот мужчина в форме?
– Около месяца. – Илли пожала плечами. – С тех пор как Илверт решил объявить войну Изельгарду. Думаю, сны вызваны именно этим. Я подсознательно боюсь изельгардцев после гибели отца, вот и снится…
– А как он выглядит? – допытывалась я.
– Темные волосы. Короткие, едва прикрывают шею. Очень смуглая кожа, как от солнца. Шрам на лбу, вот тут. – Девушка показала чуть выше брови. – И глаза, черные-черные.
– У изельгардцев светлые глаза. – Я рассмеялась, стараясь скрыть страх.
– А у него – нет, – настаивала Илли. – Но я даже не думаю, что он существует, Эмми. Это страх, всего лишь страх.
Да, теперь она напугала и меня. Я решила сменить тему. Рассказывала, как поживают матушка Илли и Айк. Описывала нововведения в Эйшвиле. Говорила о чем угодно, лишь бы не упоминать о ее странных снах и видении. Но если Илмара ошибается и этот мужчина не воплощение ее страха, это могло означать только одно – Литония падет. Потому что солдату Изельгарда нечего делать рядом со мной, ни при каких обстоятельствах. И теперь внутри все сжималось от ужаса. А когда в шатер вошел Лео, я кинулась ему навстречу, прижалась всем телом и замерла.
– Что такое, Эмми? – удивленно спросил он. – Что-то не так?
– Нет, все отлично. – Улыбнуться удалось с трудом. – Ты долго. Я соскучилась.
– Когда только успела?
Но муж выглядел довольным. Он обнял меня, поцеловал в макушку.
– Ну, что там? – спросила я.
– Да ничего особенного. – Лео сел рядом с сестрой и усадил меня. – Наступление – через три дня. Пока проводится разведка. Извини, все остальное – военная тайна.