Наследник для оборотня

– Вот из-за таких как ты, на нас и охотились!
– На вас охотились из-за того, что одна соседка решила наябедничать на другую, потому что у той корова давала больше молока! И вообще, мы в России живем! Никто тут ни за кем не охотился! Я историю учила!
– Охотились! Везде охотились! Этому на твоей истории не научат! Нас до сих пор преследуют! – У Лили из глаз выступили слезы, и Марина поняла, как глупо они выглядят. Стоят посреди кухни и орут друг на дружку.
  
– Так, знаешь что… каждая из нас останется при своем. Ты веришь, что ты ведьма. Я верю, что у тебя не все в порядке с головой. Прости за грубость, но я буду говорить прямо. – Марина сделала шаг назад и снова потрогала щеку. – Я очень хотела приключений. Думала, что как только сбегу от родителей, то сразу попробую все, чего они меня лишали. Но, наверное, я застряла где-то в возрасте двенадцати лет. Когда хочется стать взрослой, но безумно страшно остаться одной. Давай ты будешь… колдовать или чем ты там занимаешься. А я поищу приключения поспокойней.
Лиля вытерла покрасневший нос рукавом и несколько раз тихо всхлипнула:
– Я хочу доказать тебе, что не вру. Давай… давай ты последний раз мне поверишь? А я постараюсь тебя убедить.
– Лиль? Тебе вообще зачем все это?
– Ты нужна мне! Я с ума сойду, если буду держать все в себе, понимаешь? – Она прижала ладони к ушам и затрясла головой. – Мне нужно кому-то рассказать, поделиться, спросить совета… А ты мне даже не веришь…
Марина почему-то на цыпочках подошла к Лиле и осторожно обняла ее. Она была почти на полголовы ниже, но чувствовала себя каким-то огромным существом, которое может и должно дать свою защиту потерявшемуся во всей этой мешанине ребенку.
– Ну, тише-тише… Ты что? Не плачь… Ты сама подумай, какой я тебе совет дам? Я в своей-то жизни разобраться не могу.
– Когда ты увидишь, что я говорю правду… – Лиля устроила голову на плече Марины и так крепко обняла, что затрещали ребра. – Давай просто договоримся… по-поспорим… – Она снова всхлипнула, и Марина неловко погладила Лилю по голове. Она ни разу никого не утешала. Только детей в детдоме. Но с ними было намного легче, чем со взрослой рыдающей девушкой. – Я проведу о-обряд… И ты об-бязательно поверишь!
Марина закатила глаза. Ладно… И в самом деле, чего ей стоит? Ну поколдует Лиля чуть-чуть, пожжет свечи, попляшет с бубном.
– Ладно, давай свой обряд. Но взамен пойдешь со мной в салон. Я хочу ухо проколоть. В нескольких местах.
Лиля тут же отстранилась и закивала, счастливо улыбаясь.
– Завтра же пойдем! Садись скорее! Это сложный обряд. – Лиля начала переставлять все свои склянки, освобождая стол.
Марина с сомнением посмотрела на ступку с непонятным порошком и отодвинула ее от себя.
– Так может стоит начать с чего-нибудь полегче?
– У меня есть все ингредиенты. И сегодня первый день убывающей луны – она должна сократить расстояние между тобой и твоим мужчиной.
Марина поморщилась:
– Нет никакого «моего мужчины». Наколдуй мне лучше зарплату побольше.
– Есть. У всех есть пара. Просто не каждый может ее найти. – Лиля уже успокоилась и тараторила так бойко, словно не она пару секунд назад рыдала. – А ты сможешь. Я тебе помогу. – Лиля уселась за стол, и Марина устроилась напротив нее. – Ваши дороги пересекутся, и ты сможешь точно понять, что это он. Обряд подскажет, даст знак, по которому поймешь, что встреченный мужчина – тот самый. Нужно будет только не упустить его.
Марина скривилась. Да, когда-то она очень хотела встретить того самого единственного. Пресловутую любовь, будь она неладна. Но родители быстро развеяли миф о том, что хорошие девочки достойны великого, светлого и чистого чувства. Никто в нее не влюблялся. Обходили стороной. Наверное, не хотели связываться с девчонкой из чокнутой семейки. А может, она просто выглядела слишком убого в тех обносках, которые заставляли носить родители. Или же мать с отцом были правы, и она действительно некрасивая настолько, что…
Марина отогнала эти мысли подальше. Она сможет сделать свою жизнь лучше. Перед отъездом из дома ей удалось стащить отцовскую карточку. Пошла по стопам Наташи. Она подавила нервный смешок. Именно Наташин поступок и подтолкнул ее на это. Первым же делом Марина сняла все деньги и потратила их на белье и косметику. Теперь она красилась так ярко, как только могла. На работу, конечно, ходила без макияжа, но вот все остальное делала накрасившись. За двадцать шесть лет у нее не было возможности этому научиться. Поэтому она больше походила на проститутку-наркоманку. Но именно это ей и нравилось. Сам процесс, когда она рисовала толстые стрелки и наносила черные тени.
В такие моменты Марина всегда представляла лица родителей. Наверное, их хватил бы удар. И от этой мелочной мести, о которой они даже не узнают, ей становилось немножко легче. И она даже могла подавить обиду за то, что они лишили ее нормальной жизни. И скорее всего, семьи. Потому что… ну кому она нужна такая? Мало того, что некрасивая, так еще и чокнутая.
– Все, давай начинать…
Голос Лили понизился до таинственного шепота. С напряженным видом она зажгла три самых обычных свечи и поставила вокруг деревянной плошки, в которой прежде лежал пучок какой-то травы. Сейчас в ней было пусто.
Марина сдавленно хихикнула, но тут же приняла преувеличенно серьезный вид. Лиля сердито взглянула на нее, и на секунду Марине даже стало стыдно.
Лиля осторожно уложила на дно плошки окровавленный кусочек бинта. Тот, с которым Марина проходила весь день. Именно сейчас стало жутко. В открытую форточку залетел сквозняк, в воздухе разлился запах сырости. Показалось, что они снова на кладбище. В окно поцарапались скрипучие ветки, как будто пытались пробраться внутрь.
Лиля тихо прошептала:
– Кровь притянет кровь…
По жестяному подоконнику застучали первые капли дождя.
Лиля взяла те самые багровые цветочки, которые они собрали на кладбище. Стебли были отрезаны, и три алых цветка упали на марлю свежими каплями крови.
– Кровь нареченной Мариной и кровь незнакомца соединитесь, как соединяются мужчина и женщина…
Лиля потянулась к небольшой стеклянной баночке, наполовину наполненной… ракушками. Она сунула банку Марине в руки и быстро прошептала:
– Выбери семь.
Марина послушно открутила крышку и потянулась к ракушкам. Сначала она хотела выбрать просто наугад. Любые. Но неожиданно остановила себя. Обряд, который сначала воспринимался ею как баловство и блажь, сейчас вдруг стал неожиданно важным. Что-то было во всей атмосфере. Как будто обычная тесная кухонька старой хрущевки превратилась в избушку самой настоящей колдуньи, которая и впрямь могла помочь отыскать Марине любовь.
Глупо, наверное, но она так и не смогла отделаться от привычки мечтать.
Высыпав перед собой ракушки, Марина начала тщательно выбирать. Здесь не было поломанных или грязных. Разноцветные, красивые – всех их кто-то очень тщательно отбирал.
Марина отложила семь самых необычных на ее взгляд, а остальные ссыпала обратно в банку.
Лиля удовлетворенно кивнула и подала ей еще одну ступку:
– Растолки их в порошок.
Марина аккуратно сложила ракушки на дно ступки. Она не ожидала, что придется их уничтожать. Не хотелось превращать в порошок пусть и не самые красивые, но уж точно самые необыкновенные ракушки. Она с сомнением посмотрела на Лилю, но та лишь выгнула брови, ожидая, когда Марина все сделает.
Пришлось взяться за пестик и начать. Раковинки тихо трещали, и через пару минут уже превратились в разноцветный сверкающий порошок.
– Готово.
  
Лиля забрала у нее ступку и высыпала истолченные ракушки в плошку:
– Как истолчены эти ракушки, так пусть все препятствия между двумя предназначенными обратятся в пыль.
От резкого порыва ветра задребезжали стекла. Марина вздрогнула, помимо воли начиная верить в способности Лили. Да нет, это же просто совпадение. И жуткий туман на кладбище – всего лишь каприз погоды.