Счастье волков

– Что я здесь делаю? – спросил Дмитракос.
– Сидите и слушаете меня, – живо отреагировал довольно молодой, белобрысый, невысокий человек с располагающей улыбкой продавца недорогих страховок.
– И почему я должен вас слушать?
– Ну… для начала мне просто хотелось с вами познакомиться. Вы в каком-то смысле человек легендарный, мистер Дмитракос. Вор в законе и одновременно член политсовета «Единой России». И уехали вовремя, в отличие от Ходорковского.
  
– Я не вор в законе и никогда им не был.
– Ну да, конечно. Вы же отказались в девяносто восьмом. Можно полюбопытствовать, почему?
– Зачем это мне? Говорите, что нужно, иначе я встану и уйду.
– Я бы хотел помочь вам. Вот, посмотрите…
Дмитракос, человек довольно благообразной внешности, с которой не вязались его прошлое и его настоящее, обильно политое кровью врагов, начал перебирать бумаги. На лице его отразилось раздражение.
– Это что еще за дерьмо?
– Американская прокуратура ведет расследование, связанное с так называемым «Братским кругом» – русским мафиозным объединением. Ворами в законе. Сейчас кто-то назвал им ваше имя. Боюсь, это может закончиться блокировкой счетов и международным ордером на арест.
– Расскажите это моим адвокатам.
Белобрысый картинно вздохнул.
– Боюсь, вы не понимаете, мистер Дмитракос. Американская правоохранительная и судебная система достаточно недемократична, она политически ангажирована и выполняет политический и социальный заказ. Если политики приняли решение искоренить русскую мафию – они это сделают, и плевать на закон. Вас просто никто не будет слушать.
Дмитракос мрачно смотрел то на бумаги, то на белобрысого.
– Я знаю, о чем вы думаете, – отреагировал белобрысый, – вы фактически являетесь хозяином Салоников, второго по величине греческого города. У вас там под контролем не только полиция, но и несколько тысяч футбольных фанатов. Скажите, это для них вы недавно купили в Сербии пять тысяч автоматов Калашникова?
Белобрысый картинно выставил ладонь.
– Не надо на меня так смотреть, мистер Дмитракос, я просто спросил. Я понимаю, что вы рветесь к власти в Греции, используя радикальных националистов и правых популистов‐евроскептиков. Мы и сами выходим из ЕС, так что к вашей позиции можем проявить понимание и даже… поддержать. И да… что же это я – у нас есть хорошие связи с американцами… пока еще. Мы можем поручиться за вас, что вы не являетесь членом «Братского круга». Если вы подпишете обязательство сотрудничать с нашей разведкой. И это обойдется вам дешевле, чем нанимать адвокатов, а в будущем вы сможете и британский паспорт получить. Не говоря уж о том, что ваши транзакции в британских банках будут проходить без задержки. Как считаете, честная сделка? А вот у меня тут и расписочка есть. О сотрудничестве.
Дмитракос какое-то время молча сидел, смотрел то в окно, то на своего визави. Потом достал ручку, молча и зло черкнул подпись.
– Вот и хорошо. Вы сделали правильный выбор, мистер Дмитракос. Теперь поговорим о том, что вы должны сделать. Особенно с учетом того, что вскоре у вас матч. С русским «Спартаком». Я не ошибся?
Когда Дмитракос ушел, в стене открылась потайная дверь, в комнату шагнул худощавый пожилой человек семитского вида. Он тут подвизался в качестве политического атташе и заодно был начальником местной станции MI6.
Белобрысый стоял у окна и смотрел, как отъезжают машины.
– Ну что?
Белобрысый кивнул на стол, где лежала расписка. Начальник станции мельком глянул на подпись.
– И все-таки, Адам, я уверен, что это большая ошибка с вашей стороны.
– Вот как?
– Этого человека невозможно контролировать, – с нажимом сказал начальник станции, – он матерый бандит в дорогом костюме. По ментальности он ничем не отличается от налетчиков, которые тут сто лет назад грабили и убивали на дорогах. Мы не сможем получить от него что-то полезное, а вот если все это всплывет, придется отвечать! Отвечать мне!
– Не беспокойтесь, сэр Роберт. Контролировать мы его, конечно, не сможем, но направлять его активность в выгодное нам русло – вполне. Мы держим его за деньги, а значит, за яйца. Нужно только время от времени потакать его желаниям. Он бандит, это верно. Он жаждет крови. Счастья ножа, как сказано в одном из американских романов. Мы можем сделать так, что это будет кровь наших врагов. Разве это не хорошо?
– Хорошо? – недобро сказал сэр Роберт. – Адам, вы приехали из Лондона три дня назад и думаете, что понимаете, что здесь хорошо и что плохо?! Этот человек – бандит с политической программой, национал-популист с советским опытом межнациональных конфликтов. И он рвется к власти. А здесь треть молодежи не имеет работы, а треть сидит в университетах по восемь-десять лет с отпусками, потому что и для них нет работы, а там хотя бы бесплатно кормят. Вы хоть понимаете, что эта страна – бочка с порохом? Дерутся все и со всеми. Крайне левые. Крайне правые. Македонские националисты, которые считают, что Салоники принадлежит им [28]. Албанские националисты, которые не прочь откусить кусок. Бандиты из УЧК [29], которые торгуют здесь всем, от наркоты и сигарет до автоматов и угнанных машин. В любой момент эта страна – и те, что рядом, – может превратиться во вторую Югославию. Вы знаете, что Дмитракос раздает оружие тем, кто готовит силовой захват Македонии?!
– И что?
…
– Сэр Роберт, мы вышли из ЕС. В какой-то степени нам выгодна заварушка здесь, она заставит международный бизнес задуматься, а стоит ли переводить операции из старой доброй Англии в беспокойную Европу. А пока пусть местные болельщики начистят как следует морды русским фанам. Болезненный щелчок по носу Путину, не правда ли…
  
25 сентября 2020 года
 
Салоники, Греция
 
Удар… гол!
 
Продолжение
 
По всем улицам автобусы с русскими болельщиками сопровождали полицейские машины. Такси, бело-синие «Шкоды», постоянно сопровождали колонну, норовя вклиниться между автобусами и полицией. Местные фаны высовывались из окон, один – голый до пояса, развернул плакат, на котором было написано по-русски «Русских на ножи!». Другой тряс укороченным турецким дробовиком, возможно, что и заряженным…
Когда добрались до стадиона, там уже творилось безумие.
Никакого ОМОНа, никаких заграждений и прохода по одному. В Греции нет ОМОНа, точнее, есть, но его не боятся, потому что местным омоновцам еще жить в этом обществе и они это понимают. А если бы полиция выставила заграждения, их бы просто снесли.
У них был свой, фанатский сектор. Но они туда не спешили. Зато многие болельщики уже приняли по сто анисовки и обкумарились анашой. Анаши в городе хватало – совсем недавно в Косово, на американскую военную базу прибыл контейнер из Афганистана. Теперь его сноровисто расталкивали по всем Балканам албанские дилеры – бывшие бандиты УЧК. Хотя бывших бандитов не бывает…
– Эй! А Васик куда пошел? – спросил один из молодых, Микис.
– Не твое дело, салага, – ответили ему.
Васик в этот момент сидел в белом джипе и получал инструкции от тех, кто проплатил все это…
Чуть в стороне, при полном бездействии полиции, местные озверевшие фанаты забивали ногами местных молодых коммунистов – они единственные осмелились сказать, что не надо избивать русских…
Пахло шмалью, анашой, водкой и кровью…
Семнадцатое ноября, если не хуже… [30]
Игра с самого начала была нервной.
  
Греки сразу пошли в атаку, поддерживаемые бешено кричащей торсидой – и первая же атака едва не завершилась голом. Положение отчаянным броском спас вратарь красно-белых, вызвав свист и возмущенные крики.
«Спартак» был командой выше классом, чем местная ФК «Салоники», которая и состояла-то, в общем, из местных, на трансферах купили всего лишь вратаря и пару игроков. Несмотря на все неурядицы, сопровождающие «Спартак» и российский футбол в целом, исход матча был в основном предрешен. Но в Салониках считали совсем иначе. Они не готовы были проигрывать. А если не получается победить честно – побеждай как получится!