Арестантка: Путь на Броссар (СИ)

– Кстати, парниша, я смотрел твоего робота, – донёсся до меня голос Смарта, где-то через полчаса полёта. 
Сердце кольнуло от страха, подумалось, что он скажет, что Коня починить нельзя. 
– И как? 
– Ну с процессором и памятью всё в порядке. Нужны детали, которые можно купить на Линдроузе. Только есть один нюанс. 
Я расслабленно выдохнул, не отрывая взгляда от экрана навигации. 
  
– Какой? 
– Его процессор… он странный, – Смарт сделал паузу. – Никогда таких не видел. Маленький, с каким-то кристалликом внутри. Кто его сделал? Какое-то штучное производство? 
– Да, его сделала моя мать… 
– Ничего себе, талантливый инженер. Познакомишь? 
– Она умерла, сэр… – не сразу ответил я, бестактность вводила меня в замешательство. 
– Жаль, хотел бы с ней обсудить эту технологию. Это же просто скачок в развитии искусственного интеллекта. 
– Спасибо, что посмотрели, – сказал я. 
– Да нет проблем, – Смарт хлопнул меня по плечу. – Всё-таки иногда умным везёт? 
Он как-то хитро это сказал, и я даже обернулся: 
– Приближаемся к астероидному полю, – сказал я. – Займите ваше место. 
Когда я вернул взгляд к экрану и увидел перед собой стену прыгающих сквозь пространство камней, моё сердце забилось быстрее. Как я мог сказать, что смогу преодолеть этот пояс?
  
10.2
 
~3112~ 
Трой отбыл на задание вместе с Сантьяго, и это тревожило меня. Сантьяго всегда был профессионалом, и я знала, что он не поставит личное выше долга, но вот Трой мог. Меня пугало, что он может сам случайно спровоцировать Санти. Скажет что-то не то, сделает… Конечно, он миролюбивый парень, но, твою мать, так настойчиво спрашивал: «Ты моя?». 
Ревнивым Трой был точно. Если думать без оглядки на нашу ситуацию, то мне это даже нравилось. А если смотреть в целом, ревность может помешать адекватно оценивать ситуацию. 
После смены в рубке я отправилась в столовую. За самым дальним столом сидела Вараха. Я взяла у Хана в окошке выдачи овощи и стакан чая. Меня накрыло волной совершенно детской радости, как и всегда после освобождения с Пегаса, когда я садилась есть. Вроде мелочи, а тянуло плакать от счастья. Кукуруза, свёкла и немного картошки нежно поглядывали на меня из тарелки. 
Я направилась к Варахе и села на соседний стул. Она оторвалась от еды, мазнула по мне любопытным взглядом. Хотелось поговорить, столько всего накопилось. За время каторги я привыкла к молчанию, к консервированию боли в маленьких баночках, которые прятала глубоко внутри. Но сейчас все эти консервы взрывались одна за одной. И единственную ночь, в которую кошмары мне не снились, я провела с Троем. Сейчас я понимала, что увидимся мы в лучшем случае через два дня. А в худшем – никогда. Мало ли, что может случиться. 
– Ты чего-то мигаешь, как неисправная лампочка… то прям вспышка на солнце, то чёрная дыра печали, – Вараха начала разговор, наколов свёклу на вилку. – Боишься, что Санти Троя в утилизатор сбросит? Ну ты сама кашу заварила… 
– Знаю, но от этого не легче, – сказала я. – Приятного аппетита. 
– До Линдроуза ничего не случится, – Вараха прищурила глаз. – Без пилота не долетят. Майор не дурак. На сутки можешь расслабиться. 
Она засмеялась. Я засунула в рот картошку и наслаждалась вкусом. 
– Ну что, девственности его лишила? – спросила Вараха шёпотом. 
Я чуть не подавилась. Кашлянув, отвернулась и увидела доктора Тардис за столом в углу столовой. 
– Вар, давай не будем об этом, – я стыдилась говорить о произошедшем ночью. – Скажи лучше, почему имперка свободно сидит в столовой? 
– Майор не стал заточать её, сказал, чтобы я за ней присмотрела, – Вараха приподняла плечи и поджала губы. – Таскаюсь теперь с балластом. Зато она мне протез перенастроила. Он иногда сбоил. 
– Ничего себе. Санти разрешил ей ходить по кораблю? – я скривила губы. 
– Она починила Матео. Он теперь на себя похож и живенький такой. Бесит, как и раньше. 
– Мне бы тоже к нему зайти, – я попробовала кукурузу. – А второй пленник в карцере? 
– Да. 
– Его хоть кормили? – мне почему-то показалось, что этот вопрос задал бы Трой, и он беспрепятственно лёг на язык. 
– Не знаю. А что? Ты прониклась симпатиями к имперцам, стоило одному тебя чпокнуть? 
– Вар, он меня не чпокал… – мне показалось, что на зубах заскрипел песок. 
– Вы же провели вместе ночь… Ты не пришла на своё место, майор полночи злобно глазел на внешний экран. И как это? Что же вы делали? 
– Мы спали. Просто спали. 
– Он импотент, что ли? 
– Вар! – я стукнула вилкой по пластиковой тарелке. – Нет. Конечно, нет. 
– Аа… он кончил раньше, чем приступил… 
– Да заткнись ты! – крикнула я, забирая свою тарелку со стола, и пересела за другой. – Зачем всё опошляешь? Ты иногда просто невыносима. 
Я злилась, но одновременно меня удивляла собственная реакция на слова Варахи. Раньше я с удовольствием обсуждала секс, пошло и без прикрас. Нет, конечно, не с Варахой. С ней до моего пленения мы совсем не разговаривали. С Кали, или с Трейси, она погибла ещё в середине войны, с Матео тоже бывало болтали об этом. А сейчас не хотелось. Казалось, что это обидит Троя. Да, всё вышло странно, стыдно, но всё равно красиво, траханные звезды! Никому кроме нас двоих этого не понять. 
Сама не ожидая этого, я оказалась за столом с доктором Тардис. Она сидела, делая вид, что меня нет. Также медленно накалывала по кукурузному зерну на вилку. 
– Ты какая-то дерганая, Принс, сразу видно, Трой тебя не удовлетворил, – Вараха пересела к нам за стол. – Ну он же девственник, ты должна была понимать… 
– Остановись, – я закрыла уши. 
Доктор потупила взгляд в тарелку. Мне в глаза бросилась её чёрная серёжка-гвоздик. Симпатичная. 
– Приятного аппетита, – сказала я доктору. 
– Спасибо, и вам, – ответила она. 
– У вас красивое украшение, – усмехнулась я. 
– Да, мне тоже понравилось, – вставила Вараха. – Стильненько. Сделано небось из какого-нибудь чёрного золота. 
Тардис грустно улыбнулась и отвернулась к стене. 
– Чёрное золото? – переспросила я. – Разве такое бывает? 
– Слушай, имперцы любители всяких диковинных извращений, у них какого только золота нет… фиолетовое даже. 
– Серёжка не из нефти, – сказала Тардис, всё ещё пялясь в стену, горошина покоилась на её вилке. – Она из специального медицинского сплава. 
Нефть… какое странное слово. Интересно, что оно означает? 
– А это медицинская приблуда? – Вараха глотнула воды из чашки. – Ты чем-то больна? 
– Я бы не хотела это обсуждать… 
– Принс, ну ты видишь? Сидит такая вся снежная королева… с видом, что мы её своим присутствием оскорбляем, – Вар откинулась на спинку стула. – Если ты больна, то мы должны об этом знать, вдруг ты нас заразишь? 
– Вар, она же Матео спасла,  – я вернулась к картошке. – Давайте просто поедим. 
– Нет, я серьёзно.  Если эта чертова сука чем-то больна? А я с ней ношусь, как со списанной торбой… 
– Я не больна. Это клеймо, – она повернулась и посмотрела на меня. 
– Ого, – удивилась я. – За что же тебя клеймили? Кстати, как тебя зовут? Если ты теперь с нами… 
– Да мы просто приют для имперских перебежчиков… – проворчала Вараха. 
– Джессика, – представилась доктор. – Я нарушила несколько законов Чистого Брака. 
Хм. Мне казалось, что Трой что-то говорил об этом кодексе. 
– Что же ты сделала? – спросила я, весело ухмыляясь. – Целовалась с кем-то до свадьбы? 
Тардис посмотрела сначала на меня, потом на Вараху. 
– Мы с вами враги… мы живём очень по-разному. Мне сложно понять вас, а вам меня. Моё положение безвыходное. Я благодарна вам, что до сих пор жива. Что вы меня кормите, хотя у вас небольшие запасы… Но есть темы, на которые я бы не хотела разговаривать… 
  
Мне показалось, Джессика была искренней. И узнав Троя, я поняла и её. У них на Земле не принято говорить о личном, а секс вообще запретная тема. Мне было интересно, что она сделала такого, но суть-то была ясна, и не хотелось на неё давить ради грязной подробности.