Чудовище

– Перестань, – попросил он.
– Что перестать?
– Сама знаешь, что.
Но я же теперь красавица из Манчестера. Я пришла в бар, нашла его, и он смотрел на меня, точно мотылек на пламя свечи.
– Помнишь, как мы с тобой познакомились? – спросила я. – Ты тогда еще сказал мне, что наш сад – опасное место, потому что, если будет пожар, мы не сможем из него выбраться и сгорим. Помнишь?
  
– Не-а.
– А потом я показала тебе, как забираюсь на дерево и спрыгиваю на кладбище, и ты сказал, что я сумею за себя постоять.
– К чему ты сейчас это говоришь?
– Потому что я действительно могу за себя постоять. Как и ты. А вместе мы спасем остальных. Мы же крутые, черт побери.
– Ну, ты-то уж точно крутая, – рассмеялся Касс, – раз добралась сюда без телефона и денег.
– Деньги у меня как раз были. Просто не мои.
– Иди сюда. – И Касс раскрыл мне объятия.
Я, не раздумывая, подошла к нему. Мы стояли у окна в пальто, и от нас пахло улицей.
Это же я, Касс. Ты обнимаешь меня.
Я нежно прильнула к нему и с удовольствием почувствовала, как изменилось его дыхание. Оно стало глубже, медленнее; чем дольше мы стояли у окна, тем крепче Касс прижимал меня к себе. Словно между нами выравнивается давление. Как у дайверов, которые всплывают на поверхность.
– Посмотри на меня, – наконец прошептал Касс.
Я подняла глаза; он пристально рассматривал меня, будто знал обо мне что-то такое, о чем я даже не подозреваю. До чего же приятно стоять с ним в обнимку и чувствовать на себе его взгляд.
– Спасибо, что приехала меня проведать, – сказал он.
Он наклонился ко мне, и меня окутало тепло. Я почувствовала его дыхание на коже. Он поцеловал меня в губы, очень нежно, отстранился и улыбнулся.
– Это было здорово, – призналась я.
– Ага.
– Давай еще раз?
– Не стоит, Лекс.
– Мы же с тобой не родные.
Он медленно покачал головой, словно это была страшная ложь.
Предполагается, что девушка должна ждать, пока парень ее возьмет, как бы сильно ей ни хотелось ему отдаться. Но это же Касс, я у него в комнате, и я мечтала об этой ночи всю жизнь. Я не допущу, чтобы все закончилось, не начавшись. Я приподнялась на цыпочки, обняла его за голову и прижалась губами к его губам.
Мы целовались нежно, едва соприкасаясь губами, словно при желании могли притвориться, будто ничего и не было, все это ничего не значит, и мы в любой момент можем остановиться. Но с каждым поцелуем наши рты все крепче прижимались друг к другу, открывались все больше, наши языки переплелись, и казалось, будто мы годами жаждали этой минуты.
– Блин, – выдохнул мне в ухо Касс, развернул меня спиной к окну и прильнул ко мне всем телом. Мы целовались, не в силах оторваться друг от друга.
«Вот оно», – думала я. Это и есть любовь. Наконец-то.
Но Касс вдруг отстранился.
– Это невозможно, – прошептал он.
Я обняла его. Я умру, если мы остановимся. Я еще ничего и никогда не хотела так сильно. Я мечтала об этом всю жизнь.
Он мягко отстранился.
– Нет, Лекс.
– Через десять минут мне шестнадцать.
– Не в этом дело. – Он запустил руку в волосы. Лицо его внезапно исказилось от злости.
– Почему ты злишься?
– Ты меня преследуешь.
Мамины слова. Но из его уст они жалили, как пощечина.
– Ты же сам меня поцеловал. И всегда отвечаешь на мои поцелуи.
Он бросил на меня холодный взгляд.
– Я парень. Все парни так себя ведут. Если девушка сама пристает, ни один не откажется.
– Но это же нечестно.
– Жизнь вообще несправедлива. Короче, я так не могу. У меня завтра лекции, мне надо отоспаться.
– Это шутка?
– Вовсе нет. Если тебе нужно умыться или сходить в туалет, ванная комната вон там.
Он указал на дверь возле шкафа, которую я прежде не замечала. Я не знала, как быть, как поступить, что говорить, поэтому сделала, как сказал Касс: пошла в ванную. Пописала, вымыла руки. Умылась. Вытерлась его полотенцем, перемазав его тушью. Ну и прекрасно. Мне хотелось перепачкать все его вещи.
Когда я вышла из ванной, Касс что-то смотрел в телефоне. Поднял глаза и улыбнулся, как ни в чем не бывало.
– Зубы почистила?
Я даже отвечать не стала. Легла в постель, не раздеваясь, отодвинулась к стене. Ляжет ли он рядом? Или уйдет спать в другое место?
– Дуешься? – спросил Касс.
Я промолчала, и он хмыкнул.
– Сейчас вернусь.
Я слышала, как он писает. Как спускает воду в унитазе. Как льется вода из крана, Касс чистит зубы, споласкивает рот, сплевывает. Я видела все это даже с закрытыми глазами, как будто подглядывала в дырочку.
Наконец Касс вышел из ванной, выключил лампу, подошел к кровати.
– Ты что, в одежде легла?
– Угу.
– Что за чушь, нельзя же спать в одежде.
– Хочешь, чтобы я разделась?
– Просто хочу сказать, что тебе будет неудобно.
Я откинула одеяло и села. Потянула платье за подол, сняла через голову. Я знала, что Касс смотрит на меня. Швырнула ему платье, снова легла.
– Доволен?
– Ладно тебе, Лекс, не сердись.
– А я и не сержусь.
– Сердишься, и меня это достало.
Он расстегнул молнию на джинсах и снял их, даже не пытаясь прикрыться. Потом снял носки, футболку, приподнял одеяло и в одних трусах улегся возле меня. Касс лежал на спине, закинув руку за голову, его дыхание было совсем рядом, в считанных миллиметрах от меня. Мизинцем левой руки я могла бы коснуться его правого бедра.
– Поболтаем? – предложил он.
– Не хочу.
– На какую-нибудь нейтральную тему, – он мягко толкнул меня ногой. – Хочешь, поспрашиваю тебя по математике?
Я даже не улыбнулась в ответ на шутку.
– Как хочешь. – Он демонстративно отвернулся от меня, натянул повыше одеяло, отодвинул ноги от моих ног. – Кстати, первый дешевый поезд уходит в половину девятого, но гости должны уйти из общежития до восьми, так что придется тебе до отъезда посидеть где-нибудь в кафе.
– Ты же едешь со мной, не забыл? Мы придумали план.
– Нет, Лекс. Это ты придумала план. Не втягивай меня в это.
– Но ты согласился.
– Еще чего.
Что происходит? Я совсем запуталась. Зачем он велел мне снять платье? Зачем лег рядом со мной в одних трусах? Почему не ушел спать на диван куда-нибудь в общую комнату? Так он утром поедет со мной в Лондон или нет?
Я опомниться не успела, как он добавил:
– От тебя жаром так и пышет. Ты как будто пульсируешь.
И добавил:
– Как приятно лежать с тобой в одной постели.
Снова перевернулся на спину, закинул руку за голову и произнес:
– Не хочу с тобой ссориться. Давай останемся друзьями.
Я села в кровати.
– Вот ты опять.
– Что опять?
– Устраиваешь путаницу.
– О чем ты?
– Сперва подаешь сигналы, а потом сам же это отрицаешь.
– Ну началось. – Касс вздохнул.
– Когда я попросила у тебя подарить мне на день рождения билет на поезд до Манчестера, ты ответил: «Хорошо». А когда я приехала, притворился удивленным. Когда я рассказала тебе, что хочу сделать так, чтобы наши мамы объединились, ты заметил, мол, здорово, теперь же говоришь, что мой план – полная фигня. Ты заигрываешь со мной в баре, целуешь у окна, а когда я отвечаю на поцелуй, отталкиваешь меня. Потом, как ни в чем не бывало, говоришь: «Давай поболтаем». А когда я отказываюсь, сообщаешь, что утром мне придется убраться ни свет ни заря, потому что я тебя достала.
– Я не говорил, что ты меня достала. – Касс рассмеялся.
– Но ты это подумал.
– О, так ты у нас теперь мысли читаешь?
– Не смешно. Между прочим, это моя жизнь, а ты надо мной издеваешься.
– Н-да, – протянул Касс, – раньше ты не была такой занудой.
– Ну вот опять. Ты как будто суешь мне в руки какую-то вещь, а потом притворяешься, что никогда ничего не давал.
  
– Понятия не имею, о чем ты.
– То есть ты сам не ведаешь, что творишь?
– Давай спать.
Но так легко он от меня не отделается.