Микстура от попаданки (СИ)

- Генерал, вы ведь не хотите, чтобы я забыла что-нибудь важное? - прищурилась я.
Он не хотел. Только страдальчески вздохнул, позволяя новому шквалу вопросов обрушиться на его бедную голову.
Набрала я столько, что лессы вынуждены были отыскать в кладовой корзину, чтобы сложить мои покупки. И цену назвали совершенно точно вдвое больше обычной. Я хотела было возразить и поставить в конец зарвавшихся сестер на место, но генерал неожиданно сжал мою руку, и я отвлеклась на него, пытаясь понять, что значит этот случайный жест. А пока я размышляла, он уже оплатил покупки и со страдальческим видом принимал пожелания легкой дороги и приятного путешествия. На меня лессы при этом косились так, будто единственное, о чем они жалели - так это о том, что не успели подсыпать мне какого-нибудь яда в покупки.
  
По пути к экипажу Лагранд вдруг спросил:
- Значит, это я пригласил вас в путешествие, а вы не смогли отказать, Аннабель?!
- О, у вас чудесный слух, генерал, - фыркнула я. - Вы с чем-то несогласны?
- Кажется, все было с точностью наоборот. И вы только что запустили новую волну слухов, вам не кажется?
- Не кажется, я в этом совершенно уверена! Так что улыбайтесь, генерал. Как вы там сказали? Вы хотя бы предстанете в них счастливым.
  
Глава 23
 
Следующий рейс был сделан домой к нам с Эмили. Подруги дома еще не было, и я не представляла, как можно предупредить ее, чтобы она не ждала меня у лекарского кабинета. Зато генерал поспешил откланяться, сославшись на необходимость сборов.
- Отправляемся на рассвете. Надеюсь, вы не собираетесь брать с собой парадные платья и шляпки с перьями?
- Что вы, генерал, только розовое боа и кружевной пеньюар, - отшутилась я.
А Лагранд неожиданно смутился и вдруг принялся разглядывать собственные ботинки, которые, я уверена, видел точно не впервые.
- Я вас оставлю, Аннабель, чтобы вы могли спокойно сложить вещи и попрощаться со всеми, с кем пожелает проститься ваше сердце.
Звучит-то как! Можно подумать, я собираюсь умирать! Вот уж дудки, еще одного странного мира я точно не переживу, а в этом худо-бедно освоилась, так что я планирую вернуться живой и невредимой.
- Не боитесь, что я убегу? - вырвалось у меня.
- Вы? Убежите? - улыбнулся вдруг генерал и внимательно посмотрел мне в глаза. - Не боюсь. Выспитесь хорошенько.
Он ушел, оставив меня в самых растрепанных чувствах. С одной стороны, я была уверена, что поступаю правильно. Если выбирать между темницей и призрачным шансом на свободу, я всегда бы выбрала второе. Из темницы точно не убежишь, а старшая лесса Лафер сделает все, чтобы я осталась там навсегда, а они с сестрами получили лекарский кабинет и остальное наследство в безраздельное пользование.
Вот только если я хочу остаться в этом мире, мне тоже потребуется какой-никакой капитал. И я не безвольная лесса Лион, которая спустит все происки опекунши на тормозах. Им еще придется ответить и за присвоенное имущество, и за анонимный донос.
За неимением лучшего занятия, я вскипятила чайник и уселась пить травяной отвар. Времени на сборы было предостаточно, а вещей как раз наоборот, столько, что вместились бы в небольшую дорожную сумку, которая обнаружилась тут же в шкафу. Благо, все необходимое для лечения страждущих забрал с собой генерал.
Эмили появилась, когда я допивала третью чашку отвара. Судя по ее взволнованному виду, о моих сегодняшних злоключениях ей уже рассказали, потому что, увидев меня, спокойно сидящей в кресле, она вздохнула с заметным облегчением. А потом всхлипнула и бросилась меня обнимать.
- Ани, это правда, скажи мне, правда? - сквозь слезы спрашивала она.
- Что правда?
- Что ты уезжаешь в гарнизон? Я услышала, как маршал Ранье обсуждает это с генералом Лаграндом. И сразу прибежала. Боялась, что уже тебя не застану.
- Вот ведь сплетник, - горько усмехнулась я. - Правда. У меня выбора не было. Какая-то гадюка составила на меня донос, и мне предложили или увлекательно провести время в темнице, или отправиться куда-нибудь целителем. Желательно подальше отсюда.
- Но у тебя ведь нет разрешения! - всплеснула руками подруга.
- Видимо, в критической ситуации это никого не смущает.
- Ты будешь мне писать?
- Конечно, милая, - почему-то к горлу подкатил ком, и я почувствовала, как потекли по щекам предательские слезы. Я так не рыдала даже тогда, когда узнала об измене жениха... А сейчас, понимая, что вряд ли скоро снова увижу простую и добрую девушку, с которой знакома-то всего пару дней, не смогла сдержать слез.
Остаток вечера мы провели также, как проводят вечера подруги в любом мире: отчаянно сплетничали о потрясающей фигуре обаятельного генерала Лагранда, это по версии Эмили, и насылали проклятье вечного поноса на сестер Лафер.
Проснулась я от настойчивого стука в дверь, с ужасом понимая, что непозволительно проспала. Вот ведь черт! Я подскочила, как ошпаренная, бросаясь открывать генералу, чтобы не подумал ненароком, что я и правда сбежала. Эмили спала так крепко, что ее громкий звук ничем не потревожил.
Я рывком распахнула дверь и, увидев сердитого генерала, бодро воскликнула:
- Я не сбежала, я проспала! Дайте мне пять минут, и я буду готова, хорошо?
- Дьявол, Аннабель... Я жду вас внизу, - неожиданно хрипло произнес Лагранд.
Тут только я поняла, что на мне совершенно ничего не было, кроме полупрозрачного нижнего платья. Вот уж точно, дьявол...
  
Глава 24
 
Собиралась я торопливо и громко, так что Эмили все-таки проснулась. Заметив, что я буквально одной ногой уже в дороге, она подскочила и бросилась закидывать в холщовую сумку мне с собой продукты. Я пыталась убедить подругу, что у генерала в этом плане все организовано, но меня все равно снабдили и вяленым мясом, и невесть откуда взявшимися шоколадными конфетами.
А потом Эмили всхлипнула и достала из-под подушки крохотный бархатный мешочек.
- Вот, возьми. Я хотела тебе на день рождения подарить, но он уже через десять дней, ты точно так скоро не вернешься. Так что забирай сейчас, и пусть он принесет тебе удачу.
В мешочке оказался удивительно красивый кулон. Нежный темно-фиолетовый камень на тонкой серебряной цепочке.
- Это аметист, - пояснила подруга. А потом смутилась, будто не решаясь сказать, но все-таки призналась. - Я еще его в святилище носила. На всякий случай...
Если я сейчас правильно поняла, то Эмили старательно пыталась усилить народное поверье с помощью официальной местной религии. Способ крайне любопытный, а вот насколько эффективный этот амулет на удачу, мне предстояло выяснить в гарнизоне.
Одно я знала точно: подруга у меня самая лучшая, и это настоящее счастье, что мы с ней встретились в этом мире. Обнимала я Эмили от всей души, чувствуя, как по щекам текут слезы.
- Иди, - прошептала она, с трудом сдерживая рыдания. - А то генерал рассердится.
Она была права. Я подхватила потяжелевшую дорожную сумку, мешок с продуктами, а подарок Эмили сразу же надела на шею. Мешочек крохотный, может затеряться в пути, а амулет был мне дорог. И не потому, что заговоренный, а скорее из-за того, что это единственная вещь, которую в этом мире я получила от чистого сердца.
Генерал Лагранд нервно мерил шагами расстояние от двери нашего дома до экипажа. Я выскочила как раз в тот самый момент, когда он приближался к двери, так что он чудом успел отскочить, чтобы не получить обидной бытовой травмы.
- Осторожней, генерал, - бодро сказала я. - А то мы так до гарнизона не доберемся.
  
- Залезайте в экипаж, Аннабель, - сердито буркнул в ответ Лагранд, однако, несмотря на недовольство, мои сумки он все-таки галантно забрал.
Правда уже через мгновение я отобрала у него ту, в которой были продукты.
- Что с вами? - брови мужчины удивленно поползли вверх.
- Там мясо, оно сильно пахнет, - смущенно пробормотала я, чувствуя себя той неудобной попутчицей, которая, едва тронется поезд, достает из необъятного баула куриные окорочка, которые потом несколько часов служат ароматизатором для всего вагона. - Его лучше сразу съесть.