Миссия (СИ)

— Я должен буду трахнуть этих детей на глазах у всех гостей и родственников. Сразу после обряда соединения в церкви. Это и есть, свадьба, подтверждение вечного союза по закону израта.
Негодяи заржали:
— О, а нам можно будет на это посмотреть? Почему у нас нет таких свадеб?
— И бракчей, бракчей! — веселился Райних. — Это же так миленько.
— У меня не встанет, — зло ответил им Неймо. Скорее бы наступил вечер, и все они оказались высоко в небе, на пути домой. Неймо демонстративно отвернулся от родичей, те тихо ржали над ним всю дорогу, а на него напало безразличие, даже не стал их одергивать, да и бесполезно было бы.
  
Ему что-то подмешали в бракчное питье. Испив чашу легкого вина почти до дна, Неймо почувствовал звон в ушах, и приятная истома быстро превратилась в напряжение между ног. Его разряженные в яркие платья супруги о чем то шептались, Неймо расслышал только “не думала, что он все сразу выпьет”, а потом перед глазами поплыли разноцветные круги, его вели куда-то за руки, укладывали на мягкие подушки…
По телу скользили прохладные змейки, но ему все равно было горячо, и жарко, и очень хотелось пить. Спасительные змейки подбирались к его паху, и Неймо застонал, подставляясь, пусть, пусть они остудят его тело, освободят от этого жара. Он почувствовал почти боль, а потом сразу же облегчение, кровь стучала в ушах, яйца гудели, как свадебные колокола. Котята помогли ему подняться на ноги, и, застегивая штаны, Неймо испачкал руку в своей сперме и понял, что в очередной раз извалялся в дерьме, добровольно и с песней…
========== Глава 7 ==========
***Истинные тирроганцы
Неймо вырвало прямо там, на заднем дворе старой церкви, на раскаленные серые плиты. А потом он пил из фонтанчика в виде змеи, сунул туда голову, прогоняя из нее звон и туман. Малолетние супруги отирались рядом, заглядывая ему в лицо, но Неймо на них не смотрел. Потом он подписывал с главой клана и священником договор о вечном союзе, потом он вытаскивал Райниха из гомонящей и поющей толпы южан. Синий поганец уже успел передраться с половиной там присутствующих, а теперь они клялись в дружбе, пили некую дрянь из кружек друг друга и целовались взасос.
— Где папа? — спросил Неймо.
— Съебался, — заржал Райних, махая ручкой друзьям навек. — Не бойся, мелкий, к отлету нарисуется твой папенька, ему по-быстрому одно дельце надо.
— Ладно, — согласился Неймо, решив начать беспокоиться о папе позже. Пусть тот пока сделает свое дельце, сколько можно носиться подтирать ему задницу…
Уже в аэропорту он проверил папу по спутнику, тот явно ехал в их сторону, все в порядке.
— Ты себе не до конца рожу залечил.
Райних хмыкнул, разглядывая себя в зеркале:
— До конца, чтоб ты понимал…
Неймо пригляделся и понял, что родич снял всю некрасивую опухлость, оставив только живописно надорванную губу и роскошный синяк под глазом, от незаконченного лечения пошедший разноцветными оттенками — от черного до зеленовато-желтого.
— Хорошо тебя отделали.
— Ты еще их не видел! — оскорбился Райних.
Неймо закрыл глаза и откинулся в кресле.
— Господин… — Айлика осторожно погладила его по руке. — Вы сердитесь на нас?
— Называйте меня по-имени, — буркнул он. — Да, сержусь. Отвратительная выходка с вином.
— Простите! — хором воскликнули котята, причем девочка состроила жалобную мордочку, а мальчик расстроенно опустил уши.
— Брысь, — сказал Неймо. — Сидите на месте и не мявкайте.
— А помнишь, как ты нас слабительным опоил? — хихикнул Райних, отвлекаясь от гордого созерцания своих боевых шрамов.
Неймо болезненно сморщился на эти слова, к тому же Айлика принялась тихо и горестно всхлипывать, а Димир сидел, печально повесив голову. Окружающие смотрели на него с гадливым осуждением и пониманием. Еще бы им не понимать, твари.
— Кончай париться, — хмыкнул Райних, почесывая хвост. — Подумаешь, подрочили ему прилюдно. Тоже мне, античная трагедия.
— Только подрочили? — слегка оживился Неймо и с надеждой посмотрел на синего кота.
— Ага, стянули штаны, потерлись голыми пузами, и ты обкончался через две секунды, как позорный малолетка, — с удовольствием поведал Райних.
Неймо испытал невероятное облегчение — ничего ведь, по сути, и правда не произошло, даже улыбнулся котятам. Те с надеждой встрепенулись и живенько подобрались поближе, принялись обниматься и подставлять уши под руки. Они были теплые и доверчивые, и он стал их выспрашивать о школе, размышляя, куда отдаст их учиться.
“Не хочу в школу, хочу быть певицей”, таинственно сообщила ему Айлика. “Школа — это даже для певицы важно, а то всякий тебя обмануть сможет”, убеждал ее Неймо.
Скоро приполз донельзя довольный папа, уселся к Райниху на коленки и принялся ему нашептывать, тараща глаза и показывая некие размеры. “Ах, ты ж блядь!” — восхищался его рассказами Райних. “Скоро мы будем дома, — успокаивал себя Неймо, косясь на них. — И там они не осмелятся на свои выходки”.
***
Встречающий их Дитте окаменел лицом, увидев Райниха:
— Ты что, бил его?
— Что? — Неймо оглянулся на родича, красующегося перед Лиссой. — Нет, старший, это он с местными подрался.
— А, ладно тогда, — Дитте оторвался от брата и опустил взгляд на розовых котят: — Они тирроганский понимают?
— Несколько слов, — Неймо нервно пригладил растрепавшуюся гривку Димира. Дитте улыбнулся, заметив этот жест:
— Хорошие котята. Поехали уже, дома о своих похождениях расскажете.
А позже, услышав подробности, Дитте лишь покачал головой:
— Зачем же ты это сделал, Неймо.
— А разве у меня был другой выход? — упрямо набычился Неймо.
Дитте посмотрел на Райниха:
— А разве нет?
— Я договорился! — засмеялся тот. — Уже договорился, что за двойной выкуп они не станут требовать участия в обряде этом, свадьбе, — последнее слово он растянул с явным удовольствием. — Но мелкий — херакс! Вылакал за раз целый рог вина и пошел на алтаре кувыркаться, я и оглянуться не успел. Местные очень, очень расстроились, что денежки уплыли, — он со значением потрогал свой синяк.
Неймо смотрел на него, закусив губу. Боже, что за помрачение разума помешало ему самому торговаться тогда? Южане же обожают это дело…
— Да, — сказал Дитте, — или можно было вспомнить все же о королевском законе, и на основании временной опеки, этого вашего бракча, принять котят в прайд… Правда, это заняло бы времени. Адвокаты. И мне лететь бы пришлось.
— Да, — согласился Неймо, глядя на бледно-голубое небо в просвете беседки. — Я анацефал.
Райних развеселился, а папа жалостливо сложил бровки домиком: “Что ты, сынок…”
— Нет, — Дитте хлопнул его по плечу, — молодой просто, впредь умнее будешь.
— Зато дешево все обошлось, — заметил Райних. — Да и котятам твоим вроде свадьба понравилась.
— Да, — Неймо потер глаза. — Для них это очень важно, чтоб все по божескому закону…
— Удивительно, что наш закон признает это извращение, вечный союз, — с осуждением произнес Дитте.
— О, это поразительный юридический выверт! — оживился папа и забрался на скамейку, привлекая внимание. — Я выяснял, одна из признанных конфессий Великого Королевства является родственной религии южан. И некоторые их обряды имеют официальную силу, представьте себе!
  
— О, значит, и у нас есть свадьбы, — Райних потянулся к Дитте, но тот оттолкнул его лапу:
— Можешь идти, поучаствовать во всех.
— Что, почему? — на морде Райниха отразилось искреннее недоумение.
— Ты же поехал туда с девственниками развлекаться? Давай, братишка, вперед, в Тиррогане их тоже навалом, — Дитте направился на выход.