Позывной «Минус» (СИ)

Серёга протер глаза, вглядываясь в идущую по улице женщину. Он удивился, узнав Анечку, и торопясь, зашагал навстречу:
— Привет!
— Привет, — улыбнулась она ему. — Я хотела днём прийти, но не стала ждать. У тебя глаза красные совсем. Ты что, всю ночь не спал? — и её взгляд переместился на Либу, сидящую за столиком.
— Не спал, — кивнул Минус. — Сидел, как дурак, и в окно таращился. А там улица пустая совсем, попробуй не заснуть. Знал ведь, что никуда не пойдёт он ночью, да только не стал рисковать.
  
Аня покачала головой:
— Сейчас отдыхать иди. Я с ней посижу. Если нужно будет, то кто-то из нас тебя позовёт.
— Может, так и сделаем. А у тебя как дела?
— Всё нормально. Я ведь чего пришла раньше — Хешел заезжал. Представляешь, два билета привёз! И пропуски на меня и тебя! Ты со мной хотел идти?
— Не знаю, — Серёга скривился. — Я вообще туда идти не хотел. Оттуда ведь не выйти, если что. Очень сложно. Я этот театр вдоль и поперек осмотрел.
— Ты потому меня так часто и приглашал в него?
— Нет. Тебе же нравится. Я за один раз всё посмотрел. Мы с тобой просто ходили.
— Я газету утреннюю читала, — проговорила Анечка тихонько. — Там заметка маленькая есть. Убили чиновника из департамента полиции Петербурга. Написано, что Ладожнев Юрий Константинович. Высокий пост занимал, хоть и не сказано, какой именно. Это ты? — добавила она почти беззвучно.
— Нет, — Минус спокойно ответил. — Но мы видели, как это произошло. Один человек раньше меня успел.
— И хорошо, что так, — Аня кивнула головой. — Я было переживала… Эх, Семён! Я ведь раньше никогда в газетах такое и не думала читать! Пропускала мимо все убийства и происшествия разные. А теперь⁈ Только гляжу да думаю, мой это Семён устроил или нет! Ужас просто!
— А что делать⁈ Я постараюсь осторожным быть. Правда, малышка, я очень постараюсь.
— Убереги себя, — Аня вдруг обняла его. — Пожалуйста!
— Обязательно, — Минус улыбнулся. — Всё будет хорошо, Анечка!
* * *
Сергей Миронюк видел дурной сон. Его арестовывали, швыряли в зарешеченый экипаж и везли прямиком по заснеженным просторам Сибири. Проклятый ледяной ветер не давал покоя, ноги замёрзли напрочь и Миронюк сунулся головой к окошку, пытаясь докричаться до конвойного солдата. Тут стальные прутья решётки коснулись лба и Сергей открыл глаза. Над ним стоял парень, уперев прямо в лоб длинный ствол оружия. Миронюк попытался пошевелиться, но парень так ткнул стволом, что Сергей замер на месте.
— Не дёргайся! — произнёс Минус. — А то башку разнесу.
Миронюк услышал шаги рядом и осторожно скосив глаз, увидел девушку с диковинным оружием в руках. Он видел её только раз, в гостях у Марины Алексеевны, но хорошо запомнил. «Так это она! — вдруг осенило его. — Та женщина с пулемётом, за сведения о которой Николай Николаевич обещал пятьсот рублей!». Миронюк было не поверил рассказам полицейского о шпионах, хоть Кулябко и тряс перед его носом какой-то железкой. Сергей знал, что настоящих шпионов там отродясь не было и быть не могло, потому даже и не ломал себе голову о розыске несуществующей женщины. Сейчас, поняв, насколько он ошибся, Миронюк сделал такое выражение лица, что Минус усмехнулся:
— Что, уебок, не ожидал⁈ Как псевдоним твой⁈
— Белицкий.
— Давно завербован⁈
— В марте, — неохотно выдохнул Миронюк.
— Сколько в месяц получал?
— По-разному, — тихо произнёс Сергей. — От работы зависит. В последний раз двести рублей заплатили.
— Тварь! — Либа фыркнула. — И ты за двести рублей столько человек убил! Ведь ты их убил!
Миронюк промолчал.
— Начальника охранного отделения знаешь⁈ — Минус вопросительно посмотрел на лежащего.
— Николай Николаевича? Конечно, — Сергей охотно кивнул.
— Конечно! — Минус улыбнулся. — Так он тебе сам поручения давал?
— Да. Когда я пришёл, чтобы сотрудничать, меня к нему отправили. А потом уже только к нему и ходить нужно было.
— И что, он тебе прям поручил всех знакомых сдавать⁈ — Либа зло фыркнула. — Чего ж ты, скотина, натворил⁈
— Нет, — ответил Миронюк. — Только он торопил, чтобы я выявил кого, а то платить перестанут! А кого⁈ Будто я с анархистами знаюсь или с кем ещё? Вот и пришлось сочинять…
— Пришлось… — Минус ухмыльнулся. — А после стрельбы на Виноградной, он тебе какое поручение дал?
— Обрадовался он. Сказал, что я хорошо поработал. Говорит, мол, по воронью стреляли, а белого лебедя зацепили. Очень важно найти женщину, что там была, — при этих словах Миронюк покосился на Либу. — Пятьсот рублей было обещано, если найду. Сказал, что шпионы там оказались, с бомбами и пулемётами. Да только я… — и он уставился на К6.
— Подумал ты, что враньё это всё, — ухмыльнулся Минус. Он бросил взгляд на Либу и она, нахмурившись, кивнула. Минус нажал на спуск и пуля пробила Миронюку голову.
— Скормить ему эти деньги нужно было, — Либа фыркнула.
— Двести рублей⁈ Счас! — Серёга усмехнулся. — Обойдется! У него костюм теперь есть для похорон. Только вряд ли в новом хоронить станут, что похуже выберут, а этот продадут.
Либа тихонько выскользнула наружу. Августовская ночь была прохладной и Минус, шагнув следом, спрятал К6 под длинный плащ. Они прошли через неухоженный дворик и начали спускаться по переулку.
— Сеня, как думаешь, тут патрулей нет?
— Делать им нечего, только ноги ломать на этих кочкоеб… — и Минус прервался. — Дорога неровная, говорю.
— Слышала я, — Либа почти беззвучно засмеялась. — А вдруг Богров этот сейчас куда-то ушёл? — добавила она серьёзно.
— А Белла там зачем? — ответил Серёга. — Она должна увидеть, если он ходил куда.
— А почему ты её одну оставил, а меня не хотел?
— Потому! — Минус легонько толкнул Либу. — Она просто возле окошка посидит и никуда не пойдёт. А ты, если бы заметила, что Богров вышел, то пошла бы следить. Что, не так⁈
— Так! — она показала язык. — Всё-то ты знаешь, Сеня!
— Если бы, — усмехнулся Серёга. — Пойдём, Либочка, пока наше «рено» никто не угнал. Тут машину нельзя бросать надолго.
Но оказавшись на Дорожной, Минус с облегчением вздохнул, увидев, что автомобиль остался на месте.
— Была бы машина, как машина, — произнесла Либа. — Тогда бы ещё стоило переживать! А это⁈ Коробка спичечная! В карман положить можно!
Серёга улыбнулся, заводя двигатель, и «спичечная коробка» направилась к дому Богровых.
* * *
— Ты представляешь! — Либа толкнула Минуса ногой под столиком. — Наконец-то Митенька решился пройтись!
Серёга бросил взгляд на неторопливо шествующего Богрова и тихо произнёс:
— Хорошо, если на встречу он.
— А куда же ещё⁈
— Хлебушка свежего купить. Газетку там, почитать. Ноги размять. Мало ли.
— Ты как хочешь, а я тогда не выдержу! — Либа засмеялась тихонько. — Мне и пистолет не нужен будет. Просто придушу прямо в хлебной лавке! Я из-за него который день не сплю нормально.
— Знал бы он, какую красивую женщину сна лишил, мог бы собой гордиться, — усмехнулся Минус. — А если серьёзно, то ждём, пока бакалейную лавку пройдёт и потом встаём из-за столика. Чтобы не заметил нас.
На веранде «Старгородского» в это время дня было много посетителей и Минус с Либой не привлекали внимание. Богров и вовсе миновал кафе, не глядя по сторонам. Он задумчиво брёл вперёд и даже не повернул голову в сторону шумного мальчишки с газетами.
Серёга бросил деньги на стол и поднялся. Богров прошёл бакалейку, и Минус с Либой зашагали следом. «Ванька», в застиранной одежонке, тронул пару лошадей и неброская пролетка двинулась по бульвару. В неё на ходу вскочил человек в сером костюме, поправляя аккуратную шляпу.
  
Богров не ловил извозчика, хоть и прошагал через половину города. Сегодня он не оглядывался назад, к удивлению Минуса. Уже миновали Царский сад и свернули с Александровской на Набережно-Крещатинскую. Там, впереди, виднелись многочисленные закусочные, трактиры и кафе. Богров перевёл глаза на вывеску одного из заведений — «Чайка», и шагнул к столикам.