Жена хранителя теней (СИ)

В голосе Наставницы явственно слышалось негодование пополам с сожалением. Я знала, что Ринари многое бы отдала, чтобы быть рядом со мной. Чтобы вместе встретить любую неприятность. И так же я, как и она, понимала: это невозможно.
— Герольд объявил меня гостьей Таэсс-Харна, — сдержанно произнесла я и пригубила легкое фруктовое вино. — Не невестой. Стражи Закона, прислужники Хранителя Закона, тут же поспешили уверить меня, что стоит лишь попросить — и я никогда больше не увижу Данриэля. Они укроют и защитят бедную несчастную девушку.
Злость вновь всколыхнулась во мне.
— Надеюсь, ты нашла достаточно слов, чтобы пояснить прислужникам Закона, куда именно они могут засунуть свое предложение? — сердито спросила Ринари.
— Не сразу, — честно сказала я. — Думаю, ты бы справилась лучше.
— Так я и прожила подольше, — фыркнула Наставница. — Что с герольдом?
— Орин, Тень, который незримо сопровождал меня, подсказал, как заставить Стражей разобраться в инциденте. Так меня еще и обвинили в том, что я хочу справедливости. Мол, невинный человек лишь выполнял приказ!
Помолчав, я подытожила свои приключения:
— В общем, после объявления герольда Дан ушел к музыкантам, чтобы заставить их сыграть для нас. А я в это время, мгм, немного повздорила со Стражами Закона, после чего мы с Даном танцевали в центре бального зала. Затем Данриэль ушел, чтобы поговорить с алворигом Версоем, а я спряталась на балконе и болтала с Орином.
Перебил меня искренний и громкий смех Ринари.
— У тебя есть все шансы полюбить светскую жизнь, — сказала она, отсмеявшись. — Это не худший дебют, девочка моя, далеко не худший. Мне только не нравится, что Хранитель Теней оставил тебя одну. Это не очень красиво.
Я поспешила защитить Дана:
— У него не было выбора! Нас встречал лично алвориг Версой и тут же принялся намекать на серьезный разговор. Мы и танцевать-то не собирались, просто…
Помолчав, я тихо сказала:
— Дан очень плохо отреагировал на промашку герольда. Мне не сразу удалось до него достучаться.
Ринари вздохнула:
— Ты ведь поняла, что он не самый популярный человек, верно? Он старше тебя, девочка моя. И давно не верит людям. Ждет подвоха. Думаю, если бы ты приняла то гнусное предложение, он бы не удивился.
Слова Наставницы звучали правдиво. Но, Мать-Магия, как же неприятно это осознавать!
«Ты слишком много от него хочешь. Он поверил тебе в Онхельстере, просто взял и поверил в тебя», — сказала я себе. И тут же замерла. А поверил ли? Может, он настолько привык к чужой лжи и предательству, что ему было попросту все равно?
«Я не буду об этом думать», — сказала я себе.
— Лиа? — позвала меня Ринари. — Я теряю тебя, вернись.
— Я здесь, — тихо ответила я.
И, чтобы не дать Наставнице уцепиться за мое резко испортившееся настроение, тут же принялась рассказывать о произошедшем в подвале. О том, что Венсара обвинили в нападении на живого человека. И о том, что впервые в истории Тень удалось сдержать.
— Теперь Дан и Венсар боятся, что Зеркало может быть испорчено, — со вздохом заключила я.
— Как интересно, — восхитилась Ринари. — Хранитель Закона пленил Тень. Это даже на слух звучит потрясающе незаконно. А насчет зарева — ты же помнишь, не все видят колдовское марево вокруг книг и артефактов, напитанных дикой магией. Какие тона есть у дикой магии?
На несколько секунд я вернулась в прошлое, в библиотеку, за наш с Наставницей уютный стол. Необходимые сведения сами собой всплыли в памяти, и я четко отрапортовала:
— Багровый, иссиня-фиолетовый, грязно-зеленый и болотно-желтый. — И тут же раздраженно прошипела: — Как я сразу не поняла?
— Думаю, та ситуация не располагала к раздумьям, — вздохнула Ринари.
Мне оставалось только согласно кивнуть. Там, в подвале, я и правда ни о чем не могла думать. Вернее, не могла успокоиться и поразмыслить. Сейчас, в тишине и покое, мне кажется, что там, в замке Хранителя Закона, была не я, а какая-то другая Лиарет. Пылкая, храбрая и уверенная в себе. Настоящая же Лиарет сидит здесь, в собственных покоях. Откуда у меня взялись силы противостоять Стражам? Я всегда предпочитала промолчать, уйти, оставить чужой яд без внимания. И ведь нельзя сказать, что это из-за моего обучения: та же Ринари за словом в карман не лезет. Может, я просто не умею защищать себя?
 
— …и, таким образом, багровый цвет означает преграду. Лиа?
— Да? Кхм, прости, — я смутилась. — Просто сегодня я впервые была такой… Решительной?
— Сегодня ты впервые дала своим обидчикам отпор, — усмехнулась Ринари и добавила: — Я рада.
— Я просто не понимаю, почему…
— Почему только сегодня? Потому что ты пошла в мать, — развела руками Наставница. — Она была очень спокойной и доброй, веселой и приветливой. И никогда не отвечала ударом на удар, если первый удар предназначался ей. Но если обижали тех, кто ей дорог… О, она за считаные секунды превращалась в сгусток необузданного Хаоса. Потом, успокоившись, квэнни Даллеро-Нортон принимала извинения, извинялась сама и снимала наложенные в порыве чувств проклятья. Или не снимала, тут как повезет. Вот и ты такая же.
— Ну, Анриетту мне хотелось удавить, — ради справедливости напомнила я.
— Но разве ты что-то сделала? — вскинула бровь Ринари. — То-то и оно. Лиа, у меня есть мысли касательно багрового круга. Давай-ка ты сейчас ляжешь спать, а завтра постараешься его нарисовать. Ну а я освежу в памяти ключевые артефакты, обладающие багровым колдовским маревом.
Мне хотелось возразить, но Наставница была права. Я вымоталась настолько, что уплывала в собственные мысли посреди разговора. Толку от меня сейчас нет никакого.
Попрощавшись с Ринари, я ушла в спальню. Звать Рону не хотелось, да и зачем? Что я, не могу сама надеть ночную рубашку и заплести волосы в косу?
Закутавшись в одеяло, я прикрыла глаза. Но вместо того, чтобы позволить сну увлечь себя в долину сказок, я сосредоточенно вспоминала, как именно выглядел тот багровый круг. Хочу, чтобы он мне приснился, чтобы утром зарисовать артефакт в мельчайших подробностях.
Глава 9 
После завтрака, на котором Данриэль отсутствовал самым возмутительным образом, мы с Ринари устроились на полу в моем кабинете.
— Тебе бы мебель, — трагически вздохнула Наставница, — мои кости протестуют против холодных камней.
— Традиции Севера, — не менее трагично ответила я, — супруга меняет мебель в своих покоях.
— Это, наверное, чтобы остальной замок уберечь, — рассмеялась Ринари. — Ну что, у тебя что-то получилось?
— Получилось. Я смогла сосредоточиться и всю ночь провела в том подвале. Рассмотрела все. — Я выразительно округлила глаза и протянула Наставнице листок.
— А что за темные пятна? — тут же нахмурилась она.
— То, что я не увидела, — развела я руками. — Остается додумывать.
— Тут додумать можно семью разными способами, — мрачно произнесла Ринари. — И вот этот затемненный участок очень важен. Тут либо просто накопитель дикой магии, либо что-то, что могло изменить Тень. Все остальное всего лишь старый артефакт удержания потустоРоних сущностей, коими и являются Тени.
— Они — люди, — поправила я увлекшуюся Наставницу.
— Вне всяких сомнений, — кивнула Ринари. — Но еще они — Тени, живущие в Харн-Таэссе, Замке-на-Изнанке-Мира.
— Ты уверена насчет круга? — спросила я, прикусив губу. — Что это не новодел, а старый артефакт, предназначенный для удержания потустоРоних сущностей?
— Абсолютно, — оскорбленно фыркнула Ринари. — В сокровищнице Онхельстера лежат три таких. И лежат они, девочка моя, совершенно ненужные, ведь никто не знает, как ими пользоваться. Книг-то нет.
 
— Книг, — я ахнула. — Ринари, а если… А если пропавшие книги — это те самые, которые позволяют управлять этими артефактами?
Я тряхнула своим листом, и Наставница пожала плечами:
— Теоретически — возможно. Но что в этом запретного? Как по мне, стоило бы укрывать книги с описанием жертвоприношений. Или те фолианты, которые подсказывают, как вытянуть и присвоить чужую магию. А тут… Ну призовет кто-то дух своей прабабки и вытащит из старой вредины тайну утраченных сокровищ.