Настоящий Дракула
Мы в долгу перед библиотекой Гейдельбергского университета за предоставленную нам фотокопию оригинала поэмы Михаэля Бехайма о Дракуле, а также поэмы о Варненском крестовом походе. Куратор библиотеки Фонда Филипа и А. С. В. Розенбахов Лесли Моррис разрешила нам взглянуть на фольклорные и исторические источники, использованные Б. Стокером при написании его романа «Дракула». Ватикан выдал нам разрешение использовать и микрофильмировать полный текст донесения папского легата Никколо Модруссы папе Пию II из собрания Корсиньяно, хранящегося в Секретном архиве Ватикана [4].
За помещенные в книге фотографии, репродукции и иллюстративные материалы мы в долгу перед Александрой Альтман: благодаря своей проницательности и зоркому глазу она показала сохранившиеся фрагменты старинной Белградской крепости XV в., а также провела нас по Музею военной истории в Белграде. Музей истории искусств в Вене любезно разрешил нам воспроизвести в книге портреты Дракулы и ряда его современников, в основном хранящиеся в музее замка Амбрас в Инсбруке. Баронесса Иляна Франчетти (племянница Раду Флореску) выправила нам разрешение сфотографировать фресковые изображения папы Пия II в Сиенском соборе. Она приютила нас в своем замке в Доломитах, и благодаря этому мы смогли посетить могилу одного из румынских потомков Дракулы в Больцано, благо она всего в нескольких милях от замка. А его невестка Хелене Моми-Флореску, выпускница Национальной школы декоративного искусства в Париже, набросала для нас две исторические карты времен Дракулы.
Своими недавними поездками в Румынию соавторы обязаны двум наградам, которые нам присудил Совет по международным обменам ученых (исследовательский грант Фулбрайта). Особых похвал и огромной благодарности заслуживают наши наборщики Элли Ваал из Кохассета (Массачусетс) и Карен Поттертон из Бостонского колледжа — они мужественно выносили все тяготы наших беспорядочных и порой неразборчивых авторских каракулей. И что самое главное, наша книга значительно улучшилась стараниями нашего редактора в издательстве Little, Brown and Co. Дебре Рут — благодаря своим терпению, дипломатичности и энтузиазму она все-таки сумела направить наше изложение в должное русло, и с ее легкой руки весь процесс приобрел увлекательность; важный вклад внесла также наша корректор Гли Юмес, чьи исключительное знание языков и наметанный глаз позволили устранить множество ошибок/опечаток, коими не могла не изобиловать такая многоязычная рукопись.
Наконец мы считаем своим долгом попросить прощения у наших родных, и в особенности у наших жен Николь и Кэрол, за то, что, постоянно пребывая в размышлениях, трудах и разъездах, мы совершенно забросили наши домашние обязанности. В заключение соавторы обязаны отдать дань особой признательности сыну Раду Флореску Джону за его интерес к нашей работе, за множество высказанных им полезных замечаний, как и за то, что он неизменно поддерживал наш моральный дух. В силу причудливого стечения обстоятельств его нынешний наниматель, британский журналист и телеперсона Дэвид Фрост, в свое время представил американскому телезрителю подлинную историческую личность валашского князя Дракулы.
Введение
Имея за плечами не менее 20 лет исследований и три написанные книги о Дракуле (как о легенде, так и о реальной исторической личности), авторы считают своим долгом раскрыть корни столь длительной приверженности данной теме, а также пояснить, что побудило их взяться за эту книгу. Оба автора ощущают подлинно глубинную связь с темой Дракулы, которая уходит корнями к их предкам. Раду Флореску происходит из старинного дворянского румынского рода, и его предки прослеживаются вглубь на пять веков, вплоть до времен реальной исторической фигуры, именовавшейся Дракулой. Так, одним из его предков был Винтилэ Флореску, современник Дракулы, примкнувший к партии его противников-бояр, во главе которой стоял родной брат Дракулы Раду Красивый, захвативший трон брата после того, как в 1462 г. самого Дракулу захватил венгерский король; Винтилэ заседал в княжеском совете Раду Красивого. Впоследствии стал сановником при дворе сводного брата Дракулы Влада IV Монаха, правившего Валахией с 1482 по 1495 г. У соавтора Рэймонда Макнелли предки по отцовской линии происходят из графства Мейо на западе Ирландии, а оно граничит с графством Слайго, где родилась матушка Брэма Стокера. Мать будущего автора «Дракулы» впитала бережно хранимый в тех краях гэльский фольклор и познакомила с ним своего сына, а он впоследствии вдохновлялся им в своем литературном творчестве. Общность семейных ирландских корней с автором «Дракулы», судя по всему, объясняет непреходящий интерес Макнелли к волшебным сказкам, а также к народным преданиям, сложенным на основе реальных событий. Не что иное, как увлеченность Макнелли, а также его прирожденная склонность доискиваться исторических фактов в основе народных сказаний свела его с будущим соавтором Флореску в их первоначальных исследованиях происхождения реального Дракулы. Предки Макнелли по материнской линии ведут свой род из немецкоговорящей деревушки в окрестностях нынешней столицы Словении Любляны. В расположенном неподалеку монастыре когда-то проживал монах-бенедиктинец брат Яков, автор одной из первых подлинных историй XV в. о злодеяниях Дракулы. Помимо личных связей каждого с темой Дракулы, оба соавтора — историки по профессии, и со времен первой совместной книги каждый обнаружил много новых и ценных сведений по теме.
Много воды утекло с тех пор, как соавторы отправились на свою охоту за Дракулой, которая увенчалась публикацией их первого бестселлера «В поисках Дракулы: подлинная история Дракулы и предания о вампирах». По композиции та книга представляла собой первую в своем роде иллюстрированную энциклопедию в миниатюре, где наряду с кратким жизнеописанием румынского князя XV в., чей образ вдохновил на создание романа о графе-вампире, соавторы исследуют бытовавшие в Восточной Европе верования в вампиров, описывают время и место действия стокеровского романа в его чисто готической литературной традиции, а также вкратце анализируют самые известные кинофильмы о Дракуле.
Итогом наших исследований стали несколько книг, вышедших как в Европе, так и в Америке, где мы попытались придать научную академичность предмету изучения, ранее уже сброшенному со счетов науки как продукт воображения Стокера. Критики расценили наш поиск истинных источников и прототипов легенды о Дракуле как «незначительное издательское событие». И по сей день нет-нет да и появляется очередная газетная заметка об открытиях, так или иначе касающихся подлинной истории нашего героя. Сообщив в первой книге, что нами установлено местоположение настоящего замка Дракулы, мы, надо думать, сами того не желая, разбередили интерес публики, а некоторые охочие до сенсаций газеты поспешили счесть наше открытие таким же нашумевшим, как обнаружение Говардом Картером гробницы Тутанхамона.
Наделив своего вымышленного графа-вампира столь звучным именем, Брэм Стокер, безусловно, пополнил язык человечества новым понятием. Оно ассоциируется со зловещим образом упыря, безобразного, костлявого, изможденного, с заостренными ушами и длинными крючковатыми ногтями, каким его сыграл Макс Шрек в немом фильме 1922 г. «Носферату. Симфония ужаса»; или с лощеным галантным европейским аристократом в непременных цилиндре и смокинге, изъясняющимся с густым венгерским акцентом, которого обессмертил Бела Лугоши в фильме студии Universal «Дракула» 1931 г.; или это могучий, здоровенного роста кровожадный демон с торчащими клыками, созданный благодаря цветовым эффектам актером Кристофером Ли в ленте британской студии Hammer Horror «Дракула» (Horror of Dracula, 1958 г.); или обходительный, эротичный красавец-соблазнитель с бархатным голосом, каким его сыграл Фрэнк Ланджелла в картине студии Universal International (1978 г.) «Дракула». Поэт-сатирик Огден Нэш (1902–1971) оказал нашему герою наивысшую почесть, просто упомянув его в стихотворении Terrible People («Ужасные люди»), точно зная, что читатель мгновенно поймет, о ком и о чем речь.