Поцелуй под дождем (СИ)

“Я не смогу, - коряво вывел Оливер и добавил: - Придумай ты”.
“Скажи, что хочешь пригласить Эрнальда, но стесняешься, а потому приглашаешь Келлана, чтобы он взял с собой Эрни”.
“Больно сложно…”
“В самый раз”.
“А если он откажется?”
“Ты уж постарайся, чтобы не отказался!”
“Тогда тебе придется наш разговор с ним разработать в деталях, а то я собьюсь”.
Лэри кивнул, смял бумажку и сунул ее в сумку.
  
***
Следующим уроком был ненавистный всем предмет под названием ОБ (общественная безопасность). Вел его полковник в отставке, очень строгий и грозный альфа. Марк. Так вот Марк совершенно не умел общаться с детьми, а тем более с подростками. Старшекурсников он называл “эти юнцы” и считал всех наглецами, негодяями, проститутками и наркоманами. Свой предмет он вел скучно и бесцветно. Во рту его слова вязли, теряли окончания, и на последних столах вообще было не разобрать, о чем вещает у доски педагог, тыча указкой в серые плакаты. Но и сидящие за первыми столами не слушали Марка. ОБ обычно использовали для того, чтобы списать несделанную “домашку”, выучить параграф по следующему предмету, поиграть в морской бой, почитать детектив или любовный роман. Все столы в кабинете были изрисованы и исчерчены. На многих велась душераздирающая переписка представителей разных возрастных категорий. Лэри, например, с большим удовольствием переписывался с каким-то младшекурсником, который последнее время настойчиво умолял о свидании, поскольку они, по его мнению, уже давно стали почти родными людьми. Недавно Марк даже выставил Лэра за дверь кабинета, потому что он не смог сдержать смеха, когда прочитал вот такое признание в любви: “Ты мне очень ндравися. Приглашаю тибя к мине дамой”.
Все это сделало бы ОБ любимым предметом, если бы не злость и мстительность Марка. Во всех классных журналах страницы ОБ пестрели “двойками” и “единицами”. К концу триместров больше всего неуспевающих было именно по ОБ.
- Садитесь, Макс, “единица”! - Марк вывел в журнале очередной стройный, поджарый и очень прямой, как солдат в строю, “кол”.
- За что? - Макс, приняв независимую позу, совершенно не спешил садиться на место.
- Вы не знаете этого материала, поэтому даже не можете толком понять, что именно я вас спрашиваю!
- А вы нам того, что спрашиваете, и не объясняли! - Альфа сказал это так громкой, что класс перестал заниматься своими делами и с интересом прислушался к диалогу.
- И объяснял и задавал! - не согласился преподаватель. - Вот у меня и в журнале записано.
- Мало ли что вы там запишите! - не сдавался Макс. - У меня вот в тетради ничего про это нет!
- Я не виноват, что вы на моем предмете ничего не записываете.
- Кто не записывает? - Макс, войдя в роль, повернулся к классу. - Это я-то не записываю? Вот! Пожалуйста! Полюбуйтесь! - он схватил со своего стола тетрадь. - Вот мой конспект. Все темы с первого сентября есть, а того, что вы спрашиваете, нет!
- Перестаньте устраивать цирк! - Марк, как всегда, от злости сорвался на фальцет. - Вы заслужили свою “единицу”, Макс, и разговор окончен!
- Ошибаетесь! - с ледяным спокойствием проговорил альфа. - Он продолжится и очень скоро. В кабинете директора. Мы все представим свои тетради.
В классе повисла тишина. Марк, красный от негодования, ловил ртом воздух, не зная, как отреагировать на выпад Макса. Однокурсники перелистывали свои тетради.
Тетрадь Лэри по ОБ представляла собой три двойных листа, болтающихся на одной скрепке, разрисованных цветами и бабочками. На первом листе аккуратным почерком было выведено: “Порядок эвакуации при…”, потом шло решение алгебраического примера. Под ним улыбалась рожица, подписанная: “Это Оливер”, а дальше шел столбик латинских слов с переводом. На нынешнем уроке, под жалкий лепет Макса у доски, в этой своей жалкой тетради Лэри только что начал писать черновик сочинения по литературе. Ни одной темы по ОБ в его тетради не было, как, впрочем, почти ни у кого в классе.
Лэри с нескрываемым раздражением посмотрел на Макса. Тот с независимым видом смотрел в окно. Спасительный звонок с урока прервал всеобщее замешательство. Марк неловко закрыл журнал, смяв при этом несколько страниц, и, провожаемый взглядами девятикурсников, почти выбежал из кабинета.
- Макс! У тебя крыша совсем съехала или как? - нарушил молчание Ричард. - Чего ты завелся с этими тетрадями?
- А то! Пора кончать с Марком! - зло выкрикнул альфа. - Он нам всем своим ОБ аттестаты испортит. Ни у кого ведь даже “четверки” нет! Вот ты, Келл! - обратился он к альфе. - Неужели тебе нужен “трояк” в аттестате?
- Не очень, - согласился Келлан.
- Вот! - Макс поднял вверх указательный палец. - Что и требовалось доказать! Но это у Келла будет “три”, потому что он как истинный гуманитарий может уболтать даже Марка. А что у остальных? Лэри! - Макс подошел к столу Оливера и Лэри. - Оливер! У вас, красавчики, наверняка “пары” получаются.
- И ты в самом деле хочешь предложить нам переписать тетради по ОБ? - Оливер сделал сумасшедшие глаза.
- Кстати, - Лэри не дал Максу ответить. - У тебя-то откуда такая шикарная тетрадь? Что-то я раньше не замечал за тобой такого усердия.
- Я поумнел, Лэрик! Вспомнил, что девятый курс выпускной и закончить его нужно как можно лучше.
- Скажешь, что по этой причине ты весь лепет Марка с начала года вспомнил и аккуратненько в тетрадь записал?
- Не скажу. Думаю такого не сможет даже Келл с его великим разумом. Это тетрадь моего барата Юлана. Он в прошлом году школу закончил.
- Во дает! - Оливер с уважением рассматривал тетрадь Юлана. - Какой красивый почерк! Гляньте, все главное выделено красным. А вот тут еще и зеленым… Скажи, Максик, каким образом твой Юлан в манной каше Марка главное улавливал?
- Так он ж на девятом курсе в другой школе учился! Хотя, если надо будет, уловишь нужное и в каше Марка! - назидательно изрек Макс. - Мой Юлан, между прочим, поступил в педагогический университет на специальность “ОБ”!
- Во ненормальный! - вырвалось у Оливера, но он тут же поправился: - В смысле как он умудрился? Да и зачем? Омеге?
- Недопонимаете, красавчики, недопонимаете… Но я вас научу уму-разуму! Я и вам ОБ очень советую! Во-первых, у нас с Педагогическим универом договор. Во-вторых, работенка непыльная. Если работать в школе - ни тебе тетрадей с сочинениями, ни особой борьбы за успеваемость. Это ж только Марк неизвестно зачем выпендривается. Вспомните до него был. Душка! В журнале только “пятерки” и “четверки”.
- Конечно, это неплохо, - согласился Лэри, - но мне было бы неприятно преподавать предмет, который никому не нужен.
- Это смотря как преподавать. Если честно, то нам просто не везло. Предыдущий, несмотря на его душевность, был, честно говоря, пустым местом. А Марк вроде и не дурак, но злобный гад! А предмет-то на самом деле важный! Вот случись у нас вдруг авария на соседнем железнодорожном переезде, выльются из цистерн какие-нибудь отравляющие вещества… И кто знает, что делать? Никто! Не знаем, как свою единственную жизнь спасти!
- Важный предмет - неважный, я все равно не хотел бы работать в школе! - решительно сказал Оливер. - С такими, как ты, Макс, поседеешь раньше времени. Бедный Юлан!
- Ничего не бедный, - не согласился Макс. - Родичи все продумали. Юлан сможет работать на любом промышленном предприятии инженером по технике безопасности и охране труда. Или даже в военной части ФБР.
- Ладно, убедил. - Лэри поднялся со стула. - Верю, что твой Юлан не пропадет, но даже это не заставит меня переписать тетрадь по ОБ.
  
- Макс, - услышал Лэри голос Келлана, - неужели ты хочешь тетрадью из другой школы да еще с пропущенной темой припереть Марка к стенке?
- Представь себе! - альфа шаркнул ножкой и поклонился. - Ты имеешь что-нибудь против?
- Не что-нибудь. Я в принципе против и потому в этом не участвую.
- Подумаешь, чистоплюй, - совсем не огорчился Макс. - Другие найдутся, кому аттестат нужен получше.