"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Оператор убит, — холодно сообщил голос.
— Там же были люди, — глупо пробормотала Косичка, не сознавая, что нервно и бесцельно шевелит пальцами. — Их тоже… убили?
— Люди!.. — фыркнул Звон. — Они там еще низким звуком давили — он наизнанку выворачивает, а если сердце не остановится, помрешь от страха — запросто.
— Стик, это не записывай, — попросила Косичка. — И выключи совсем. — Стопка дискет уже лежала на столе, и там было все необходимое — о взрывах и взрывчатке, об уязвимых точках у киборгов поля боя и так далее. Зевая со стоном, вошел мятый и кислый спросонок Рыбак — худой, долговязый, какой-то больной.
— Хай, — выдал он предсмертным голосом. — Кончай ужастики смотреть, зарыли по макушку… Стик, дай пожрать… В час сорок пять сиквэл про Ротриа пойдет, а вы черт-те чем тут занимаетесь втроем… А это кто? Звон, познакомь, — все это Рыбак бубнил, шаркая ногами и сваливая стопки потертых комиксов и справочников по компьютингу; наконец он нашел плоский батарейный телевизор и осел с ним на кушетку. — Который час, а?
— Полтретьего. Посмотришь в записи. Кто-нибудь, дайте ему брикет, пусть жует и молчит, — не отрывался от монитора Стик, уходящий из запретной базы.
— Э, я же просил разбудить!..
Звон поискал обкусанный брикет белка — а нашел йонгера, урчащего в углу над последними крошками; пузо у йонгера заметно округлилось.
— Вот зараза — съел!.. Стик, твое животное…
— Скотина — она и есть скотина… — Рыбак безнадежно махнул рукой.
— Ну, Коса, ты довольна? — Стик добился нужной картинки и откинулся на спинку стула.
— Да, спасибо. Сколько я тебе должна?
Стик улыбнулся как блаженный.
— Мы — мир друзей. Иди, взрывай этот сарай с киборгами.
Мимолетная вспышка досады на Стика и йонгера, казалось, истощила батарейки Рыбака; глаза его стали гаснуть и смыкаться; от слабости он было уже обмер и вернулся в сон под глухие взвизгивания телика, но тут вдруг ожил с изумлением:
— Фа! Без меня?!..
— Ты-то лежи, — попытался унять его Стик. — Не видишь — люди спрыгнули с ума.
— Ты отдыхай, старик, — кивнул Звон, — мы справимся. Потом расскажем.
Однако впалые глаза Рыбака зажглись всерьез — и карманный телик икнул, умирая на движение его пальца.
— Не-не-не, стоп. Киборгов? Подорвать? Люблю это кино!.. Я в доле с вами. Звон, ты меня понял.
Звон шумно выдохнул, мотая головой, а Косичка внимательно посмотрела на костлявого парня. Режим тепловидения. Сердце. Дыхание… Дыхание — вот что в нем плохо.
— Ты болен, — молвила Косичка.
— Знаю, — Рыбак нехорошо оскалился.
— Тебе надо к врачу.
— Был уже. Он говорит, что надо больше спать. А снится все время вода и вода, и что я утонул. Так лучше с вами подурить, чем во сне тонуть. И потом, знаешь…
Косичка поискала в запазухе своей подземной куртки, достала пригоршню банкнот — и арги, и бассов — и что-то треть отсыпала на кушетку к Рыбаку.
— Не ходи с нами, ладно? Сходи к хорошему врачу, в больницу ляжь.
Звон сдержался, чтоб не свистнуть; Стик заинтригованно хмыкнул; Рыбак покосился на деньги — бледно и задумчиво:
— На новые легкие не хватит. Хотя — спасибо, пригодятся. Я возьму. Ты кто вообще-то?.. Звон, она твоя?
— Мы компаньоны, — подмигнул Звон Косичке. — У нас дело на миллион. В Бассе стоит база кибер-легавых, Косичка их не любит, убить хочет. Стик дал нам почитать партизанские файлы…
— Косичка, — она увидела, как Рыбак улыбается; серые губы растянулись как замазка, глаза сузились в полусне. — Отчаянная. Вообще, ты не очень-то рвись, а то узнаешь, где край. Видишь меня? Смотри, такая будешь.
— Нет, я как стекло — сразу вдребезги.
— Да, если с ним одним пойдешь, — кивнул он на Звона. — Он же Звон — а знаешь, почему?
— Вали, вываливай, — окрысился Звон. — Себя не позабудь! Может, Черную Метку позвать? И про нее тоже…
— А что — я? Я рыбу руками ловил на сухом месте — и поперхнулся; вот и кашляю. Ты не смотри, что я плохой, — я много ноу-хау. Сказать, как эту базу сделать? Я скажу, если вместе возьмемся…
— О! — оживился Стик Рикэрдо. — Это идея! Вместе и валите хоть куда, а я вас не знаю!.. Я кто? Я паучок в Сети, маленький, с лапками. У меня ночлежка, а не база партизан.
— Да, пойдем, — с натугой встал Рыбак. — Рикэрдо есть что терять.
* * *У Эмбер случилось несчастье, у Эмбер пропала Лилик. Усталая и нервная, вчера она приехала домой из студии — «Лилик!» — а дом пустой, и эта страшная записка: «Я САМА ОСОЗНАННО ИДУ НА ЭТО…» Эмбер закричала, Эмбер лихорадочно связалась с домашней охраной — «Где она? Когда ушла?!» Охранники в недоумении — «Ваша кукла сказала, что вы ее вызвали в студию…» Эмбер разрыдалась, не зная, что делать, Эмбер позвонила Кэльвину — «Кэл, я в отчаянье!! Кэл, милый, приезжай скорее!!»
На второй день в доме все еще царила тишина, порою нарушаемая глухим плачем. Эмбер блуждала по комнатам, словно потерянная, за ней с утешениями — Кэльвин. Полиция пришла — и схлынула, как дурной сон, но Эмбер еще слышались шаги спокойных полисменов, слабеющим эхом звучали голоса — «Ваш киборг знал код сейфа? Кто из ваших знакомых знал пароль допуска?..» Им, полисменам, не понять, что деньги, драгоценности, кредитки — не потеря. «Лилик… — стонала Эмбер. — Моя Лилик…» Кто причешет Эмбер так, как она любит? Кто ее оденет? Кто, наконец, ей обеспечит бэк-вокал на записи?!! Наемная подпевка для солистки класса Эмбер — это минимум пять бассов в час, но попробуйте держать такую девку дома, чтобы она вдобавок и прислуживала!..
Короче, это были похороны без покойника. Эмбер со слезами объясняла Кэльвину, ЧТО могут сделать перехватчики с Лилик — безжалостно раскромсать на запчасти, продать ее… Или заставят фасовать наркотики. Или сделают куклой для удовольствий. И какая издевательская, пошлая записка! «МИЛЫЕ МОИ!.. МЫ КОГДА-НИБУДЬ ВСТРЕТИМСЯ И ОБНИМЕМ ДРУГ ДРУГА…» Продюсер утробно стонал в унисон с Эмбер, когда та изливала ему свое горе по защищенной от сетевых папарацци линии, — и вы бы застонали, увидев сиятельную певицу ненакрашенной, с опухшими глазами и перекошенным ртом. Менеджер что-то блеял о контрактных сроках, что-то тупо бубнил звукооператор — все, все были убиты и зарыты вместе с Лилик. Кэльвин жестко срезал все предложения об интервью — но на второй день, когда Эмбер собиралась с силами для новой истерики, в ее жизнь вторгся чертов Доран:
— Эмбер, только не бросай трубку!! Я сочувствую тебе, я вне себя от горя, у меня даже руки дрожат. Эмбер, я готов дать тебе полчаса эфира, чтоб ты пожелала этим перехватчикам ежа под хвост.
— Доран, чтоб ты сдох, — всхлипнула Эмбер. — Если ты звонишь мне под запись — то ежом ты не отделаешься!.. Кто ты есть? Ты дыра в телевизоре, ты паразит в кишках у всех… Ты, как луна, светишь отраженной славой…
— Да, да, да, — невидимо кивал Доран. — Завтра, детка, завтра в 12.00 на канале V в прямом эфире ты им скажешь все, что думаешь о них. А я помогу тебе сделать из Хиллари Хармона фарш и котлеты.
— Это еще кто такой?..
— Недоступный парень, вроде Принца Мрака Ротриа. Генерал Горт дал ему боевых киборгов — а он не может справиться с кибер-преступностью. Перехватчики спокойно угоняют наших кукол, уродуют их, делают с ними, что хотят, — а Хиллари показывает нам силовые сцены со стрельбой; дутый престиж армии ему важнее интересов простых граждан. Пусть он ответит за твою потерю и твое горе! Сценарий подгоню через часок, можешь прозвонить его со своим адвокатом; после передачи смело заказывай следующий диск из платины — тебя увидят тридцать миллионов, а потом ты им споешь про свою куколку, как ее у тебя отняли… Видишь, какой я добрый для своих знакомых? Я не только плачу пятьсот бассов за интервью, но и дарю тебе идею нового хита…
— Семьсот — и я не посылаю тебя туда, куда следует, — сжалилась Эмбер. — А теперь исчезни.
Промокнув влажные глаза, она набрала номер своего автора текстов:
— Пьеро, мне срочно нужна песня. Новая. Про куклу. Ее украли и так далее. Надо сделать это так, чтоб слезы капали. И быстро, мальчик, быстренько, пока я в тонусе и не остыла.