От любви не убежишь (ЛП)

– Ниагара-Фолс… это из фильма «Клуб «Завтрак»? Приятно видеть подростка, разбирающегося в классике.
Зак усмехнулся.
– Отвечаю на ваш вопрос: да, он говорил о вас. Кейд сказал, что вы самая умная женщина на свете, а еще самая язвительная.
– Так и сказал? – Внезапно сердце Брук наполнилось надеждой.
Но все по порядку.
– Насчет дерьмового дня, я могу чем-нибудь помочь?
  
Зак задумался.
– Надеюсь, да.
***
Кейд толкнул вращающуюся дверь Северо-Западной Мемориальной больницы и подошел к столу регистрации.
– Я хотел бы увидеть Ноя Гаррити. – Он боялся услышать вопрос, который терзал его все утро. Друг или родственник?
Но вместо этого медсестра заявила, указывая на папку:
– Распишитесь здесь. Имя и время.
Кейд расписался и подождал, пока она наберет что-то на компьютере. Медсестра вытащила бейдж и написала на нем номер.
– Палата пятнадцать-ноль-два. Лифты слева. – Она протянула ему пропуск.
– Спасибо.
Кейд прикрепил бейджик на пиджак и, войдя в пустой лифт, нажал кнопку пятнадцатого этажа. Он смотрел прямо перед собой, борясь с желанием подергать манжеты или запустить пальцы в волосы, или еще что-то в этом роде. Кейд делал это только ради Зака. И хотя с одной стороны, у него имелись вопросы к Ною, он явился сюда не для того, чтобы найти ответы или стать с ним ближе. Кейд уже не тот наивный десятилетний мальчишка, которому хватило несколько хлопков по спине и парочки приятных моментов.
И даже если в глубине души все еще задается вопросом «почему?», будь он проклят, если позволит Ною это увидеть.
Кейд не собирался злиться и язвить. Это будет просто деловой визит. И никаких эмоций.
Двери лифта открылись, и он вышел в коридор. Вокруг стояла тишина. По периметру располагались палаты пациентов, а в центре находилась комната медсестры. Ориентируясь по стрелкам, он выяснил, что палата номер 1502 в конце коридора.
Засунув руки в карманы брюк, Кейд неспешно двинулся в ту сторону. Он специально надел костюм, правда без галстука, раз уж сегодня суббота, потому что планировал покончить с этим визитом как можно скорее и уйти под предлогом, что ему нужно на работу. И если честно, то Кейд хотел, чтобы Ной увидел каким он стал. Да, ему не удалось вырасти профессиональным футболистом, но все равно он многого достиг. Северо-западный университет. Чемпион «Кубка Розы». Оконченная с отличием юридическая школа. Помощник федерального прокурора. Сегодня эти достижения будут выполнять роль его доспехов.
Я достиг этого без тебя. 
Дойдя до палаты 1502, Кейд увидел открытую дверь и замедлил шаги. Мысль о том, что впервые за двадцать три года он увидит Ноя, не давала ему покоя всю ночь. В голове остался яркий образ высокого двадцативосьмилетнего мужчины, одетого в кожаную куртку и выглядевшего таким крутым и жестким – тогда он был моложе, чем Кейд сейчас. Теперь же воображение подсовывало ему картинку изможденного, прикованного к постели человека – именно таких больных раком он видел в кино и по телевизору.
Кейд сделал шаг к двери и обнаружил, что ни один из этих образов не соответствует действительности. Нормально выглядящий пятидесятиоднолетний мужчина, одетый в потертые джинсы и темно-синюю толстовку, сидел в кресле и смотрел в окно на раскинувшийся внизу город. Кейд заметил седину в темных волосах Ноя. На его ногах были обычные серые «найки» – никаких тебе крутых ботинок или броских кроссовок.
Он выглядел, как… отец.
Морган наблюдал за Ноем, смотрящим в окно. Тот казался погруженным в свои мысли, и Кейд понял, что был прав.
Это плохая идея.
Человек только что узнал, что умирает; вероятно, он хочет побыть один. Сейчас не время для неожиданного и нелепого визита давно потерянного сына.
Кейд сделал шаг назад, но неловко царапнул туфлями по кафельному полу. Ной моргнул, выходя из задумчивости, и повернул голову.
Выражение шока мелькнуло на его лице.
– Кейд. – Ной встал с кресла и долго стоял, ничего не говоря. – Как… ты узнал, что я здесь?
– Зак, – бесстрастно произнес Кейд.
– Зак? – Сначала Ной выглядел озадаченным, затем его лицо прояснилось. – Он пришел к тебе из-за опухоли.
– Да.
Кейд оказался совершенно не готов к тому, что случилось дальше.
На глаза Ноя навернулись слезы.
– Это так… хорошо, что он пошел к тебе. – Голос на слове «тебе» сорвался, и Ной посмотрел вниз. Какое-то мгновенье он молчал, затем поднял взгляд. – Прости. – И прокашлялся. – Последние несколько дней выдались очень утомительными. – Ной взмахнул рукой. – Пожалуйста, входи. Мм… я сейчас попробую достать оттуда стул. – Неловкими нервными движениями он схватил стоящий в углу стул и поставил его у окна рядом со своим.
Как только Кейд уселся, Ной, сложив руки на коленях, посмотрел на сына.
– Итак, помощник прокурора Кейд Морган собственной персоной.
Кейд удивился, хотя и не подал виду. Он понятия не имел, что Ной интересуется его карьерой.
– Как ты себя чувствуешь?
Кажется, это самый подходящий вопрос, который можно задать в больнице.
– Ну, это похоже на катание на американских горках, – ответил Ной. – Но, по правде говоря, сегодня я чувствую себя отлично. Вчера мне начали вводить новые стероиды и сказали, что нужно остаться под наблюдением на двадцать четыре часа, чтобы проверить, нет ли каких побочных эффектов. – Улыбаясь, он махнул в сторону коридора. – Думаю, медсестры явно не в восторге от того, что я не хочу надевать больничную пижаму. Я сказал им, мол, все равно очень скоро они смогут меня в ней увидеть.
– Что насчет лучевой и химиотерапии?
– Лучевая начнется со следующей недели. По словам врачей, это не сможет уменьшить опухоль, но они надеются, что она перестанет так быстро расти.
Повисло неловкое молчание.
Кейд понял – есть одна вещь, которую он хотел сказать:
– Ной, я…
– Я читал в новостях о твоем грандиозном повышении, – прервал его Ной, прежде чем Кейд успел закончить. – Временно исполняющий обязанности федерального прокурора – это действительно круто. Ты сможешь продолжить заниматься расследованием коррупции, когда займешь эту должность? Судебное заседание по делу Сандерсона обещает превратиться в настоящую «собачью бойню».
Кейд внимательно изучал мужчину, сидящего напротив него. Оказывается, Ной многое о нем знал.
– Ты следишь за всеми новостями, связанными с офисом окружной прокуратуры?
Ной посмотрел ему в глаза и тихо сказал:
– Нет. Только за теми, которые касаются моего сына.
Вся злость, которую Кейд копил в себе годами, внезапно вырвалась на поверхность.
Мой сын. 
Ной Гаррити потерял право называть его так много лет тому назад. Кейд стиснул зубы и попытался взять себя в руки.
– Я пришел сюда не для того, чтобы говорить о моей работе.
– Знаю, ты хочешь от меня объяснений. Просто уверен.
– Нет. – Кейд посмотрел ему прямо в глаза. – Я ничего от тебя не хочу.
– Тогда сделай одолжение умирающему человеку.
В ответ на эту неудачную шутку Кейда накрыло эмоциями. Он молчал и просто… ждал.
Ной, собираясь с силами, сделал глубокий вдох.
– Я был бездельником, Кейд. Я сидел без работы, пил, принимал наркотики, не думал ни о ком, кроме себя. Когда ландшафтный бизнес, которым я начал заниматься с братом, не пошел, мне пришлось вернуться в Чикаго к родителям. Что дало моему отцу множество поводов сказать мне, какой я неудачник – и поверь мне, он использовал каждый из них.
Проблемы с отцом? В этом вся причина? Кейд чуть не рассмеялся над иронией судьбы. «Добро пожаловать в наш чертов клуб».
– Спустя месяц после возвращения в город, я позвонил твоей матери, – продолжил Ной. – Я думал, что встреча с тобой поможет мне взять себя в руки.
  
– Не удалось, да? – саркастически заметил Кейд, прежде чем сумел остановить себя. «Никаких эмоций, Морган».
– Я был молод и глуп. Я думал, это будет здорово увидеть ребенка, с которым можно поиграть в мяч или в видеоигры. Я не думал об ответственности. – Он помолчал. – Но когда увидел тебя, все вдруг стало таким… реальным. Ты уже был раз в десять умнее меня и сильнее, судя по тому, как ты стоял и прямо спрашивал, почему меня не было рядом. – Он печально улыбнулся. – Но у тебя было очень доброе сердце. Я видел, как сильно ты хотел видеть во мне своего отц…