До Полуночи (ЛП)

— Да. Да, — говорю я.
Он загибает пальцы, находясь все еще в моих трусиках, и языком проникает в мой рот. Я тянусь вверх, к его волосам, не желая, чтобы он перестал меня целовать, и ожидая следующего движения его пальцев.
Медленно, его пальцы скользят по моей обнаженной киске, прежде чем коснуться клитора. Удар удовольствия пронзает меня, и я стону ему в рот.
— Это моя малышка, — говорит он. — Ты долго ждала этого, не так ли?
— Мммм…
— Мне кажется, я ждал тебя всю жизнь, — говорит он.
Затем опускается на колени и протягивает руки под платье. Хватает мои трусики и начинает спускать их по бедрам, целуя открытые участки моего тела.
Я выхожу из трусиков и чувствую его руку на своих бедрах. То, что я не могу видеть его из-за платья, усиливает эффект всех его действий. С таким же успехом можно было завязать мне глаза.
Он поднимает мою ногу, целуя и облизывая ее от колена, по внутренней стороне бедра, и кладет мою ногу себе на плечо, а руками обхватывает меня снизу. Я чувствую его губы там, где когда-то были мои трусики, и по коже бегут мурашки.
Затем его язык проникает внутрь и касается моего клитора. Он крепко держит меня за задницу, удерживая мои бедра в нужном положении, пока он сосет и ласкает мой клитор.
— О, да, — выдыхаю я.
Мое дыхание учащается. Сердце колотится в груди. Мое тело больше не принадлежит мне, оно принадлежит ему. Он заставляет меня чувствовать то, что я никогда не чувствовала раньше. Он знает мое тело лучше меня.
Его язык еще глубже погружается в меня, и он спускает мою ногу со своего плеча.
Затем шлепает меня по заднице, и я стону. Я чувствую смесь удовольствия и боли, и она нарастает во мне. Мои ноги дрожат, и я удивляюсь, как еще стою на них.
Вдалеке раздается звон башенных часов.
Я прислоняюсь к холодному стеклу и использую его как опору, пока он опять поднимает одну мою ногу к себе на плечо. Его язык все настойчивее проводит по моему клитору, посылая волны удовольствия. Кажется, что мои бедра сами по себе двигаются.
Часы на башне бьют второй раз.
Я хочу увидеть его. Мне это необходимо. Я приподнимаю атласные слои своего платья и уже вижу его макушку, он стоит на коленях подо мной. Его маска все еще на месте. Он смотрит на меня.
Часы бьют в третий раз.
Придерживая платье одной рукой, я тянусь вниз, а другой хватаю его за волосы. Он снова шлепает меня по заднице, а затем впивается в нее пальцами.
— О, я уже близко, — говорю я, но мой голос больше похож на хныканье.
Часы на башне бьют в четвертый раз.
Он медленно вводит палец в мою влажную киску, а его язык продолжает творить волшебство над моим клитором. Мое тело начинает неистово содрогаться. Я отпускаю платье и прижимаюсь к нему.
Часы на башне пробили пятый раз.
Дыхание перехватывает, и тогда я отпускаю его.
— О, я кончаю, я кончаю, — говорю я, чувствуя, как меня пронзают ощущения. Не в силах больше стоять, я падаю на пол и оказываюсь в его объятиях, задыхаясь, но желая большего.
Часы на башне бьют в шестой раз, и я вдруг понимаю, что уже полночь.
— Мне нужно идти, — говорю я.
— Что?
— Уже полночь, мне пора.
Я встаю, еле держась на ногах в туфлях на высоком каблуке, прежде чем убежать к двери.
  
ГЛАВА 6
 
Райан
— Мне нужно идти.
Ее слова ошеломляют меня. Прежде чем я успеваю отреагировать, она пересекает комнату и выходит за дверь. Я бегу за ней, удивляясь тому, как быстро она бегает даже на каблуках и в платье.
Мне кажется, что я смогу догнать ее у лестницы в бальный зал, но ничто не замедляет ее бег. Когда она достигает нижней ступеньки длинной лестницы, одна из ее туфель соскальзывает. Она делает несколько шагов без нее, затем поворачивается и тянется за ней.
Держа туфлю в одной руке, она тянется вниз и снимает вторую. Оставшись босиком, она поднимает платье и пробирается сквозь толпу к выходу.
Я теряю ее из виду, но выход только один. Используя короткий путь, я оказываюсь на улице, надеясь поймать ее, когда она будет уходить. Но она уже стоит на тротуаре впереди меня.
 
— Подожди! — я окликаю ее. — Хотя бы скажи, как тебя зовут.
Она смотрит в мою сторону, грусть наполняет ее лицо. Она качает головой.
— Я не могу, — говорит она. — Мне очень жаль.
Затем приподнимает платье и исчезает на заднем сиденье черного лимузина. Я бегу за машиной, но это бессмысленно.
Когда она отъезжает, я обращаю внимание на номерной знак — CAR 042. На номерном знаке написано «Schwartz Luxury Autos». Утром я планирую позвонить им и выяснить, кто она такая. Ни за что не позволю ей исчезнуть из моей жизни. Она — та искра, которую я так долго искал. Без нее моя жизнь будет тусклой.
На следующее утро я просыпаюсь с новой целью. Проверяю список гостей и делаю несколько звонков, чтобы выяснить, не узнал ли ее кто-то, но ничего не нахожу. Единственная надежда — машина. Я не сомневаюсь, что по номерному знаку и названию компании мне удастся ее разыскать. Она должна была как-то заплатить за машину.
Не дожидаясь открытия, я сажусь в машину и еду в «Schwartz Luxury Autos».
В голове проносятся воспоминания о прошедшей ночи. Как она входит в бальный зал. Как загораются ее глаза, когда она улыбается. Как она идеально подходит мне, когда мы танцуем. Мягкость ее кожи. Ее остроумие. Ее смех. Ощущение ее обнаженной кожи.
Час езды от города до Нью-Джерси пролетает незаметно. Я сбавляю скорость, въезжая в складской квартал на окраине небольшого пригорода Нью-Джерси. В конце дороги стоит группа небольших зданий из коричневого кирпича. Вокруг одного из зданий припарковано несколько лимузинов.
При входе в здание я попадаю в небольшую приемную, в которой стоят три стола. Освещение тусклое, в воздухе витает запах масла и грязи. Две женщины сидят за столами и работают. Через верхний динамик играет местная радиостанция.
Все взгляды обращаются ко мне, когда я вхожу. Через боковую дверь одновременно со мной появляется тучный мужчина с грязными ногтями. Он достает из заднего кармана ярко-желтое полотенце и вытирает руки. Он растерянно смотрит на двух женщин.
— Эй, вам кто-нибудь уже помог? — спрашивает он.
— Нет, но я только что вошел.
— О, простите. Я не знаю, что происходит с этими двумя, — говорит он, указывая на женщин. — Так чем я могу вам помочь?
— Как вы думаете, мы можем поговорить наедине? — спрашиваю я.
Мужчина снова с ухмылкой смотрит на двух женщин и кивает.
— Да, я вас понял. Пойдемте со мной в гараж.
Я выхожу за ним через боковую дверь, которая открывается прямо в огромный гараж с тремя боксами. Он показывает на угол, где рядом с большим верстаком стоит стол и несколько стульев.
— Присаживайтесь. Девушки сюда не заходят. Для них здесь слишком грязно. Я Мэл Шварц. Владелец компании «Schwartz Motors». А вы?
— Спасибо, Мэл. Я Райан Стирлинг. И хотел бы попросить вас об одолжении.
— Да, конечно, без проблем. Только присядьте, пожалуйста. Мне нужно выпить кофе. Хотите?
— Нет, спасибо. Я не хочу отнимать у вас много времени.
Когда я иду за ним к задней части гаража, мы проходим мимо нескольких автомобилей. Интересно, там ли вчерашняя машина?
Я отхожу от Мэла и прохожу мимо нескольких черных машин. Каждая из них той же марки и модели, что и та, в которую она села прошлой ночью. Единственное отличие — номерной знак. Когда я подхожу к машине, стоящей ближе всего к одной из гаражных дверей, то замечаю искомые номера. Машина 042.
— Мэл, эта машина. Я видел ее прошлой ночью. Вы были за рулем?
Он приподнимает бровь.
— Я не могу разглашать конфиденциальную информацию о клиенте. О чем вы? Вы ведь не полицейский? Совсем на него не похожи.
Я вздыхаю, раздосадованный тем, что мне и в голову не пришло, что он не может свободно выдать мне информацию.