Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон! (СИ)

Я прищурилась. Чтобы барахла здесь не было к вечеру, говорите? 
Отлично, дорогой бывший муженек. Это я тебе обеспечу. 
Я почувствовала, что на моем лице расцветает нежная и слегка плотоядная улыбка.
  
Глава 5
 
— Говорите, чтобы барахла моего здесь не было? — задумчиво протянула я.  — Это можно устроить. А еще сундуки в доме есть? 
  
Я ласково улыбнулась Ги. 
Когда мы закончили со сбором вещей и их погрузкой, карета стала похожа на муравейник или на домик улитки, каким его изображают в детских книжках: чемоданы, сундуки и коробки со шляпками были закреплены на крыше веревками, парочка небольших коробок устроилась рядом с кучером на козлах, сундук с самыми дорогими платьями я приказала поставить внутрь кареты, еще один закрепили на специальной полке над задними колесами. 
— Надо бы доплатить,  — недовольно проговорил кучер.  — Лошади-то у меня не казенные. Столько вещей везти. 
— Доплатим,  — успокоила я его и полезла в поясную сумку за монетами. Она была крохотной, розовой и почти сливалась с цветом платья, делаясь незаметной. Уверена, в этом мире это последний писк моды. 
Эту сумку, уже вместе с деньгами, я нашла среди вещей Ивари и с чистой совестью решила считать “барахлом”, от которого непременно стоит спасти дом дракона. 
Я не слишком разбиралась в местных деньгах, но в сумке нашлись золотые и серебряные кругляши. Я наугад протянула кучеру серебряную монету и увидела, как его глаза блеснули, а рот открылся. 
— Это мне? Многовато, будет, леди! Вы что? 
Ага, значит, не прогадала: серебряная монета для кучера  — баснословные деньги. Но в таком щекотливом деле нельзя было недоплатить. 
Так что я отодвинула в сторону намертво въевшуюся привычку экономить и кивнула. 
— Вам. Напомните, куда вам приказали меня отвезти? 
Кучер растерялся. Это был крепкий мужчина лет пятидесяти с окладистым животом, копной седых волос и пышными усами. Одет он был в черную потертую куртку и черные штаны. 
— Так в монастырь святой Иды, леди. Тот, что на мысу Фроуворд. 
Какой заботливый дракон: даже кучеру выдал инструкции! Странно, что любимую бывшую жену еще отрядом стражи не снарядил. Чтобы ни дай бог не вернулась. 
— Планы изменились. Видите ли, мне нужно в Брайтмур. 
Именно так назывался город, где располагался приют,  — мне удалось-таки разговорить няню Урсулу, пока я обносила дом дракона. 
В смысле — собирала свои вещи с его полного и осознанного разрешения. 
Удачно, что от столицы до Брайтмура — всего несколько часов пути. К завтрашнему утру уже будем на месте. 
— Так,  — растерялся кучер,  — велено ж… 
Я протянула ему еще одну монету и выразительно замолчала. 
Кучер бросил взгляд по сторонам, а потом сграбастал мясистыми пальцами деньги с моей руки. 
— Будет сделано, леди. Доставим в лучшем виде. А что вам надо, в Брайтмуре-то? 
— Дом Хантов. 
Глаза кучера округлились: 
— Так там же дом для этих… для отродий этих! Вы… 
— Мне поискать кого-то другого?  — ледяным тоном спросила я. 
Меня, по правде говоря, порядком утомила такая реакция окружающих на слова о приюте. И одновременно внутри заклубились сомнения. 
Что же я там увижу? Может, я в самом деле лезу туда, куда лезть не нужно? 
Некстати вспомнились восточные сказки про плотоядных и смертельно опасных демонах, которые выглядят как маленькие дети и убивают по ночам, но я тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. 
Как бы все ни обернулось — мне все равно нужно в Брайтмур. В конце концов, я хозяйка этого дома. И в какой-то степени несу ответственность за этих сирот. Пришлось пообещать кучеру еще одну монету — утром, когда он доставит нас в нужное место. 
Наконец настала пора садиться в карету — под бдительным надзором дворецкого Ги. 
— Няня Урсула,  — нерешительно начала я.  — Тебе не обязательно ехать со мной в… 
— Да как же не обязательно, ласточка?  — Она всплеснула руками.  — Куда ж ты без меня? 
— Няня Урсула, но вы привыкли к столице. Уверена, вы найдете работу… 
Глаза старушки наполнились слезами  — и пришлось прикусить язык. Похоже, расставаться со своей “ласточкой” она не собиралась. Интересно, сколько Ивари ей платит? Ведь платит же?.. Нужно записать этот в список будущих расходов. 
Ничего, может, няня Урсула, когда узнает, куда я еду  — передумает. Кажется, мои слова о том, что мы заедем в приют, она восприняла как блажь. Ничего, мне же лучше. Сейчас главное  — убраться подальше от дома бывшего мужа. И хорошо бы без ругани и истерик. Главное — побыстрее. 
Уже когда я садилась в карету, за спиной я услышала голос дворецкого Ги: 
— Генерал Реннер приказал отдать вам,  — невозмутимо произнес он, протягивая мне знакомый уже мешочек с деньгами, который до этого прятал за спиной.  — Сказал, последний шанс передумать. 
Я открыла рот, но меня опередила няня Урсула. Она подлетела к Ги и отобрала у него деньги: 
— Ой спасибо! А то мы-то уже и забыли совсем! А вы напомнили! 
Я скрипнула зубами, но потом все-таки кивнула. Няня была права. Деньги мне пригодятся. Хотя, не то чтобы мне. 
Если я что и знала точно про детские приюты, так это то, что деньги там никогда не бывают лишними. А за чей счет живет приют сейчас  — я не имела ни малейшего понятия. Я не знала, сколько там детей, какого они возраста, в каком состоянии дом и насколько сильно они нуждаются. 
Детям всегда что-то нужно: кроме очевидной необходимости хорошо есть и тепло одеваться, они ведь еще и постоянно растут. Так что одежда и обувь тоже была постоянной статьей расходов. 
Так что раз уж генерал Реннер так хочет всучить мне деньги  — не буду ему мешать. 
Дети от них точно не откажутся. 
— Передайте генералу Реннеру,  — попросила я дворецкого Ги,  — мою сердечную благодарность. Благодаря ему я стала счастливейшей из женщин. 
Особенно сегодня. Вечно невозмутимое лицо дворецкого Ги вытянулось, и я наконец забралась в карету, захлопнув дверь. 
Карету, пока она катилась по брусчатке, постоянно потряхивало, но я быстро к этому привыкла и принялась с любопытством смотреть в окно. Мимо медленно  — по сравнению со скоростью автомобиля  — проплывали жилые дома, кондитерские лавки, особняки, бакалейные и мясные магазины, высокие здания, похожие на церкви, а еще скверы и мосты. 
Рассматривая одежду женщин, я пришла к выводу, что не ошиблась: гардероб Ивари, во-первых, соответствовал последней моде, а во-вторых, должен был стоить немало. 
Уверена, среди столичных модниц нашлись бы желающие купить какие-то из ее платьев. 
Только вот… Я закусила губу. Оставаться в столице я опасалась. Если Ивари в самом деле натворила что-то, за что ее могут посадить в тюрьму или отправить на виселицу  — то мне лучше убраться подальше. 
Что же ты такого сделала, Ивари? 
В голове не было ни единого воспоминания, которое могло бы мне помочь. Зато я некстати узнала, что в кондитерской, мимо которой мы проехали, невероятно вкусные булочки. 
Что ж, голова Ивари была полна сюрпризов. А вот полезной информации там было исключительно мало. 
Как быстро генерал Реннер узнает, что Ивари не уехала в монастырь? Что он предпримет? Начнет меня искать или махнет рукой, удовлетворившись тем, что женушка убралась с глаз долой? 
Что-то мне подсказывало, что генерал Реннер не из тех, кто будет пускать дела на самотек. 
А значит, скоро нужно будет ждать его в гости. И быть готовой. Ладно. С этим я разберусь позже. 
Я поскребла запястье и с ужасом увидела, что метка, еще недавно надежно скрытая, проступает на коже. Поскорее скрестив руки, я отвернулась к окну. Зажмурилась, желая, чтобы метка исчезла. Спустя секунду кожа уже была чистой. Может, мне уже просто чудится это все?.. Нет, не стоит себя обманывать, я никогда не была склонна к галлюцинациям. Значит, это что-то другое. Все-таки магия?
— Вот так, ласточка,  — довольно сказала няня Урсула.  — Вот мы и уехали. Сейчас генерал Реннер успокоится, заскучает  — а там-то мы и вернемся. А пока…