Ведьма повелителя драконов (СИ)

Проникновения медленные, плавные. Поток магии от дракона плотный, насыщенный.
Поцелуй неторопливый и ласкающий.
Могла ли я подумать, что так умеет дракон?
Подстраиваюсь под его движения. Ласкаю его язык своим языком, провоцируя углубить поцелуй, прикусываю его губу, царапаю его мощную спину короткими ногтями.
Мало его. Я сейчас жадная. Хочу больше дракона. Глубже. Размашистей. Чаще.
  
Обхватываю его ногами за пояс, впиваюсь пальцами в спину, кусаю за губу — сильнее.
Останавливается, разрывает поцелуй, смотрит прямо в глаза.
— Не осторожничай, повелитель, — громким шёпотом произношу я. — Не тебе осторожничать. И уж точно не с твоей ведьмой.
От его медленной хищной усмешки меня охватывает жар, а лоно сокращается, обхватывая его член плотнее. Нетерпеливо двигаю бёдрами, с упрёком смотрю в его глаза.
— А ты моя, что ли ведьма? — спрашивает он, не двигаясь.
— А чья ещё-то? — усмехаюсь я, — если уж хоть чья-то и есть…
Его губы сминают мои, не давая договорить. Жёстко, властно, подавляюще… до тьмы в глазах мною желанно. Мои запястья тонут в его кулаках, вздёрнуты над головой, прижаты к простыне.
Повелитель начинает иметь меня так, как я и хочу, как мне нужно, как мне жизненно важно — размашисто, мощно, вонзаясь на всю длину — до стонов, до криков, до бурного, ослепляющего оргазма. Так, что всё тело в дрожь.
Лишь немного дракон ждёт, пока я утихну от ошеломляющей разрядки. Усмехается, разглядывая моё плывущее от удовольствия лицо, и продолжает двигаться внутри меня медленнее. Всё время следя тёмным взглядом за мной.
Очень скоро добивается своего: я снова его прошу. Снова требую больше. Ему нравится. Улыбается довольно и снова даёт мне — ещё.
Я даже не стала считать свои разрядки. Я растворялась в наслаждении, в которое раз за разом погружал меня дракон. Подставляла лицо его взгляду, чтобы он видел, как сильно мне под ним хорошо.
Уже давно стемнело за окном, а дракон продолжал неутомимо овладевать мной. Сверху, сзади, сбоку. Снова и снова. Смакуя моё наслаждения. Неотрывно разглядывая меня.
Лишь под утро, он взял обе мои ладони, положил их на свой перенапряжённый член и приказал мне поласкать себя руками. И лишь тогда позволил себе, содрогаясь всем телом, с оглушительным рыком, обильно излиться на меня.
К этому моменту я была уже настолько переполнена магией, насыщена удовольствием и утомлена драконическим постельным марафоном, что вытянулась на его постели и довольно закрыла глаза.
Почувствовала, как повелитель очищает нас обоих магией, обхватывает ручищами и укладывает меня на себя. Мне было слишком хорошо и слишком сонно, чтобы о чем-то думать, спрашивать или протестовать.
Я уютно пригрелась на широкой мужской груди, чувствуя себя как никогда умиротворённо и счастливо. Засыпая, улыбнулась, услышав “спи, моя ведьма, спи”.
  
Глава 37. Пора
 
— Повелитель, а мне ведь совсем пора, — мурлыкнула я, потёршись щекой о мощную мужскую грудь.
И, противореча своим же словам, прижалась к нему, закинув ногу на его бедро.
— Пора, моя ведьма, — кивнул дракон, даже не подумав высвобождать пальцы из моих волос.
А ведь я проснулась после нашего постельного марафона только днём. После чего дракон накормил меня вкуснейшей кашей с умопомрачительными лепёшками.
Убедился, что я сыта, и, ни слова не говоря, грёб в охапку и снова утащил к себе в постель.
А я и не была против. Учитывая, что он не давил на мой сытый живот, а усадил меня на себя сверху, рассматривая мою подпрыгивающую грудь и поглаживая мои бёдра.
Так что я ещё и покаталась на драконе. Долго, со вкусом, со оргазмами и множеством звуковых эффектов в виде стонов, криков и довольного мурчания.
Хватило повелителя не очень надолго. В смысле, его надолго хватает. На меня, верхом на нём, долго смотреть не хватило.
Не выдержал, зарычал, сграбастал и подмял под себя. И теперь уже снова было привычно. Я под драконом. Его каменный член во мне. Моё лицо, искажённое блаженством, подставленное его взгляду.
Весьма такое приятное времяпровождение. Всяко лучше, чем терпеть разряды молний от злых артефактов. И слушать трепотню всяких явившихся со всякими своими бедами-печалями.
Это, кстати, не совсем мои мысли. Так Мирга любила повторять, шепотком роняя на дороге сосну и на неделю усаживающуюся с чаем на берегу озера.
Только у Мирги был чай и лицезрение воды, а у меня был дракон и его большая такая, драконическая любвеобильность.
И сейчас, лениво нежась на большом и горячем драконе, я даже его где-то понимала. С таким аппетитом, одной и даже трёх девок точно маловато.
Но пока он вцепился в одну меня. В одну ведьму. И что-то мне подсказывает, пока он не намерен меня отпускать.
Что касается меня… мне, как выяснилось, оказалось мало. Я бы и сейчас с удовольствием спровоцировала его на новый марафон. Долго ли его спровоцировать-то. Я уже вижу этот порочный взгляд из под ресниц, которым повелитель наблюдает за мной.
Вон как смотрит за моим пальцами на своей груди — я пока лишь легонько поглаживаю. Но стоит мне спустить руку пониже, по всем этим мощным выдающимся кубикам пресса, как мне в ладонь упрётся напряжённый крупный член, снова готовый на долгие подвиги.
— Чем планируешь заняться? — вдруг задал дракон неожиданный вопрос.
Я пожала плечом и обвела на его диафрагме окружность кончиками пальцев.
— Там у меня молнии наверняка испортились уже, — задумчиво произнесла я. — Их опять заказали в каком-то диком количестве. Но эту партию я из-за твоего змеевика бросила на полпути. Надо новые сделать. Да и очередь там уже скоро накопится. Поток людей ведь на озеро я не остановлю.
— А ты сама восстановилась? — снова спросил дракон.
Я подняла голову и посмотрела на него.
— А ты разве не видишь? — прищурилась я.
— Я-то вижу, — усмехнулся повелитель, — а вот видишь ли ты?
И вот тут я задумалась. Вообще-то этот могущественный маг ничего не говорит просто так. У него каждое слово выверено. И ценность имеет. Надо подумать.
О, так вот это он о чём! Когда я трещину заделывала, он там что-то про баланс говорил. И ругался ещё на меня, что я глупая ведьма и чему меня только Мирга учила.
Понятно чему учила. Накопители делать. Тысячи правил изучать типа “перед ведьмой должны на одном уровне говорить” и решения её не забирать. А ещё множество артефактов, лекарств, оберегов, и страшно даже вспомнить, чего ещё.
Как ещё за пять лет умудрилась всё это в мою голову вбить.
И только тут до меня дошло. Дракон-то знает, что меня не с рождения учили? Мирга знала, а дракон? Что будет, если он узнает?
— О чём подумала? — хмуро спросил дракон.
— Почему ты спрашиваешь? — ответила я вопросом на вопрос.
Дракон нахмурился сильнее, стиснув челюсти, но, помедлив, всё же ответил:
— Ты в лице изменилась. Признавайся.
Глубоко вздохнув, я опустила глаза. Врать нельзя, сразу ложь учует, а здесь неизвестно, что хуже. Утаивать тоже бесполезно.
Поэтому я подняла взгляд и твёрдо сказала:
— Я хотела бы сказать тебе. Но боюсь. Поэтому не хочу говорить. Разреши не отвечать на твой вопрос.
Дракон хмыкнул, в его глазах мелькнуло нечто вроде восхищения, впрочем, мне наверняка показалось.
— Хочешь сказать, но боишься, поэтому говорить не хочешь. Хочешь, но не хочешь.
Я пожала плечом и попробовала состроить какую-то жалобную физиономию, но дракон только хмыкнул, щёлкнул меня по носу и начал подниматься.
— Разрешаю не говорить, — снизошёл он. — Мне тоже давно пора.
Мы молча оделись, вышли из дома, и дракон посадил меня на Красавчика, тут же подскочившего к нам на тихий свист дракона.
  
— Я приду через три дня, моя ведьма, — посмотрел мне в глаза дракон. — Позову в мою спальню.
— На всю ночь? — приподняла брови я.
— Если пойдёшь, то на две, — усмехнулся дракон.
— Я не знаю, — вздохнула я, глядя ему прямо в глаза. — С тобой хорошо, повелитель, но ты сам видишь, каждый день что-то творится.