Гений Сталин. Титан XX века (сборник)
Товарищи! Наши силы неисчислимы. Зазнавшийся враг должен будет скоро убедиться в этом. Вместе с Красной Армией поднимаются многие тысячи рабочих, колхозников, интеллигенции на войну с напавшим врагом. Поднимаются миллионные массы нашего народа. Трудящиеся Москвы и Ленинграда уже приступили к созданию многотысячного народного ополчения на поддержку Красной Армии. В каждом городе, которому угрожает нашествие врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защитить свою свободу, свою честь, свою Родину – в нашей Отечественной войне с германским фашизмом.
В целях быстрой мобилизации всех сил народов СССР, для проведения отпора врагу, вероломно напавшему на нашу Родину, создан Государственный Комитет Обороны, в руках которого теперь сосредоточена вся полнота власти в государстве. ГКО приступил к своей работе и призывает весь народ сплотиться вокруг партии Ленина – Сталина, вокруг Советского правительства для самоотверженной поддержки Красной Армии и Красного Флота, для разгрома врага, для победы.
Все наши силы – на поддержку нашей героической Красной Армии, нашего славного Красного Флота!
Все силы – на разгром врага!
Вперед, за нашу победу!»
В последнее время появились измышления, что Сталин в начале войны был растерян и государственными делами не занимался. Это ложь. Г.К. Жуков писал: «Сталин был волевой человек и, как говорится, не трусливого десятка. Несколько подавленным я его видел только один раз – на рассвете 22 июня».
Сталину отдавал должное даже враг – Гитлер говорил: «Сила русского народа состоит не в его численности или организованности, а в его способности порождать личности масштаба Сталина. Наша задача – раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба Сталина больше не появлялись».
Начиная с 22 июня Сталин принимал по 30 человек в день. Любой руководитель знает, что принять 3 человек со своими вопросами и проблемами уже нелегко.
Неумные люди вменяют Сталину в вину то, что он не выступил по радио в первый день войны. Необходимо обратить внимание, что Сталин, зная силу воздействия своего слова, вообще редко прибегал к выступлениям в неясной обстановке. Главной причиной того, что 22 июня выступал по радио В.М. Молотов, является надежда Сталина уладить еще дело миром, поэтому он не хотел сжигать мостов к миру личным выступлением. Ведь к германскому народу 22 июня также обращался не Гитлер – Геббельс.
Как выяснилось, это было верное решение Сталина, поскольку представить себе 22 июня всю полноту опасности и сказать народу все, что необходимо, было невозможно.
Кто-то там услышал, что у Сталина во время чтения речи зубы об стакан стучали. Так этим господам я прямо скажу – мы, русские, пьем воду не из лужи, из стакана. И в уборной у нас давно ватерклозет, а не замерзшее очко, и еще много разного про себя можем порассказать, да жаль, все это не по теме.
В течение трех недель Сталину и Советскому правительству пришлось провести огромную работу, прежде чем удалось всесторонне оценить нависшую над страной опасность, решить многие дипломатические, мобилизационные и кадровые вопросы.
Именно по выполнении данных мероприятий Сталин смог обратиться к народу и сказать ему правду, призвать его к Отечественной войне. Выступление Сталина произвело огромный эффект, как и все его выступления в ходе войны, – полное горькой правды, предельно конкретное, простое по форме.
Конечно, в первые недели войны Сталин временами принимал неверные решения, впадал в гнев. Однако вся страна ошибалась, не справлялась, но стойко противостояла врагу.
В наше время широкую известность получила легенда о том, что Сталин после первых тяжелых поражений на фронте, потери Минска заперся у себя на даче, не появлялся на работе, пока члены Политбюро не пришли уговаривать его вернуться. Эту байку, сочиненную Хрущевым, даже не надо опровергать – достаточно взглянуть на жизнь Сталина, которая была полна смертельной борьбы и таких кризисов, по сравнению с которым потеря Минска – ерунда. Железного Сталина, непреклонная воля которого создала великий СССР, пришли уговаривать продолжить борьбу Берия, Микоян, Маленков и Каганович? Смешно просто!
В первые дни войны текущие дела полностью захлестнули Сталина, а от него требовалось не просто принимать управленческие решения, а рассчитать силы народа, определить средства для огромной длительной борьбы. Нельзя было заранее оказаться готовым к тому колоссальному бедствию, которое разворачивалось в те дни. Весь мир перевернулся – вся расстановка политических сил изменилась, враги превратились в союзников, соседи – в смертельных врагов. Сталину требовалось спокойно, без нервов обдумать исторический опыт нашей страны и наметить пути выхода из кризиса. Безусловно, происходила переоценка многих ценностей, переосмысление многих личных установок со стороны самого Сталина.
Относительно причин поражений на фронте ответ также в основном содержится в выступлении Сталина. В последнее время стало модно и даже нормально искать какие-то социальные причины, чуть ли не массовое нежелание красноармейцев воевать и поголовное неприятие советской власти. Это чушь!
Генерал-полковник Шмидт доносил в сентябре 1941 года Гитлеру: «Молодая интеллигенция из рабочего класса мыслит по-коммунистически. Никто не должен предполагать, что война приведет к революции в Советском Союзе». Собственно, нам-то данный факт и без Гитлера известен – тем, кто подзабыл, напоминаем.
Мой дед – гвардии полковник М.П. Журавлев в 1941 году еще красноармейцем был и.о. начальника связи батальона Тяжелотанковой бригады резерва ГК, входившей в лучшую танковую дивизию Красной Армии – 34-ю ордена Ленина и ордена Красной Звезды, из состава 8-го мехкорпуса Киевского Особого военного округа. Это был типичный советский парень – окончил техникум, занимался спортом, считал советскую власть своей властью. Так же думало огромное большинство красноармейцев – это было поколение советской молодежи, выросшей на коммунистических идеалах. Уже в 1937 году 93,5 % крестьянских хозяйств входило в колхозы – о каких крестьянах в армии можно говорить в 1941-м? Это были сельские пролетарии, так же точно «обструганные» советской действительностью.
Поэтому говорить надо прежде всего о военном, организационном и техническом превосходстве германской армии и недостатках Красной Армии, к числу которых относились следующие:
– план прикрытия государственной границы был составлен без учета реальных планов вермахта и не мог предусмотреть боевой обстановки в начале агрессии;
– не был принят единый Мобилизационный план, а фактический характер мобилизации эшелона прикрытия был рассчитан на нереально длительный период;
– дислокация частей и соединений Красной Армии, разбросанных по гарнизонам, не позволяла быстро поднять и развернуть войска;
– театр военных действий не был в должной мере подготовлен: сеть дорог была крайне неразвита, укрепленные районы не дооборудованы, а с началом войны не обеспечены гарнизонами;
– боевые действия начались на земле Прибалтики, Западной Украины и Западной Белоруссии, где имелось антисоветское подполье и разведывательная сеть врага;
– Красная Армия не имела развернутых тылов, обеспечения боеприпасами, топливом, питанием, чекистским обслуживанием;
– железнодорожный транспорт не был переведен на режим работы военного времени, выполнял большой объем народно-хозяйственных перевозок;
– в Красной Армии действовали отпуска, происходил призыв молодых бойцов и увольнение в запас;
– в местах дислокации Красной Армии находилось большое количество женщин и детей из состава семей командиров;
– в моральном отношении советские военнослужащие не считали районы Прибалтики, Западной Украины и Западной Белоруссии своей Родиной;
– красноармейцам были неясны характер и причины начавшейся войны;
– в особых военных округах слабо действовала авиация, система управления и взаимодействия авиачастей была неэффективна;