Вперед в прошлое 6 (СИ)
Новеньких и Рамиля еще не было, как и Кабанова. Заметив меня, Илья метнулся к магнитофону и прикрутил громкость.
— Еще десять минут, — сказал он с надеждой. — Рам хорошо если в семь придет, он на рынке, как всегда. Санек должен вот-вот быть.
— Круто! — подбежала к нам Гаечка.
— Воля! И разум. Воля! И разум! — пел Кипелов.
— А давайте это девизом бойцовского клуба сделаем? — задыхаясь от эмоций, предложил она.
— Что? — не понял Илья.
— Воля и разум! — улыбнулся я. — И правда ведь готовый девиз!
— Я за, — проголосовал Илья.
Увлеченные голосованием, мы не заметили Памфилова, остановившегося при выходе из темного коридора.
— Денчик пришел! — прокричала Алиса.
Все напряглись, уставившись на него. Памфилов примирительно поднял руки, открыл и закрыл рот, но из-за музыки его слышно не было. Илья еще убавил звук, жестом пригласил его подойти ближе. Ден набычился и, напряженный, пересек зал, уставился в пол и пробормотал:
— В общем, пацаны. Я все понял. Я вел себя, как козел. Больше такого не повторится.
— Ой да уж и не повторится. Тыже из-за Инночки пришел? — съязвила Алиса, которая всей душой желала, чтобы наш круг не расширялся.
Ден удивленно распахнул глаза, вскинул голову.
— При чем тут Инна?
Алиса кивнула на вход, где появились Лихолетова, Подберезная и Кабанов.
Глаза Денчика стали еще круглее. Не знал он, что мы Инну пригласили, пришел каяться искренне. Я поднял руку:
— Голосую за то, чтобы принять Дениса на испытательный срок.
Гаечка и Алиса были против, остальные проголосовали за, и Памфилов просиял.
— Сперва уроки. Объясняю специально для новеньких, — я обернулся к девчонкам. — Каждый решает сам. Если что непонятно, разбираем вместе. Никто ни у кого не списывает. Воля и разум — девиз нашего клуба. Мозг тоже надо прокачивать.
Илья выключил музыку под недовольный вздох Яна. Девчонки уселись на матрасы и углубились в учебу. Потом мы сверили решения задачи по геометрии, Илья растолковал, что и как. Потом я объяснил физику — все заслушались, а Илья разложил задачку так, что и Ян понял.
Два часа пролетели незаметно.
— Как на продленке, только весело, — резюмировала Лихолетова. — А теперь че? Драки?
— А теперь трепещите! — потерла руки Гаечка и красиво изобразила лоукик.
Инна смотрела на все дикими глазами. Гаечка указала на ее туфли:
— И как ты думаешь заниматься? Сказали же: спортивная форма!
Щеки Инны вспыхнули.
— Кеды порвались, — проговорила она, глядя в сторону. — А новые пока не на что купить. Я и на физру из-за этого не пошла. У меня чешки есть. Пойдут?
Вот теперь стыдно стало Саше.
— Извини, — уронила она. — Пойдут конечно.
— Ну что, салаги! — заорал я. — Начали!
Наши начали строиться, Инна и Рая встали в конец строя, я их предупредил:
— Если совсем устанете, работайте вполсилы или через раз.
Девчонки закивали, я хлопнул в ладоши, Илья врубил «Арию». Разминку новенькие делали наравне со всеми, а вот на физухе первой лицом в матрас упала Лихолетова, Инне удалось отжаться аж пять раз, зато наши девчонки четно отпахали три подхода по пятнадцать раз. Я занимался вместе со всеми, сил было еще на две тренировки: то ли привык к нагрузке, то ли сил придавал тяжелый металл.
Когда началась отработка ударов, я приставил к девчонкам Рамиля как самого опытного боксера и поглядывал краем глаза, как они справлялись. Красная и потная Рая из штанов выпрыгивала, так старалась. На лице Инны читался ужас, но она не сдавалась. Правда била осторожно, словно противную мошку изничтожала.
Вытерев пот, Лихолетова взревела:
— Эй, шо вы за фигню слушаете? Пугачеву, что ли, поставьте. Или «Любэ».
— Мы любим рок, и играть будет рок, — припечатала Гаечка. — Если не нравится… — Она развела руками.
В конце тренировки новенькие, включая Памфилова и Кабанова, остались лежать.
— Слабаки! — крикнула Алиса. — Ну что, понравилось?
— Привыкнем, — рыкнула Лихолетова и нашла в себе силы встать, доковыляла до стола, где стояла банка с кипяченой водой, плеснула себе в чашку и выпила ее залпом.
— А физрук пить на уроке не развешает, — сказал Кабанов. — Говорит, вредно.
— Его сведения устарели, — объяснил я. — Восполнять жидкость необходимо, я в журнале читал.
— А ты крутой, — оценила мои способности Инна. — Вот уж не подумала бы!
Илья зыркнул на нее с ревностью. Мне же хотелось сделать ставки, приживутся новенькие или сбегут, они-то думали, что будет весело и таинственно, а тут пахать надо.
Друзья, очень постараюсь, но скорее всего, завтра продолжения не будет. Следующая глава в субботу.
Глава 13
Полет нормальный
Дела понемногу налаживались. Такое впечатление, что я долго настраивал сложную систему, и вот, она заработала! Причем это была система, замкнутая на себя, а не на меня, и можно выдохнуть. Никогда не любил никем управлять, меня устраивала саморегулирующаяся система, ведь когда к пальцам тянется множество нитей, это и сковывает движения, и самому запутаться недолго. Единственное, что от меня теперь требовалось — при необходимости аккуратно направлять одноклассников.
А ведь еще в прошлом году они так меня доставали, что жить не хотелось. Теперь же удалось если не подружиться, то мирно сосуществовать даже с шайкой Чумы. Правда, сам Чума уехал покорять Москву. И правильно, что тетка его сперва потащит по психологам, его нельзя к нормальным детям выпускать, он даже говорить нормально не умеет.
Лишившись предводителя, Барик и Плям загрустили, зато в классе стало намного спокойнее. Баранова на меня рот больше не разевала, Райко притих, и точкой притяжения стала наша команда, не перестающая удивлять учителей успехами в учебе.
Первые контрольные — и у всех наших «пятерки»! Даже у троечника Минаева. Математичка не поверила, пригрозила следить за нами, чтобы не списывали, физюля порадовалась нашим достижениям.
Еще повод для радости был у Бориса, на конкурсе рисунков он разделил первое место с племянницей завучихи, и его работы отправили на городской конкурс. Надеюсь, хоть там будет некое подобие справедливости. Интересно, насколько правда, что Эрик, его учитель, в жюри?
На свою дачу я приехал в среду и сирот не застал: они совершали набеги на грибы, которые появились в лесу просто в невероятных количествах. Лидия окончательно переехала и обосновалась.
— Очень шумный дом, — пожаловалась она. — Все время как будто кто-то ходит по чердаку и под окнами.
Про немцев я говорить не стал, успокоил ее:
— Окна старенькие, и это все сквозняк. Вам всего хватает?
Отведя взгляд в сторону, Лидия сказала:
— Хватает. Помнишь, ты тушенку покупал, которую я на черный день держала, а Алка себе присвоила?
— Ну? — насторожился я.
— Чуть не померла она от той тушенки. В больнице лежит под капельницами, сальмонеллез у нее. Бог шельму метит, Господи, прости. — Она перекрестилась. — Нельзя так говорить, но это ей за то, что мать нормально не похоронила.
Я вспомнил тушенку. А что, если бы ее съели дети? Вот ведь и правда повезло так повезло!
Мама во вторник написала заявление на увольнение и сразу же, без отработки, получила расчет. В среду сходила на винзавод, и ее пообещали оформить уже в понедельник — сперва месяца полтора придется потрудиться в поле, потому что катастрофически не хватает работников — никто не хочет получать зарплату виноградом, а потом переведут обработчиком виноматериалов.
Никто не хочет — я хочу. Этот виноград можно отправлять в Москву, а деньги, что мы платили бригадиру, лучше маме отдам — пусть останутся в семье.
В голове сразу щелкнуло: зарплата продуктами предприятия — вино — Москва. Продукцию наш винзавод выпускает недорогую, но качественную, в столице должны найтись ценители, а продавать спиртное пока можно хоть с земли, не нужно ни акцизных марок, ни лицензий. Жаль, культура винопития у нас в стране пока не развита, иначе можно было бы ух как развернуться! Хотя… почему бы не быть первыми? Устраивать в Москве винные фестивали с дегустациями, рассказывать о вине и виноделии — да, бесплатно поить желающих, но оно десять раз окупится, ведь сейчас полно контрафакта, а так люди купят гарантированно качественный продукт от производителя.