Хозяйка замка на холме

И надо помешать любой ценой планам мачехи выпихнуть падчерицу замуж за кого попало незадолго до моего совершеннолетия. Кто она такая, чтобы решать, с кем мне жить? Тут не только планы, но и свобода под угрозой!
Я прислушалась к шуму на верхних этажах. Все, кто смог отлипнуть от окон, искали меня.
Но я шагу не успела ступить, как в холл вбежала моя подруга и соседка по комнате Верьена. И сразу затараторила:
  
– Вот ты где! Аль, тебя злющая директриса ищет по всем комнатам! А я так и подумала, что ты захочешь кабриолет поближе рассмотреть. Видела водителя, да? Красивый какой!
Я не успела и рта открыть, как в холл ворвалась еще одна моя соседка по комнате – заносчивая толстушка Бесси, которой я регулярно писала за деньги сочинения. Она была приемной, но обожаемой дочерью владельца кожевенных лавок. Кто ее настоящие родители неизвестно, но сама Бесси считала себя по меньшей мере потерянной принцессой и держала себя соответствующе.
– Да кто же его не видел! – фыркнула Бесси. – Все девки к окнам прилипли, любуются. Что, слюнки текут, Алька? Интересно тебе, за кем такой красавчик пожаловал? Уж явно не за тобой, нечего и глазеть. Дыру еще просверлишь, все знают, какой у тебя злой глаз!
– А если за мной? – равнодушно спросила я.
– Ха! Насмешила! В твою деревню и дорог-то приличных нет, чтобы на таком чуде ездить, да еще с таким франтом за рулем! Стопудово это за мной! – злюка горделиво вскинула белокурую голову, украшенную бантами с блестками, и поправила завитый локон.
– Ты потому нарядилась в бальное платье? – улыбнулась я.
Одета соседка была не по месту и времени: вырядилась в красное бархатное платье с открытыми плечами и пышной юбкой, украшенной золотой вышивкой. Крикливый и устаревший фасон совершенно не смущал девушку, наоборот, она чувствовала себя принцессой, судя по надменно вскинутому подбородку.
Бесси поправила складки на юбке и процедила сквозь зубы:
– Папаня обещал забрать меня на пару дней из этой дерьмовой ночлежки, юбилей у него, вся гильдия кожевников гулять будет!
– Повезло тебе, – вздохнула Верьена. – У нас же завтра зачет по феям…
– А я уже сдала! – злорадно сообщила белобрысая, но кинула на меня взгляд и поморщилась.
Зачет она сдала только благодаря тому, что я за нее написала реферат, ей оставалось переписать своим почерком, но наша злыдня искренне считала, что перетрудилась.
За окном, чихая и пуская клубы дыма, как простуженный дракон, появилась еще одна диковина: трехколесный магоцикл, – жуткая штука, противозаконная помесь велосипеда и детской люльки. Пассажирская люлька пристегивалась сбоку, была тесной и глубокой, словно корзина для белья.
Магоцикл был оседлан толстым мужичком в кожаной куртке с драными локтями, в круглом, местами помятом шлеме и в кожаных перчатках с дырками на сгибах пальцев. На коленях черных штанов были пришиты рыжие кожаные заплаты. Сразу видно не очень везучего, но предусмотрительного гонщика!
– А вот и твой драндулет! – хихикнула Бесси.
Я пожала плечами и отвернулась. Вовремя: в холл вошла хозяйка пансиона с бумагами в руках. Ее пышные букли слегка растрепались, нос – такой острый, что походил на клюв, – покраснел. И пахло от дири Труфиль крепкой яблочной настойкой.
– За тобой приехали, дирита Альята Дивиор, твое обучение закончено, – заявила директриса.
– Как?! Уже? – воскликнула моя подруга.
– Верьена, почему ты здесь, а не в трапезной? Хочешь остаться голодной? – накинулась старуха и негодующе вперила глазки-буравчики в мою подругу.
Девушка пискнула, торопливо обняла меня, шепнула: «Плевать на обед! Я скоро вернусь!», а я успела шепнуть: «Если сможешь, принеси мои вещи». Верьена кивнула и убежала.
Директриса переключилась на меня.
– Вот твои документы, Альята. Не скажу, что я довольна твоими успехами. Их нет. И я уже писала твоей матушке…
– Моя матушка умерла десять лет назад, – решительно перебила я, но глаза держала опущенными, чтобы сгладить дерзость. – Вы проводили сеанс спиритизма?
– Что? – опешила директриса. – Конечно нет, как ты смеешь говорить подобную чушь! Я имею в виду твою мачеху, леди Жамету. Я написала ей, что будет чудом, если тебя кто-то решится взять на работу, не говоря уже о замужестве. К моему глубокому огорчению, ты неспособна усвоить в полной мере даже нашу несложную программу. Кто же знал, что тебе так повезет с женихом, милочка, что он даже лично приедет за такой замухрышкой, да еще и с такой помпой, на кабриолете. Отправляйся прямо сейчас.
Вредина Бесси охнула за спиной: «Жених? На кабриолете? За что?!».
Я забрала документы и широко улыбнулась:
– Благодарю, дири Труфиль! Но как же мои вещи? И мне надо переодеться, а то обивку в салоне испачкаю.
– Нет-нет. Ты уже посторонняя, а посторонним нечего делать в пансионе. Все твои вещи соберут и пришлют, не переживай. Я лично прослежу.
Не сомневаюсь, она с удовольствием покопается в моих тряпках и тетрадях, а моих амулетов я наверняка недосчитаюсь. Как хорошо, что я успела попросить Верьену о помощи!
Поблагодарив дири за беспокойство, я с ехидцей добавила:
– Я счастлива, что вы лично вышли меня проводить, госпожа директор. Такая честь!
Старуху передернуло, она посмотрела на разряженную Бесси и скривилась еще сильнее:
– А с тебя, Бессара, еще одна домашняя работа по нелюдям. Не сдашь, оставлю на второй год, и никакие взятки от твоего приемного папаши не помогут!
Труфиль махнула рукой и хотела было уйти в свой кабинет, но увидела обгорелую дверь, о которой уже благополучно забыла, скрипнула зубами и отправилась к лестнице. Мы с Бесси выглянули в окно. Белый кабриолет снова появился на дорожке, ведущей к пансиону. Как же он красив!
Мужик на магоцикле снял шлем с лысой щекастой головы и помахал нам рукой, перепачканной в черном масле. Бесси почему-то побледнела и всхлипнула:
– Я… я не поеду!
– Поедешь как миленькая, – прошипела директриса, остановившись. Ее черты обострились еще сильнее, и она стала похожа на крысу. – Хотя можешь и пешком пойти, дирита Бессара Грунз. И не вздумай задержаться с возвращением, занятия еще не окончены!
Старуха вздернула подбородок и ушла, наконец.
Я едва дождалась, когда за ней закроется дверь, и тут же предложила покрасневшей под цвет ее платья однокласснице:
– Послушай, Бесси. Негоже мять твое роскошное праздничное платье в этом ужасном магоцикле. Девчонки не забудут это зрелище, как ты, вся такая красивая, втискиваешься в бельевую корзину. А зачем тебе давать повод для насмешек? Над тобой будут ржать до конца жизни все твои подружки!
– Без тебя знаю! – разозлилась девушка. – Да я лучше пешком пойду!
– И сломаешь каблуки в какой-нибудь трещине на мостовой? Я предлагаю тебе поменяться транспортом. Я поеду на магоцикле, а ты в кабриолете.
– Как это? – Ее голубенькие глаза округлились до кукольного состояния.
– Видишь ли, мы с мачехой не встречались все десять лет, только переписывались, потому она не знает, как я выгляжу и не могла описать жениху. Мы с ним вообще не знакомы. Ты можешь сесть в магомобиль, показать мою характеристику, чтобы он убедился, что ты – это я, и сказать, что директриса поручила тебе по пути заехать в гильдию кожевников. А когда доедешь до дома, просто не вернешься в машину и все. Поняла?
– Нет. Зачем это тебе? – с подозрением прищурилась Бесси. – Какая выгода?
– Я… мы с женихом, хотя и незнакомы, но уже поссорились. Он меня обидел. Заочно. Да.
– Ой, как это?
– А вот так. Посмел приехать без цветов, представляешь?
Глаза неприятельницы стали круглыми и слегка ошалевшими:
  
– И что? Что ты мне голову морочишь, Алька!
– У аристократов так не принято, – снисходительно улыбнулась я. – Ни одна благородная девушка не позволит так с собой обращаться. У нас с женихом, можно сказать, первая встреча, первое свидание, а он без букета! Если с самого начала не поставить мужчину на место, то потом никогда уже подарков не дождаться. Понимаешь?