После развода. Другая дверь (СИ)

Но конечности уже нет.
Однако вещи собрать надо. Но собирать то, что стаскивалось сюда годами? Та еще задача. Она осмотрелась еще раз. Что вообще брать?
Посуду эту, что-то из обстановки, какие-то ценности… Ей ничего этого не хотелось касаться. Просто повернуться и уйти.
Но кое-что, она, конечно, забрала. У нее было немного драгоценностей, Захар дарил. Это ведь подарки, их она взяла, еще какие-то личные мелочи, одежду. Набралось два чемодана.
  
Честно говоря, была мысль вызвать такси и тихонько уехать. Но не хотелось подставлять мужика, у него ГЛОНАСС, ему потом еще придется отчитываться перед Захаром, Она все-таки позвонила водителю, чтобы подъехал.
Чемоданы вынесла в прихожую, а сама ушла в кухню и стала ждать.
И вдруг звонок. Как-то слишком быстро. Ната взглянула на экран, высвечивался контакт мужа. Она осторожно ответила:
- Да.
- У тебя все в порядке? – резковатый тон.
Наталья оглянулась на коридор, ведущий в прихожую.
- Да, все нормально. Вещи собрала, Станислав поможет мне добраться.
- Куда поедешь?
- К маме, - сказала она.
- Ты могла бы остаться, - тон стал еще резче и суровее.
Но Наталья повторила:
- Я поеду к маме, переночую сегодня у нее. Может, побуду несколько дней. Как пойдет.
Несколько секунд в трубке висело тяжелое молчание, потом он проговорил:
- Хорошо. Как доберешься, дай мне знать.
Она мрачно усмехнулась про себя. Странно вести эти обыденные разговоры, как будто ничего не произошло. Да и зачем? Но все же ответила:
- Да. Я поняла.
На этом разговор прервался. А вскоре позвонил Станислав:
- Наталья Николаевна, я подъезжаю.
- Ага, хорошо, - заторопилась Ната.
Огляделась напоследок. Видимо, придется еще сюда возвращаться. Точно придется, ведь тут еще столько барахла. Не любила незаконченные дела.
Но это уже неважно. Она сняла с пальца обручальное кольцо, оставила его в центре обеденного стола. Потом выкатила чемоданы из прихожей, заперла дверь, ключи занесла консьержке. И вышла.
Станислав, как увидел ее, вытаращил глаза:
- Ну что же вы, Наталья Николаевна, сами таскали тяжести! Я бы помог!
- Ерунда, они не тяжелые, - улыбнулась Наталья, глядя, как он грузит ее чемоданы в багажник.
Потом села назад, а мужчина обернулся:
- Куда едем?
Она назвала адрес. И полдороги потом думала, как сказать обо всем маме. 
  
глава 4
 
Но все сменилось радостью, когда Ната наконец добралась и нажала кнопку звонка.
- Ты приехала, девочка моя! – мама засуетилась, открывая дверь.
Наталья еще по дороге позвонила, предупредить, а то выйдет, мы вас не ждали, а вы приперлись.
- Давно не виделись, мама, - сказала она.
- Здравствуйте, Полина Александровна, - поздоровался Станислав и закатил ее чемоданы.
Они тут же заняли все пространство не слишком большой прихожей. Мама ни слова не сказала, только шевельнула бровями, а Наталья обернулась к водителю мужа:
- Ну все, Станислав, на сегодня точно можете быть свободны.
Тот попрощался и сразу ушел.
На миг повисла неловкая пауза, но мама, мельком взглянув на чемоданы, взяла ее за руку и потянула в кухню.
- Пойдем, чайком напою с дороги. Я как раз только-только сырники нажарила. Румяные, как ты любишь, на рисовой муке.
Все это было так уютно, по-домашнему. Эта старая квартира, вещи, которые она помнила еще девчонкой, особенный вкусный запах. И Ната расслабилась. Да, будет неприятный разговор, но его можно отложить на потом.
- Руки мыть, и садись за стол, - мама повернулась к кухонному шкафчику.
Стала вытаскивать из витринки фарфоровое блюдо с «жабкой». Накрыла чистой салфеткой, выложила на него сырники. Блюдо было старинное, с дореволюционным клеймом, изрядно покоцанное, но мама очень любила его.
Чай был именно такой вкусный, как Наташа помнила. Папа особенно любил этот сорт. Папы уже семь лет, как не стало, но мама все равно заваривала только его. И сырники.
- Очень вкусно, объедение просто!
- Ты ешь, ешь, - мама улыбнулась, морщинки брызнули лучиками, а руки шевельнулись.
Мама стареет, подумала Ната невольно, уже семьдесят семь. Вслух сказала:
- Как твое здоровье?
- Неплохо, - мама кивнула и вдруг спросила, склонив голову набок: - Ты собралась в отпуск?
Ну вот и началось.
Наталья застыла, глядя перед собой, потом отставила чашку. Не было смысла выдумывать что-то, она сказала прямо:
- Мы с Захаром разводимся.
Повисло молчание, мама смотрела в сторону, хмурилась, потом проговорила негромко:
- Я знала, что однажды этим закончится. Вы слишком разные. Потому и не хотелось, чтобы ты… Но у вас была такая любовь.
- Да, - Наталья улыбнулась, уходя вглубь себя.
Любовь была. Если вспомнить, какими они были тогда… Но все заканчивается. Даже самая красивая песня, когда она допета. Остался последний аккорд – развод. Гейм овер.
- Дети как восприняли?
- Нормально восприняли, - Наташа натянуто улыбнулась. – Спокойно. Ты ведь понимаешь, они давно самостоятельные, взрослые.
- Угу, - мама кивнула.
Наталья была очень благодарна, что мать не стала выспрашивать подробности, а просто приняла все как есть. А та вдруг усмехнулась:
- То-то свекровь твоя Антонина Эдуардовна порадуется.
- Мама, это сейчас был сарказм? – покосилась на нее Ната.
- А то, - мама хмыкнула и потерла ладонью стол, потом перевела взгляд на нее: - Что будешь делать?
- Пока не знаю. Взяла отпуск за свой счет. Я переночую у тебя сегодня?
- Что за вопрос, дочь? А дальше?
- Для начала, - Ната едва заметно улыбнулась своим мыслям. – Съезжу на недельку отдохнуть. Потом буду обустраиваться. Захар собирается купить мне квартиру и выплатит компенсацию за причитающуюся мне половину дома.
Мама тихо выругалась матом, но так виртуозно, что стало смешно, покачала головой и сказала:
- И почему я не сомневалась? - потом махнула рукой. - Хотя... Даже с этими крохами ты все равно будешь весьма обеспеченной женщиной. Ладно. Булгаков-то пригодился?
Тот раритетный томик с автографом Булгакова достался ей через маму. Фантастическая удача, и относительно недорого. Но Наташа понимала, что подарить одну старенькую книжечку с потрепанными страницами – маловато будет в глазах свекров. Не поймут. И она добавила туда подарочное издание собрания сочинений. Даже если Захар вообще не откроет эти книги, он бизнесмен, и должен понимать, что раритетное издание Булгакова – это ценность, и со временем будет становиться только дороже. Так что она не прогадала с вложением.
- Конечно пригодился, - улыбнулась она. – Захару понравился подарок.
Мама вздохнула:
- Хорошо. А что будешь делать потом?
- Потом… - Наталья повертела блюдечко.
И в этот момент раздался телефонный звонок.
***
Адвокатов Захар вызвал с утра, как и планировал, дал задачу в кратчайший срок подготовить все бумаги на развод. Нужно было еще дать команду срочно подыскивать подходящую квартиру, потом тоже хватало дел.
Все это проходило в штатном режиме. Но было какое-то ощущение недосказанности, оно подтравливало, мешало мыслить спокойно. Может быть, этого и не следовало сейчас делать, но Захар не стал дожидаться конца рабочего дня, а около четырех поехал домой.
Только вошел, узнал у консьержки, что его супруга оставила ключи. Женщина что-то говорила, он не слышал, только кивнул. А потом поднялся в квартиру со странным чувством. Знал, что Наталья неспособна превратить дом в руины, но все равно неприятно подрагивало под ложечкой.
Дома было пусто и тихо.
Никакого разгрома, следов разрухи не наблюдалось. Но консьержка что-то говорила о вещах. Он прошел на кухню.
И вот там.
В центре пустого стола обручальное кольцо. Захар застыл, уставившись на этот маленький золотой бублик, словно в нем, как зеркале можно было увидеть будущее. Неприятное чувство только усилилось. Он заставил себя собраться.