"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– Сдаётся, что сей ларь даже в ведомостях не числился. Загляни. – Ирвин пнул ящик носком ботфорта. – Куда его везли, кому предназначался?..
– Я дико хочу человеческий скаф. – Бланш извлекла из трофейного ящика туанские липки колдовского золотисто-коричневого цвета с мерцающей искоркой. – В скафе робота куда надо не пройдёшь. Но если я проникну!.. Ноги в этом смотрятся о-бал-ден-но.
Пакеты с липками, лип-топики, шляпы, коробка шампуня – Ирвин пошарил в трюме обстоятельно, взял отовсюду понемногу. На свет едва тлеющих ламп являлись бутылки с акцизными марками, сигареты, жевательная сольва и прочие вещи, годные на обмен.
– Рукава длинноваты, – приложила Бланш к себе блузку, – но это мы исправим. За мной, Карен!
Альф на цыпочках крался следом, бесшумной поступью приближаясь к углу, за которым шушукались и тихо вскрикивали дамы.
– Он пошёл подглядывать, – изобличил Ирвин голосом белой горячки, комментирующим каждый шаг алкоголика. – Может, ему не восемнадцать, а меньше? Такой здоровый жлоб, а лезет смотреть на девок в раздевалке. Точно – не целованный. Одни разговоры про это, день-деньской. Кто умеет, тот не говорит, а делает.
Скорчив угрожающую рожу, Альф обернулся, жестами показывая: «Тссс! Не спугните их!»
– Не знаю, как ты, а я на амурах крест поставил. Мы в одном строю с инвалидами. Бег безногих и стрельба слепых…
– Ты за год совсем увял. А вот Бланш ожила… Не-ет, мы не пропащие. Надо придумать, как себя подать. – Тон Ирвина был уверенным. – Альф много зудит о неполноценности, но врачи верно его учили: недостатки позабыть – и за борт, бери чем есть по максимуму. Так что я от жизни не отказываюсь.
Упрёк, звучавший в убеждённой прямоте пилота, заставил Албана усомниться: «Что, если он прав и я зря унывал? и не следовало подчиняться телу, поглотившему меня? Дух сильней. В самом деле, почему я должен быть големом с заданным набором функций? Кто главный – моё Я или отражение в зеркале?..»
– Альф, не стыдно?! – Из-за угла вылетела половинка кирпича; увернувшись, Альф со сдавленным гоготом бросился назад.
– Подиум! Проход и поворот! – Преображённые Бланш и Карен красиво вышли из неосвещённого закутка. К их блестящим шоколадным ножкам могла пасть вся Хамра, края блузок волновались и взлетали выше некуда, тёмным блеском отливали неуловимо видимые бёдра, в декольте зовуще и выпукло мерцали бюсты, обтянутые лип-топиками. Альф потерял дар речи и замычал от восторга.
– Мы хорошие, – мурлыкала Бланш. – Мы нежные. Не так ли, джентльмены?
Это было нелепо, абсурдно, несуразно – в холодном и голом подземном каземате, на грязном бетонном полу, под проржавевшими пыльными лампами, сочащимися серо-жёлтым умирающим светом, два механизма изображали манекенщиц и пританцовывали перед тремя другими механизмами, напевая что-то игривое из поп-музыки.
Пару лет назад Албан при виде такого зрелища рассмеялся бы или недовольно нахмурился, но сейчас он замер в восхищении.
Ничто не помеха. Ни мозг-слиток вместо сердца, ни костяк из кераметалла, ни броневой корпус не отнимут желания жить, нравиться и быть любимой. Душа пилотирует тело, вот и весь ответ.
Он показал танцовщицам большой палец: «Во! Высший класс!» Бланш ответила жестом: «О'к!» и послала ему воздушный поцелуй.
«Ты меня понял, Алби?»
«Танцуй, я от тебя без ума!»
– А дверь ногой вынести? – Ирвин приценился к парочке, склонив голову набок. – Мощность вашего привода, мэм?
– Всё бы тебе мощность, грузовик! Мы – женщины, мы слабые, мы хотим, чтобы нас берегли и обожали. Вы готовы? или мы уходим к офицерам.
Блок 5
– И всё?
– А вы чего ждали? – сварливо бросил Мягкий, бегая глазами по лежащей перед ним мозаике датчиков. – Если хотите зрелищ, то вон, пожалуйста, любуйтесь на наш источник питания. Феерия нон-стоп.
Наблюдательный пункт, где скопились сливки научного персонала, снаружи напоминал линзу, лежащую на шести сомкнутых столбах. Прозрачный обод кругового окна, рассечённый несущими стойками купола, позволял полностью обозревать окрестности.
Сейчас все уставились на северо-восток, где в дальней дали за горизонтом находилась стартовая площадка. Как раз там ничего впечатляющего не происходило – Наблюдатель увидел лишь слабую радужную волну, разлетевшуюся на полнеба тающим кольцевым сектором и затем погасшую. Зато северо-запад сиял непрестанно. Казалось, извергается вулкан света, терзая чёрное небо Хамры фонтанами бледно-сиреневых и бело-голубых вспышек.
Неприятное соседство – иметь под боком эриактор, «эйнштейновский котёл» превращения материи в энергию. На обитаемых планетах это чудо энергетики было запрещено из-за неудержимого излучения и склонности взрываться, обращая материю вокруг в шквал фотонов. Но даже такой дьявольской топке было трудно насытить движки «флэша». При старте вулкан померк, а напряжение в сети упало.
Наблюдатель нет-нет да спрашивал себя: «Не слишком ли близко к котлу мы базируемся?»
– Борт Первый прошёл отметку В. Траектория стабильна.
– Где он сейчас? – Наблюдатель терялся в показаниях незнакомых индикаторов.
– Пока вы делали вдох-выдох, корабль удалился более чем на пятьсот астрономических единиц.
Желток буквально цвёл и в приподнятом настроении шнырял вдоль рядов приборного контроля, едва не похлопывая по плечам замерших от напряжения связистов и телеметристов. Не все могли реагировать на восторги Желтка – часть сотрудников была почти до отравления напичкана табельными средствами и воспринимала информацию в масштабе времени «минута в секунду».
– Первый пилотируемый! Восемь лет, поймите, восемь лет адского труда!.. Когда это рассекретят, можете писать в мемуарах: «Мы были свидетелями старта». Это эпохальный шаг!
– Сто сорок три секунды.
– Что передаёт Борт Первый?
– Без изменений. Только «О'к» и снова «О'к».
– Меня больше интересует его возвращение, – Яримицу ничуть не трогало восхищение творцов «флэша». – А также записи с биобоксов. Запросите Борт Первый об исполнении моих инструкций. Контейнеры с органическими грузами должны быть заморожены строго с интервалом в минуту.
– Профессор, нам куда важнее, выйдет ли корабль в расчётной точке. И обратный бросок, – взвинченный Джомар жевал зубочистку и готовился её съесть. – Свою органику вы получите, если машина вернётся.
– Мошковиц, прекратите, – зашипел сжатый, напружиненный Мягкий. – Я прошу никого не комментировать!.. Оставьте разговоры на потом!
– За свою составляющую опыта я спокоен. Чего не скажешь о вашей.
– Двести семьдесят пять секунд.
Точка на экране почти вплотную подошла к финишной отметке. Желток принялся вертеть колпачок игольной авторучки, чем очень раздражал Джомара.
– Сэр, корвет «Афина Паллада» сообщает – «флэш» появился в реальном пространстве. Торможение идёт успешно, начал разворот.
Джомар старался не думать о предельных перегрузках, которые сейчас обрушились на «флэш»… и на Дагласа, заледеневшего в жидком гелии. Гравиторы должны нейтрализовать инерцию массы, но… но… «Впервые» – это всегда риск.
– Борт Первый отвечает нормально, характеристики его сигналов стойкие. Докладывает о готовности к возврату. По данным с «Афины Паллады», системы «флэша» исправны, наполнение батарей не изменилось.
Взгляды Мягкого и Джомара встретились. Шеф «Сефарда» показал пальцы, скрещенные на счастье и побелевшие от усилия. Корабельный конструктор согласно кивнул – да, это не помешает.
– Даю команду на возвращение. Старт при счёте «ноль». Начали!
«Вернись, – заклинал Джомар. – Сделай всё правильно. Веди прямо, парень, ты умеешь. Ну же!»
– «Афина Паллада» отметила уход «флэша» в бросок.
– Здесь можно найти шампанское со Старой Земли. – Джомара отпустило, болтать стало вольготнее. – Если объединим усилия, то осилим покупку. Задачу привлечь Желтка и Мягкого беру на себя, а вы обеспечиваете девочек. Идёт? Вот моя доля…