Другая истинная

– А как же наши чувства? – тихо говорю я. – Я же вижу, как ты смотришь на Агнету.
Про себя добавляю, на меня бы так смотрел Алехандро. Моё разочарование жестоко, но его поглощает не оно, сейчас в глазах Даррена появляется отчаяние.
– Есть долг, Альвина, – жёстко произносит он, выпрямляясь, а я чувствую, что у меня забрали опору, становится так холодно. – Кому какое дело, что чувствуем мы. Важнее всего клан и долг, этому меня учили с детства.
  
Жить под гнётом таких установок, наверное, сложно. Неудивительно, что ему легче, чем мне. Его чувства никогда не считались чем-то важным.
– Поэтому ты принял меня? – робко спрашиваю я, вспоминая, что он устроил в храме. Неужели ему родители вправили мозги, так же, как и мне.
– И поэтому тоже, – говорит он. – Мне метка не оставляет выбора, как и тебе, она связывает нас надёжнее всех печатей в храмах.
– Если есть способ, скажем так, «вызвать» метку, то, наверное, существует и обряд, чтобы её снять, – произношу я, ошеломлённая своим открытием.
Даррен пожимает плечами.
– Я бы не стал на это особенно рассчитывать, – говорит он.
– Но теоретически это может быть? – вцепившись в него словно клещ, я пытаюсь выяснить правду.
– Я боевой маг и не силён в родовой магии и магии крови. Если опираться на логику, то, где вход, там и выход. Если так интересно, покопайся в древних фолиантах в нашей библиотеке, – советует Даррен. – Ты читать-то умеешь?
Обида вспыхивает во мне словно попавшая на сухой хворост искра. Горло опять сжимает спазм, мешающий говорить. Резкие слова застряли в горле, и мне остаётся только сжимать кулаки.
– Не надо обижаться, – примирительно говорит Даррен. В такие моменты я готова убить его, и плевать, как среагирует метка.
– Не обижаться? – наконец-то прорывает меня, и я, перебивая дракона, спешу высказаться. – Ты только что предположил, что я не получила даже зачатков образования.
Для меня болезненна тема обучения потому, что мне удалось учиться только в начальных классах обычной бесплатной школы для бедняков. Всему, что я знаю, меня научили родители и книги, но этого ему знать не обязательно. К счастью, чтобы выйти замуж, дипломы не спрашивают.
– Судя по твоей бурной реакции, эти самые зачатки у тебя есть, – насмехается дракон. – Особенно ты, как я заметил, преуспела в этикете.
Наглая высокомерная ящерица с комплексом величия!
– Именно за умение вести беседу меня особенно хватили педагоги, – парирую я.
– Ну вот видишь, – с притворной печалью произносит он. – Ты даже не видишь разницы между этикетом и риторикой.
От злости я бью его кулачком в плечо. Ну, как так можно? Как может уживаться в одном мужчине нежность и забота с высокомерным хамством.
– Возвращаясь к причине нашего спора, рискну предположить, что ты всё же не умеешь читать… по-драконьи.
 
Глава 10. Альвина МашˊПорту
 
Негодование бурлит во мне, как перебродившее вино, того и гляди выплеснется наружу. Я стискиваю зубы. Умом я понимаю, что Даррен просто пока не может оценить уровень моей образованности, но от этого не легче.
Оттого, что я нервничаю, начинает дёргаться уголок рта. Лишь бы доказать, что я лучше, чем он думает, я уже готова выпалить, что понимаю драконий язык, но в последний момент что-то меня останавливает. Вдруг осознаю, что это моё преимущество.
Не стоит им знать, что я читаю, пишу и даже немного говорю на драконьем языке. Всё, о чём не знают драконы, в любое время может мне помочь.
В нашем роду постоянно рождались истинные пары драконов и изучение их языка входило в программу обучения. Истинных перестали призывать, но учить язык мы не перестали.
Пожалуй, семья МашˊПорту единственная, кто ещё может похвастать тем образованием, которое давали детям триста лет назад. Знания эти передаются в нашей семье из поколения в поколение. Никакая школа не сравнится с тем объёмом знаний, который дал мне отец.
Меня и брата обучали всему, что должны знать образованные драконы: культура, искусство, этикет, та же самая риторика и ещё много другого. Даррена ждёт сюрприз, когда он больше узнает обо мне.
– Да, вы правы, генерал, – соглашаюсь с ним я тихим голосом, демонстрируя покорность, – говорить на вашем языке я не могу.
И я не лгу. Почти. Разве, что самую малость не договариваю. Драконий очень сложный язык для меня, много рычащих и шипящих звуков, идущих друг за другом. Но немного практики в языковой среде, и я смогу изъясняться на драконьем.
Даррен снисходительно улыбается, как же меня раздражают такие улыбки превосходства мужчин над женщинами. А здесь ещё добавляется превосходство драконов над людьми, с чем вообще не согласна.
Крепись, Альви, выход один – найти заклинание, разрушающее магию призыва.
Я так настойчиво стремлюсь разорвать нашу связь по одной причине – хочу выйти замуж по любви, а не принуждению.
И пусть я романтически настроенная дура, не ценящая своего счастья, но по мне так лучше с любящим и понимающим мужем жить в лачуге, чем с Дарреном во дворце. Единственное, что он ценит во мне – метка истинности, а на мои чувства ему плевать.
– Вы так очаровательны, когда обижаетесь, Альви, – странным севшим голосом говорит генерал.
Он меня пугает такими внезапными переходами от любви до ненависти и обратно. Хотя справедливости ради надо признать, что и я этим страдаю.
Метка истинности не даёт расслабиться, только ты становишься самим собой, как включается она, и ты уже таешь от любви к тому, кто раздражал минуту назад.
– Надеюсь, вы не собираетесь обижать меня постоянно, чтобы наслаждаться моим обиженным видом? – интересуюсь я у него, подозревая, что с него станется.
– Ну, что вы, разве я похож на того, кто обижает женщин? – вкрадчиво произносит Даррен.
Мне так и хочется сказать правду, что он очень похож, но ради своего собственного спокойствия приходится лгать.
– Мне бы хотелось услышать о ваших дальнейших планах насчёт меня, – спрашиваю я напрямую. Витиеватые пути дипломатии и обольщения всегда были слишком сложны для меня.
– Мне нравится ваша прямота, Альви, – говорит он, – с вами легко, потому что не нужно притворяться, и одновременно сложно по той же самой причине.
Пожимаю плечами. Ничем не могу помочь, я такая, какая есть, и не собираюсь меняться.
– В ближайших планах познакомить вас с отцом, – улыбаясь говорит Даррен, – а дальше свадьба и дети.
– Может быть, не будем торопиться? – с надеждой спрашиваю я, а у самой сердце так и норовит выпрыгнуть из груди.
Спрятав руки за спину, я перекрещиваю пальцы на удачу, магический знак, которому научила меня нянюшка.
Генерал драконов смотрит на меня удивлённо, и я бы сказала непонимающе.
– С чем вы планируете повременить со знакомством или с детьми? – произносит он, пристально глядя на меня.
От его взгляда я немного теряюсь, но быстро беру себя в руки. Здесь мне никто не поможет, только я сама.
– Со свадьбой, – отвечаю я резче, чем следует отвечать драконам и добавляю с надеждой. – Давайте отложим, вдруг я найду способ разорвать нашу связь истинных.
Лицо Даррена мрачнеет, он сжимает челюсти так, что мне делается не по себе от того, какое выражение лица у него становится. От волнения у меня потеют ладони, и я незаметно вытираю их о платье.
Всё равно оно уже мне больше не пригодится, а Алехандро заплатил за него целое состояние. Может быть, отправить его ему, вдруг пригодится для следующей невесты? У меня вырывается нервный смешок, который по видимости, он принимает на свой счёт.
– Нет, – довольно жёстко отвечает мне Даррен. – Я не буду ничего откладывать. Приводите себя в порядок и спускайтесь в кабинет отца.
  
– Может быть, отложим до завтра, – с мольбой в голосе, прошу его я. – Хочу отдохнуть.
Даррен не знает жалости, видимо, только такие жестокие могут занимать высокие должности в армии драконов.
– Через полчаса я жду вас в кабинете отца, – жёстко говорит Даррен. – И только попробуйте не прийти. Я приду за вами и притащу в таком виде, в каком окажетесь на момент моего появления. Я не шучу, Альви! Во всём, что касается семьи, у меня отсутствует чувство юмора.