Горе от ума

Фекла
Умна была, – дай бог ей царствие небесно!
Наташа
Однако странность вам одну я расскажу.
Фекла
Как, друг мой? что? – Садись.
Наташа
  
Вот что…
Фекла
Да сядь.
Наташа
(севши на краешке стула)
Сижу.
Вот что… Спросить у вас позвольте: вы давно ли
Расстались с матушкой?
Фекла
Лет двадцать пять, поболе, —
Мы молоды тогда, невесты были с ней.
(Со вздохом.)
И схоронила я с тех пор уж трех мужей!
Наташа
Так, может, никогда вам слышать не случалось
Об том, что к Ладовой графине я попалась
На воспитание?
Фекла
Нет, не слыхала я.
Наташа
Уж странность подлинно! – Она и мать моя
Век были по всему противных свойств и правил
Не знаю, между их как случай связь составил,
А только матушка с ней так дружна была,
Что на руки меня к ней вовсе отдала!
Представьте же себе: я в дом попала знатный,
У Ладовой расход на всё невероятный!
И шляпкам, и шаля́м, и платьям счету нет, —
И собирается у ней весь модный свет:
Вчера концертный день, а нынче танцевальный,
А завтра что-нибудь другое. – Натурально,
Вы можете судить, что в эдаком дому
До бережливости нет дела никому.
Фекла
Зараза! истинно зараза! жаль, родная,
Смерть, жалко! хоть кого испортит жизнь такая.
Наташа
Позвольте досказать. Мне скоро щегольство
И весь графинин быт, шум, пышность, мотовство,
И давка вечная в передней за долгами
Так опротивели, что рада, между нами,
Была я убежать бог ведает куда!
Так опротивели, что лучше бы всегда
Я ела черный хлеб, в серпянке бы ходила,
Да лишь бы суетно так время не губила.
Фекла
Ужли, голубушка! да как же это ты?
Я, я свертелась бы от этой суеты!
Вот ум не девичий! – К чему ты наклонилась?
Что потеряла?
Наташа
Здесь булавочка светилась,
Сейчас я видела. Вот тут она была,
На этом месте, здесь. А! вот она! нашла.
(Поднявши, прикалывает к косынке.)
Ведь и булавочка нам может пригодиться.
Фекла
Как, из булавки ты изволила трудиться?
Чем больше думаю, и на тебя гляжу,
И слушаю тебя – ума не приложу.
Диковина, мой свет! ты, кажется, водилась
С большими барами, а всё с пути не сбилась!
Наташа
Напротив, многим я обязана тому,
Что столько времени жила в большом дому.
Когда к француженкам поедем мы, бывало,
Графине только бы купить что ни попало,
А я тихохонько высматриваю всё,
Как там работают, кроят и то и се,
И попрошу себе остатков, лоскуточков,
Отрезочков от лент, матерьицы кусочков,
И, дома запершись, крою себе, крою.
Теперь же, верите ль, я что угодно шью;
Вы не увидите на мне чужой работы
Вот ни настолько.
(Показывает на кончик шемизетки или фартука).
Фекла
Помилуй, друг мой, что ты?
Клад сущий, и тебе подобной не сыскать!
Наташа
Я шелком, золотом умею вышивать.
Бывало, прочие лишь заняты весельем,
На балах день и ночь, а я за рукодельем.
Что вышью, продаю; работою своей
Скопила наконец до тысячи рублей!
Фекла
Теперь на свете нет вещей невероятных.
Скопила! чем? трудом! воспитана у знатных!
Свершилась над тобой господня благодать.
Дай, радость, дай скорей тебя расцеловать! —
(Обнимаются).
Вот если б наш Любим был человек толковый,
Вот счастье! вот оно! вот случай здесь готовый!
И услужил бы всем родным и сам себе,
Когда женился бы он, друг мой, на тебе.
Уму бы разуму его ты научала,
Любила бы его, мотать бы не давала;
А то бог знает где он сватанье завел!
Там русскую мамзель какую-то нашел!
Преаккуратная головушка, я чаю.
Наташа
А почему же знать?
Фекла
Как почему? – Я знаю.
Наташа
Конечно, это вам известнее, чем мне.
Фекла
Вот то-то, видишь ли, что всей его родне
Она не по нутру. Не может, чай, дождаться,
Когда Любимовы родные все сваля́тся,
Чтоб поскорей от них наследство получить.
Того не думает, чтобы самой нажить.
Хоть об себе скажу: не без труда скопила
Я кое-что. Нет! трем мужьям, трем угодила!
Легко ли вытерпеть от них мне довелось:
При жизни что хлопот! по смерти сколько слез!
(Останавливается от избытка чувств.)
  
Я, друг мой, кажется, в тебе не обманулась.
По воле божией, когда б ты приглянулась
Любиму нашему и вышла б за него,
Не расточила бы наследства моего.
Да и полюбишься ему ты, вероятно,
Свежа, как маков цвет, ведешь себя опрятно,
А франтов нынешних немудрено прельстить.
Ты по-французскому умеешь говорить?