До Полуночи (ЛП)

— Вчера вечером я встретил женщину, но она ушла, прежде чем я успел узнать ее имя. Она села в ту машину прошлой ночью. Номер сорок два.
Мел гладит бороду и протягивает руку ладонью вверх.
— Ну, как я уже говорил, я не могу разглашать конфиденциальную информацию о клиенте.
Я достаю бумажник, чтобы посмотреть, сколько у меня с собой наличных. Редко ношу их с собой. Я достаю сто долларов и протягиваю ему.
— Это все, что у меня есть с собой. Что скажете? — спрашиваю я.
— Да, я возьму это. Но у вас хороший бумажник. Он кожаный?
Я достаю свои кредитные карточки и водительские права, кладу их в карман и протягиваю ему бумажник.
— Я проверю свои записи, — говорит он, возвращаясь к своему столу. — Но я уверен, что не смогу дать вам то, что вы хотите услышать.
— Почему это?
Он перелистывает кипу бумаг и вытаскивает одну. Затем протягивает ее мне.
— Вот почему, — говорит он. — Тот, кто заказывал эту машину, не хотел брать водителя. Он сказал, что у них есть свой. А еще он рассчитался наличными, потому что не хотел оставлять записей.
— Вы помните, как выглядел человек, который принес вам деньги?
— Да, но и это никуда вас не приведет. Хотите верьте, хотите нет, но они воспользовались Uber. Водитель был очень разговорчивый. Сказал, что никого не видел. Ему сказали, где забрать портфель и привезти его сюда.
— Кейс, полный наличных?
— Ага, как из фильма. Вот этот кейс, на полке позади вас.
Я открываю кейс и обыскиваю его, но там пусто. Кейс совсем новый, видимо, куплен только для того, чтобы рассчитаться.
Я вздыхаю от досады. Как же я найду свою принцессу?
  
ГЛАВА 7
 
Карина
Мой уход с бала-маскарада проигрывается в голове по кругу…
— Нет, подожди! — окликнул он меня сзади, когда я подошла к двери.
Я не хотела уходить. Но у меня не было выбора. Мы договорились, что я уйду в полночь, и Реджи отвезет меня домой. Неважно, как сильно я хотела остаться, но без работы и с бабушкой в больнице деньги Алекса были мне нужны сейчас как никогда.
Я помчалась обратно по коридору с пронумерованными дверями и вошла в следующий коридор. И продолжила бежать мимо балконов к широкой лестнице, по которой мы поднимались раньше.
Я так быстро бежала по лестнице, что удивилась, как не упала. Одна туфля соскользнула, но я не остановилась, пока не вспомнила, что ничего из того, что на мне надето, мне не принадлежит. Кроме трусиков, но их я уже потеряла.
Я быстро остановилась, повернулась и схватила туфлю. Впервые оглянулась. Мой прекрасный принц спускался по ступенькам, пытаясь догнать меня.
Нет, он не может меня догнать. Если он это сделает, то я никогда не уйду.
Я сняла вторую туфлю и, держа туфли в одной руке, задрала платье и схватила его другой рукой. И побежала еще быстрее сквозь толпу.
Часы пробили восемь раз.
Снаружи тротуар был жестковат для моих ног. Но у меня не было на это времени. Я увидела впереди машину, припаркованную у обочины, и побежала к ней.
— Подожди! — окликнул он. — Скажи хотя бы, как тебя зовут.
Я повернулась и посмотрела на своего Принца. Печаль поглотила меня. Этого не должно было случиться. У меня была ночь, которую я никогда не забуду, и этого должно было быть достаточно.
Я бросила на него последний взгляд, прежде чем сесть в машину и захлопнуть дверь.
Я перевернулась на спину и посмотрела на часы.
Нужно поспать. Скоро начнутся часы посещений в больнице.
Когда я приезжаю, бабушка выглядит спокойной. Глаза закрыты, дыхание ровное. Я сажусь на стул рядом с ее кроватью, надеясь, что не разбужу ее.
В комнату заглядывает Одесса и машет рукой. Она придвигает стул рядом со мной, наклоняется и шепчет.
— Как она?
— В порядке. Завтра ее должны перевести в реабилитационный центр, — шепчу я в ответ. — Она спит с тех пор, как я пришла.
 
— Ты сегодня ела? — спрашивает она. — Я умираю от голода.
— Нет, не голодна. К тому же я все время думаю о прошлой ночи.
— Ты знаешь, это одна из причин, почему я здесь. Давай спустимся в кафетерий, и я куплю нам завтрак. Ты мне все расскажешь.
В кафетерии почти никого нет, кроме нескольких человек. Мы выбираем столик подальше от всех, и, как только я сажусь, то тут же начинаю рассказывать ей все подробности о месте и о том, что произошло.
— Знаю, ты, наверное, думаешь, что я идиотка, — говорю я. — И, конечно, я была не в себе, но в нем было что-то такое. Что-то, что казалось правильным, как будто я должна была быть там прошлой ночью и встретить его. Не просто какой-то безумный сексуальный опыт, это что-то значило. По крайней мере, для меня.
— И ты не можешь увидеть его снова?
— Вопрос не в том, можно или нельзя, а в том, как это сделать? Он не знает, кто я, я не знаю, кто он. И не знаю, как его найти, если только не пойду на следующий бал. И это при условии, что он будет там. И что я узнаю его, а он меня. Это глупо. Мне нужно забыть о нем и просто радоваться, что у меня была потрясающая ночь.
— А как же Алекс? Он хотел, чтобы ты танцевала с ним, так что должен знать, кем является принц.
— Я не могу спросить его. То есть, я понятия не имею, почему он заставил меня это сделать. Но уверена, что он не скажет мне того, что я хочу знать.
Я проверяю время на своем телефоне и перекладываю весь мусор на поднос.
— Спасибо за завтрак. Мне нужно идти на встречу с Алексом.
— Хорошо, сестренка, удачи тебе. Помни, если он тебе не заплатит, просто дай мне знать. Я знаю некоторых людей, которые должны мне несколько одолжений.
Я смеюсь, обнимая ее.
— Буду иметь это в виду. Поговорим позже, сестренка.
Выйдя из больницы, я заезжаю домой, чтобы забрать платье, туфли и все украшения, которые были на мне накануне вечером. Вся ночь прошла как во сне. Одежда — моя единственная память о прошедшей ночи, и я надеюсь, что Алекс позволит мне ее сохранить.
Мне хочется, чтобы все было по-другому. Чтобы я встретила человека в маске, а не Алекса. Хотя у меня нет опыта общения с мужчинами, я знаю, что то, что я чувствовала прошлой ночью, было другим. То, что произошло, было особенным.
Вспоминая, как он мчался за мной, я понимаю, что он чувствует то же самое. Пока я иду к отелю, вспоминаю, как он бежал за мной, и как постоянно спрашивал мое имя. Но больше всего я думаю о его поцелуе и о том, как его руки касались моей кожи.
Когда подхожу к двери гостиничного номера, она открывается прежде, чем я успеваю постучать. Алекс ухмыляется от уха до уха, затем взмахом руки приглашает меня войти в номер. Я ставлю туфли на пол перед кроватью, сверху кладу платье и украшения.
Затем складываю руки перед собой и поворачиваюсь к нему лицом.
— Ты же не можешь сказать, что это просто совпадение.
— Я и не собирался говорить, что это так, — говорит он.
— Тогда как ты узнал, что я у двери? Следил за мной? У тебя есть какое-то устройство слежения?
Я смотрю на платье и беру в руки ожерелье, чтобы проверить, нет ли в нем чего-нибудь подозрительного.
— Преследую тебя? Не льсти себе, — говорит он. — Мне не нужно преследовать тебя, чтобы знать все. Ты не такая уж и особенная. На самом деле, ты очень предсказуема.
— Предсказуема? Ты ничего обо мне не знаешь.
— Я знаю, что твой мир вращается вокруг бабушки. Я знаю, что ты потеряла обоих родителей в таком раннем возрасте, что даже не помнишь их. Я знаю, что ты всю жизнь живешь в этой дыре, которую называешь квартирой. Мне продолжать?
Я качаю головой.
— Почему ты должен быть таким придурком?
Он выглядит так, как будто я дала ему пощечину, но потом быстро приходит в себя.
— Присядь, чтобы мы могли поговорить. Я проверяю всех, с кем сотрудничаю. Мне нравится знать, с кем и с чем я имею дело. Так я защищаю себя. — Он подходит к платью и нежно пропускает ткань между пальцами, а затем поднимает на меня глаза. — Кстати, вчера вечером ты выглядела прекрасно. Я прошу прощения, что не сказал тебе об этом вчера. Моя команда проделала отличную работу по приведению тебя в порядок. — Он ухмыляется, когда говорит, и я не уверена, насколько ему можно верить. — Ну что, тебе понравилось прошлой ночью? — спрашивает он.