Отринутые смертью (СИ)

Стены украшали рельефы и барельефы, изображающие древние ритуалы, битвы и мифические сцены. Некоторые из них были почти стерты временем, но те, что сохранились, говорили о мастерстве и воображении их создателей. В углах, там, где тень сливалась с пылью, можно было разглядеть осколки статуй.
Воздух был тяжелым и влажным, с примесью запахов плесени, старины и чего-то горьковато-металлического, что заставляло Александра иногда настороженно оглядываться. Свет от лампы в его руках, бросали тени на древние стены и делали атмосферу еще более зловещей.
Тишина в комнате нарушалась только его шагами, эхо которых уходило в глубины коридоров, словно пытаясь разбудить духов этого места.
Прямо по центру комнаты прямо перед троном, словно маяк среди мрачной тишины и забвения, находился портал. Это был светящийся переход, состоящий из пульсирующих потоков чистой, яркой энергии, которые вихрем двигались внутри невидимых границ. Он искрился множеством оттенков, от глубокого индиго до почти прозрачного голубого, и эти цвета танцевали, переплетались, исчезали, чтобы снова зародиться в новом вихре света.
Портал мерцал и излучал мягкий свет, который, отражаясь от влажных стен и потрескавшихся колонн, создавал иллюзию звездного неба, утерянного этим местом много веков назад. Энергия, исходящая от него, была настолько сильной, что Александр мог почувствовать её даже на расстоянии — она пульсировала в воздухе, заставляя волосы на руках подниматься от статического заряда.
Александр, окидывая взглядом комнату, остановил свой взгляд на паре знакомых пирамидок. Тонкие струйки дыма, вьющиеся из их вершин, словно подчиняясь невидимому потоку, указывали прямо на портал. Это зрелище принесло ему уверенность. Александр уже сталкивался с подобными явлениями, и ему было известно от существа, что дым, стремящийся к порталу, — это надежный знак того, что он ведет обратно в реальный мир.
Теперь, ободренный этим маленьким, но значительным знаком, Александр нацелился на портал. Каждый шаг был продиктован решимостью вернуться домой. С сердцем, полным надежды, он шагнул в мерцающий свет, готовый к тому, что ждет его дальше. Пересекая порог света, Александр почувствовал, как реальность вокруг него начинает искажаться. Туннель, наполненный мерцанием и энергией, завертелся вокруг него, а время, казалось, замедлилось до бесконечности и одновременно ускорилось до невообразимых пределов. Он шел, устремив взгляд на яркую стену света впереди, ощущая, как каждый шаг отделяет его от мира Грани и приближает к его собственной реальности.
В момент, когда он достиг сплошной стены света, весь мир погрузился в белоснежную пустоту. Он закрыл глаза под напором яркости, и тут же ощутил, как твердая почва исчезает из-под его ног. Это было, как падение в бесконечность и одновременно, как взлет. Оглушительная тишина наполнила его сознание, затмив все мысли и ощущения.
Мягкое, желтоватое свечение ламп освещало стерильное помещение, в котором пробуждался Александр. Оглядываясь, он медленно осознавал, что находится в морге. Холодный, металлический запах формалина и дезинфекторов заполнял воздух, вызывая легкое головокружение. От света, отраженного от белых плиточных стен и полированных столов для вскрытия, исходила холодность.
Александр с трудом повернул затекшую голову вправо. В углу помещения стоял массивный холодильник с выдвижными ящиками для тел, его нержавеющая сталь блестела под потоками света. Противоположная стена была заполнена шкафами с медицинским оборудованием и инструментами, их тени создавали странные формы на полу.
Повернув голову влево, он заприметил людей. За одним из столов для вскрытия работали двое. Один был высоким, худым мужчиной с небритым лицом и тусклыми, усталыми глазами. Его белый халат был запачкан, а волосы, ставшие седыми от многолетнего опыта, были небрежно собраны в хвост. Другой, покороче и покруглее, был моложе, с аккуратной черной бородой и острыми, внимательными глазами. Они то и дело мельтешили, так что рассмотреть ох он сумел со всех сторон. Они двигались с уверенностью и решимостью, которая выдавала в них профессионалов, несмотря на разные возраста.
 
Оба они были погружены в работу, аккуратно используя скальпели и другие инструменты, обсуждая между собой детали процедуры тихими, но серьезными голосами. Звуки их инструментов, погружающихся в ткани, и шум вентиляции заполняли помещение, создавая мрачную симфонию, которая была настолько же знакома, насколько и отталкивающая.
Александр попытался сесть, ощущая пронзительную боль в голове. Его движение привлекло внимание сотрудников морга, и их взгляды встретились с его. Ни один мускул не дрогнул на их лицах, когда Александр с трудом поднялся на руках, приняв сидячее положение. С непроницаемыми выражениями они прекратили свои действия и обернулись к нему. Молодой с бородой немного покачал головой, словно ему было знакомо то, что он видит перед собой.
- Ты уже второй за сегодня, - произнес он спокойным тоном, словно комментируя непримечательное событие. Его коллега, старший морговщик, сложил руки на груди и кивнул, подтверждая слова младшего.
- Медицинское чудо становится обыденностью, видимо, - добавил он с легким недовольством в голосе. - Мы вас только вскроем, в вы возьми, да очнись, нам обратно все запихивай, потому как вы без органов дохните, а после воскрешаетесь и еще раз дохните. Работы с вами, выше крыши. Степаныч! Тут еще один, принимай!
Александр приложил руку к голове, все еще ощущая головную боль. В комнате витал запах химикатов и стерильности, пронизанный тонкими нотами гниения и смерти - запах, который, как показалось Александру, теперь будет преследовать его намного дольше, чем он мог бы ожидать. В этот момент, в комнату вошли двое полицейских в форме. Один из них, пожилой мужчина с седыми волосами на висках, немедленно начал быстро шагать в сторону Александра, глаза его широко раскрылись от удивления и, похоже, раздражения.
- Да сколько можно?! - пробормотал он, явно недовольный перспективой дополнительной бумажной работы. - Это уже третий за смену. Сначала на улице, чуть до инфаркт не словил, когда труп убитого несли, а теперь здесь. Что, черт возьми, происходит в этом городе?
Его коллега, молодой и энергичный, с бейджем, на котором было написано "Варуков", кивнул в знак согласия, его выражение лица говорило о смеси удивления и недоверия.
- У нас и так работы по горло, а теперь еще и... Воскрешения? Ну что за жизнь?!
Служащие морга, тем временем, вернулись к своим обычным обязанностям, старательно игнорируя происходящее. Они продолжали свою работу со стерильными инструментами и телами, создавая впечатление, что для них это было не более чем ежедневное неудобство.
Полицейские обратили внимание на Александра, их взгляды были полны вопросов, на которые они, возможно, не хотели знать ответы.
- Ладно, парень, - сказал старший сержант, смотря в глаза Александру. - Сейчас будем составлять заявление о признание тебя живым. Процедура долгая, так что пойдем наверное на пост, не здесь же тебе с голой задницей бумаги заполнять.
Тем временем второй полицейский в звании сержанта, посмотрел на Александра, а затем на служащих морга.
- Как насчет состояния… - Варуков вчитался в бирку. - Александр Степнов? Ты Степнов? Бля-я-я, Степаныч, это он. Нужно позвонить полковнику…Да и ИМ тоже надо передать информацию…
- Петька, не парь мне мозг. У нас есть работа, а эти разборки с бандитами, давай уже после смены заводи.
- Переломы, ожоги, множественные травмы… - быстро перечислил один из работников морга, продолжая выполнять свои обязанности и не обращая внимания на слова сержанта Варукова. - Всё это было описано в документах, когда его привезли.
Полицейский нахмурился, осматривая Александра и отмахиваясь от молодого, которые был как на иголках, когда узнал фамилию парня.
- Уверены? Потому что по-моему, часть этих повреждений нет.
Служащие морга переглянулись, отложили инструменты и приблизились к Александру для более тщательного осмотра. Они наклонились, чтобы лучше рассмотреть его кожу, и один из них невольно вскрикнул от удивления.