Скромный метаморф (СИ)

— Это твоя сестрёнка? В живую она куда милее, чем на фотографиях! - отстранившись от меня, Флёр (кстати, её английский стал куда лучше с нашей последней встречи, акцент практически незаметен) приблизилась к Луне и начала тискать её за щёчки. Сестра пыталась уклониться, но увы… - На Чемпионате по квиддичу так и не вышло нормально познакомиться.
— Угу, потому что кое-кто слишком сильно хотел пообщаться со мной и буквально украл меня, - с весёлой усмешкой посмотрел я на француженку, на что она невозмутимо фыркнула.
  
— Пуфти! - грозно сказала Луна. Точнее не грозно, а “грозно”.
В толпе других учеников не развернёшься, поэтому затискиваний избежать не удалось. От этого она недовольно надулась, сверкая яростным взглядом. Не сумев вырваться из хватки, она кинула на меня умоляющий о помощи взгляд. От этого зрелища у меня затряслись руки и я смалодушничал. Да, я тоже начал её тискать, внутренне растекаясь довольной лужицей от умиления.
— Кхем… Льюис… - осторожно подал голос Гарри, с интересом поглядывая на Флёр.
— А, да, простите, забыл, - сконфуженно произнёс я, тем не менее не переставая тискать сестру, которая сверлила меня взглядом, в котором чётко и ясно читалось слово “предатель”. - Знакомьтесь, это Флёр Делакур, моя подруга из Франции, я вам о ней рассказывал. Вы должны помнить её с Чемпионата, правда тогда мы уже расходились и не вышло толком вас представить друг другу. Я постоянно подвергаюсь попыткам агрессивного соблазнения с её стороны, - на этих словах описываемая девушка с наигранной обидой стукнула меня кулачком по плечу. - Флёр, это мои друзья: Гарри Поттер, Рон Уизли и Гермиона Грейнджер.
— Друзья Льюиса - это мои друзья, - с улыбкой заявила девушка.
Отцепившись от моей сестрёнки, она подошла к ним и каждого по очереди крепко обняла. Гермиона немного обалдела от этого, а парни прям поплыли. Закончив обнимашки, она снова подошла ко мне. Хм… Со временем она становится всё более активной в своём флирте, сейчас это прям очень заметно. Она уже хотела снова заговорить, но тут откуда-то из темноты донёсся престранный звук — погромыхивание, сопровождаемое всасывающим хлю­паньем, как если бы гигантский пылесос двигался по реч­ному руслу.
— Озеро! — крикнул Ли Джордан. — Гляньте на озеро!
Стоя на возвышении у замка, мы отчётливо видели внизу чёрную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завих­рения, затем огромные пузыри, глинистый берег захле­стнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Из самой её сердцевины медленно поднимался длинный чёрный шест. Корабельная снасть, мачта, если быть точным.
Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный ске­летоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тус­клые огни иллюминаторов походили на светящиеся гла­за призрака. С оглушительным всплеском корабль нако­нец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, за­скользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап.
С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Все они величиной не уступали Крэббу с Гойлом! Но вот они вошли в падающий из окон замка свет, и оказалось, что не такие они и большие, просто на них надеты лохматые шубы. Чело­век, шедший первым, был одет в другие меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам.
— Дамблдор! — радостно воскликнул он, поднимаясь по склону. — Как поживаете, любезный друг?
— Благодарю, прекрасно, профессор Каркаров.
Голос у Каркарова бархатный, с льстивой ноткой. Вы­сокий, худой, как и Дамблдор, но седина короткая, а коз­линая бородка с завитком на конце едва скрывает без­вольный подбородок. Подойдя к Дамблдору, он взял его руки в свои и крепко тряхнул. Пока они болтали, я осмотрел магическим зрением гостей на предмет крота под оборотным. Опять ничего? Странно…
— Старый добрый Хогвартс, — смотрел он, улыба­ясь, на замок. Зубы у него желтоватые, а улыбка не вя­жется с холодным, проницательным взглядом. — Как хорошо снова быть здесь... Как хорошо... Виктор, иди сюда. В тепло. Вы не против, Дамблдор? Виктор немно­го простыл...
Каркаров поманил одного из учеников, тот подошёл. Крупный, с горбинкой нос, густые чёрные брови...
— Это же Крам! - громко прошептал Рон.
Хогвартцы пропустили внутрь замка гостей, после чего ровным строем начали подниматься вслед за ними по каменным ступеням. Рон был вне себя от вос­торга.
— Крам! Нет, вы представляете себе? Сам Вик­тор Крам!!!
— Что с тобой, Рон? Крам всего лишь игрок в квиддич, — пожала плечами Гермиона, Флёр и я на это согласно кивнули.
— Всего лишь! — передразнил её Рон. — Ты что, Гер­миона, не знаешь? Это же один из сильнейших в мире ловцов! А ведь он, как и мы, ещё всего лишь школьник! - вот что уж точно осталось неизменным, несмотря на моё влияние, так это фанатская сторона Рона по отношению к звёздам квиддича.
В холле можно было заметить как Ли Джордан прыгал на цыпоч­ках, чтобы мельком узреть затылок Виктора Крама, а шестикурсницы лихорадочно шарили в складках мантий.
— Не может быть! У меня нет с собой ни одного пера! Что же делать? Может, он подпишет шляпу губной помадой?
— Делать им нечего! — высокомерно заявила Герми­она, проходя мимо девушек, чуть не дерущихся из-за тю­бика губной помады.
— Я бы тоже не прочь взять у него автограф. Гарри, не одолжишь перо? — засуетился Рон.
— У меня тоже нет. Они все наверху в сумке… - сконфуженно произнёс Поттер.
— Вот ведь суетологи, - пробормотал я себе под нос, осуждающие покачивая головой.
Мы подошли к нашему столу. Флёр всё также была с нами, сев рядом со мной, с другой стороны от меня сидела сестра, обняв мою руку, и сверлила Делакур грозным взглядом, так и говорящим “МОЁ”. Саму девушку реакция моей сестрёнки умиляла. Рон сел лицом к входной двери, у которой столпились дурмстрангцы во главе с Крамом, высматривая, куда сесть. Гости из Шармбаттона уже сидели за столом Рейвенкло, периодически кидая странные взгляды на Флёр, не присоединившуюся к ним.
Закончив раздумья, Виктор Крам с однокашниками двинулись к столу слизеринцев. Крэбб с Гойлом были на седьмом небе. А Малфой не преминул тут же вступить с Крамом в беседу.
Дурмстрангцы сняли лохматые шубы и с любопыт­ством разглядывали тёмный потолок, усеянный звезда­ми. Некоторые, не скрывая восхищения, вертели в руках золотые тарелки и кубки.
Завхоз Филч, надевший в честь праздника старый, потёртый фрак, добавил к профессорскому столу ещё четыре кресла — по два слева и справа от Дамблдора.
— Но приехало-то всего два профессора, — удивился Гарри. — А Филч почему-то поставил четыре кресла. Кто-то ещё приедет?
— А? — рассеянно переспросил Рон, жадно пожирав­ший глазами Крама.
Наконец все заняли свои места, и к профессорскому столу потянулись преподаватели, шествие замыкали про­фессор Дамблдор, профессор Каркаров и мадам Максим. Увидев своего директора, шармбатонцы поспешили встать (Флёр не стала исключением). За соседними столами раздались смешки. Но по­допечные мадам Максим невозмутимо оставались на но­гах, покуда великанша не опустилась в кресло по левую руку от Дамблдора, стоявшего за столом в ожидании ти­шины.
— Добрый вечер, леди, джентльмены и привидения, а главное, наши гости, — наконец начал он, лучезарно улыбнувшись иноземным ученикам. — С превеликим удовольствием приветствую вас в Хогвартсе! Уверен, что вы хорошо проведёте у нас время. Не сомневаюсь, вы уже успели оценить удобства нашего замка!
  
При этих словах одна из шармбатонских девушек, у которой на голове всё ещё был шарф, громко хихик­нула.
— Официальное открытие Турнира, — как ни в чём не бывало продолжал Дамблдор, — состоится сегодня вечером, сразу же после ужина. Угощайтесь, дорогие дру­зья, на славу. Ешьте, пейте и чувствуйте себя как дома!
Дамблдор сел, а Каркаров сейчас же наклонился к нему и о чём-то оживлённо заговорил.