Юсупов. Последний из рода (СИ)

У входа в клуб молодые люди толпились небольшими группами. Курили, парили и пялились в смартфоны. Софья с тоской посмотрела на отъезжающее такси и поплелась следом за подругой и австрийцами из тиндера.
Ну разумеется, Серафима протанцевала весь вечер с Симоном. Софья присоединялась к танцам только для того, чтобы через десять минут снова сесть за столик. Сегодняшняя вечеринка посвящалась эпохе пятидесятых. Девушки пестрили платьями в горошек и «гусиную лапку», сверкали брошами и браслетами на длинных перчатках. Строгие мужские костюмы сменялись приталенными рубашками с вычурными и даже фриковатыми узорами. Кто-то ослаблял галстук, а кто-то выпрямлял шляпу, на которую уже трижды наступили.
Из динамиков доносились вечные хиты Элвиса, замиксованные под современные биты.
Софья допила коктейль, зажевала дольку апельсина, которая противно кислила. А потом сидела с такой же кислой миной, пока Давид развлекал пресными беседами о его музыкальных пристрастиях и широком диапазоне навыков. От игры на укулеле до скалолазания с минимумом страховки.
А потом свершилось! Свет погас, музыка стихла, девчонки завизжали, зазвучал голос ведущего:
— Ааааа, как ваше настроение? А я вас не слыыыышууу! Давайте раскачаем танцпол! Ведь перед вами прямо сейчас джаааааз-оркестр прямиком из Нью-Йорка!
Сцену осветили десятки софитов. Два ряда музыкантов в белых костюмах с черными рубашками улыбались публике. Трубы, саксофоны, тромбоны бликовали аж до рези в глазах. Ведущий представил дирижера, а через миг оркестр заиграл.
На этом Софья сдалась. Живая музыка имеет особую магию — усидеть невозможно. Серафима подмигнула, когда подруга присоединилась к танцам. А что собственно кукситься? Потусуется вечерок — завтра об этих заграничных поклонниках и думать забудет.
Софья потеряла счет времени. К реальности вернул голос ведущего, который обозначил появление хозяина клуба.
— Встречайте! Фиииил Княяяязееев!
С потолка посыпалось конфетти. На сцену в клубах дыма вышел Его Княжество в белых брюках, полупрозрачной рубашке с вычурными узорами. Как и на презентации выставки он привычным движением Тони Старка поприветствовал зал и… упал. В смысле, его, конечно, подхватили десятки рук, пронося как рок-звезду его тело по толпе.
Если бы могла, Софья закатила бы глаза к затылку. Ну и самолюбие у него…
Танцы продолжились. Эта голова с небрежно уложенными волосами, мелькала то тут, то там. А когда Софья решила снова плюхнуться за столик, почувствовала, как кто-то с силой потянул ее за руку.
— Смотри! — крикнула Серафима. — Это же Князев!
Тот отплясывал в окружении трех красоток совсем рядом. Серафима потащила за собой, но Софья высвободила руку и отстранилась. Пусть сама веселится с этим хлыщом, раз уж ей так хочется.
Танцующие расступились перед официантом с широким подносом цветастых шотов. Девчонки протянули руки, хватая разом по две и три рюмки. Со звоном чокнулись и залпом проглотили напитки. Князев пил на брудершафт с дылдой в фиолетовом парике. Выпив пойло, та поморщилась как от лимона с перцем и тут же впилась в губы Князеву.
Серафима уже тянулась к новой порции крепленых шотов. Следом протиснулся еще один официант. Толпа увлекла Софью за собой.
— Не ожидал вас здесь увидеть, Софи. Надеюсь, вы не по работе? — промурлыкал знакомый голос над ухом.
Софья еле сдержалась, чтобы не двинуть локтем в глаз.
— У меня выходной. Не все же работой жить, — сказала она.
— А я уж подумал, вы снова проситесь ко мне на свидание.
— Не льстите себе — свет не сошелся на вас клином.
Князев протянул ей стаканчик с шотом в желто-красную полоску и добавил:
— И все же вы здесь, в моем клубе. А у меня запрет на кислые лица.
— Не знала, что у вас фейс-контроль. Вы снова меня попросите удалиться?
Три пары женских рук обхватили Князева.
— Лучше выпейте чего-нибудь веселящего, — ответил он и утонул в толпе.
Софья не глядя отдала кому-то шот, подхватила куртку с диванчика и понеслась к выходу. Давид увязался хвостом под предлогом, что ему тоже нужно подышать воздухом. Но вместо свежести витал терпкий пар электронных сигарет с привкусом ягод и древесины. Да такой противный, будто курили дрова из бани, на которые пролили скисший компот. Австриец-ухажер все что-то тараторил про клуб и восхищения его владельцем.
  
— Ни фига, какой он танцор диско! — сказал Давид.
Софья угукнула и посмотрела на часы — почти половина второго.
— Может мы уже домой двинем? — предложила она.
— Ты куда-то спешишь?
Нет, блин, я просто так это сказала, лишь бы ты, придурок, отвязался уже! В слух, конечно, Софья сказала другое:
— Просто устала — неделя выдалась напряженной. Схожу за Серафимой. Вызови такси.
Подруги нигде не было видно. Софья буром перла сквозь толпу. Кто-то дважды наступил ей на ногу и больно отдавил пальцы. Да чтоб тебя!
— Соня! Сонь! — голос Серафимы с трудом различался в какофонии звуков. — Ты знала, что тут есть ВИП-комнаты? Пошли посмотрим!
— Я вообще-то домой хочу.
— Ой, да успеешь! Позырим хоть одним глазком.
Серафима потащила за собой по лестнице. Ступеньки почти не различить в темноте. Зато оказавшись на втором этаже, Софья не сдержалась и ахнула.
— Это что — Эрмитаж?
Убранство второго этажа напоминало все дворцы Петербурга и Ленобласти. Сложная лепнина, позолоченные вставки, дорогущие портьеры, картины, вазы, столики с гнутыми ножками, часы под старину. Хотя может и антиквариат — с такими-то деньгами!
Кожаная куртка противно липла к телу. Софья стянула ее с себя, продолжая осматриваться.
— Живет на широкую ногу. Оправдывает свою фамилию — настоящий князь! — сказала Серафима.
Симон что-то промурлыкал, указывая на дверь в конце коридора.
— Нам сюда, — пояснила подруга.
В комнате царил полумрак. Всю дальнюю стену занимало окно. Вправо и влево вели еще двери, хрен знает куда. Большую часть помещения занимал круглый диван, на котором расположился мсье Изящные Пальцы с дюжиной глянцевых моделей. Они потягивали кальян, звенели бокалами, делали селфи.
— Я, пожалуй, пойду, — попятилась Софья. — Давид ждет снаружи. Я попросила его вызвать такси.
— Соня, ты — эгоистка! — сказала Серафима. — Я попросила тебя как подругу провести со мной этот вечер. Положилась на тебя. Но ты будто лягушку съела. Да забудь ты на один вечер свою работу и неприязнь к Князеву. Побудь просто подругой,
Софа пождала губы.
— Ладно. Но Давид…
— А телефон для чего? Позвонит он, когда такси подъедет.
С этими словами она плюхнулась на диван и приняла бокал с темно-синей жидкостью от Симона. Он и Софье предложил, но та отказалась. Черт знает, каким пойлом это окажется.
Кто-то протянул кальянную трубку, Софья просто передала дальше. Сквозь сизый туман она наблюдала, как Князев обхватил за плечи двух девчонок и поочередно им что-то нашептывал. Те растекались как сопливый слайм. На Софью он не обращал и тени внимания. Тем лучше.
Симон выудил телефон и что-то коротко сказал. Серафима потускнела и неохотно поднялась с дивана.
— Такси, — пояснила она.
И минуты не прошло, как Софья уже топталась на улице. Быстрей бы отсюда свалить.
— Где твоя куртка? — спросила Серафима.
Софья матюкнулась. Конечно, впопыхах она оставила ее в ВИПе.
— Все нормально, иди. Мы подождем.
Сначала Софья хотела отказаться, но потом представила, как снова придется ехать сюда в какой-то другой день. Уж лучше сейчас.
Во второй раз она пробурила толпу танцующих и наощупь поднялась по лестнице. Входя в ВИП-комнату, проговорила «я за курткой», но слова утонули в тишине. В помещении никого, хотя еще пять минут назад здесь тусовались пятнадцать человек. На диване куртки не оказалось. Потеребила подушки, пару чьих-то сумок и пиджаков. Заглянула даже под диван — да где же она?
Послышались шаги. Открылась дверь слева от большого окна. Из комнаты, пошатываясь, вышла девушка. Глаза затянуты поволокой, ноги заплетаются, платье в темных пятнах. Ага, похоже, кого-то стошнило.