Сквозь волну (ЛП)

Но покой длится недолго: ко мне подплывают женщины-серфингистки, их возбужденные голоса прорываются сквозь спокойный пузырь, в котором я оказалась.
Поднимаюсь на поверхность и снимаю трубку, чтобы нормально видеть и дышать.
— Итак, — начинает Ванесса, одна из рыжеволосых участниц турне, — ты с Коа?
Я колеблюсь, вопрос застает меня врасплох.
— Нет, не с Коа, — наконец отвечаю, стараясь говорить непринужденно.
  
Как только эти слова покидают мой рот, они начинают восторженно рассказывать о нем.
— О боже, он такой горячий, — говорит другая девушка, глаза расширяются, она смотрит назад на лодку, где стоит Коа.
— Если он тебе не нужен, — добавляет третья девушка, подмигивая мне, — мы с радостью заберем его из твоих рук.
Я улыбаюсь, пытаясь подхватить их энтузиазм, но получается пусто.
Они не знают всей истории, не знают, насколько запутаны мои эмоции сейчас, насколько все стало для меня сложным. Мысль о том, что они смотрят на Коа, хотят его, берут его, заставляет что-то уродливое извиваться внутри меня, то, с чем я еще не готова была столкнуться.
Ревность.
Я оглядываюсь на лодку, мое сердце учащенно бьется, когда я замечаю, что Коа смотрит на меня ровным, нечитаемым взглядом. Наши взгляды спецеплены, и кажется, что мир уменьшается до нас двоих.
О чем он думает? Знает ли он, как сильно я сожалею о том, как все прошло на пляже Беллс? Смех и болтовня девушек отходят на второй план, и все, на чем я могу сосредоточиться, — это интенсивность взгляда Коа и чувства, которые я не могу выразить словами.
Я первая разрываю зрительный контакт, чувствуя, как даже в прохладной воде на моих щеках появляется румянец.
Поспешно надеваю трубку и погружаю голову под воду, чтобы скрыться от его взгляда, но как бы я ни старалась от него убежать, Коа всегда рядом, на задворках моего сознания, просто вне досягаемости.
Но ведь это неважно, правда? — напоминаю я себе.
Это он сказал мне, что больше не любит меня.
Он порвал со мной, разбив мое сердце, и ушел.
Эти слова, то, как он смотрел на меня, когда говорил их…они до сих пор звучат в моем сознании, остро и болезненно.
Я не могу отрицать, что он до сих пор притягивает меня, что он заставляет меня чувствовать себя живой, хотя все мои инстинкты кричат мне, чтобы я защищалась, держалась от него на расстоянии.
Но воспоминания о его словах и холодной окончательности нашего разрыва всегда возвращаются, как болезненное напоминание о том, что меня недостаточно для него.
И все же я здесь, и все так же хочу его.
— РАССТАВАНИЕ—
Я иду к пирсу, сердце рвется из груди, а волнение бурлит во мне как никогда раньше.
Это оно, я знаю.
Всю неделю Коа вел себя странно, был отстраненным и немного не в себе, но я знаю, что это просто нервы перед предложением. Он написал мне вчера вечером, попросив встретиться с ним сегодня на пирсе на закате. Это идеальный момент. Все вокруг кажется правильным.
Я провела весь день, готовясь.
Ногти на руках и ногах уложены в стильный френч, идеально подходящий для фотографий с помолвки, а волосы подкрашены так, чтобы они правильно ложились на свет.
Я даже надела свое любимое голубое летнее платье — то, которое нравится Коа, то, в котором я чувствую себя красивой и уверенной.
Даже часами репетировала удивленное выражение лица перед зеркалом, представляя, как я отреагирую, когда он встанет на одно колено и попросит меня стать его навсегда.
Сегодняшний день будет идеальным.
Я дохожу до деревянного пирса и замечаю, что он стоит там, спиной ко мне, засунув руки в карманы, смотрит на океан.
Мое сердце учащенно бьётся при виде его, по лицу расползается неконтролируемая улыбка.
В голове проносятся мысли обо всех причинах, по которым я его люблю: его доброта, смирение, сила, то, как он заставляет меня чувствовать себя самым особенным человеком на свете.
Когда подхожу к нему достаточно близко, чтобы прикоснуться, мне кажется, что я уже тысячу раз сказала «да» в своем сердце.
Я касаюсь его плеча, моя улыбка становится шире, поскольку я готовлюсь к этому моменту, который бывает раз в жизни и о котором я мечтала с тех пор, как мы начали встречаться все эти годы.
Но когда Коа оборачивается, понимаю, что что-то не так. Его лицо неподвижно, глаза холодны и пусты. Тепло и любовь, которые я всегда видела в его глазах, исчезли. Перемена в нем настолько разительна, что я инстинктивно делаю шаг назад, моя улыбка сходит на нет, меня охватывает смятение.
Как будто передо мной совершенно другой человек.
Это не мой Коа.
— Коа? — шепчу я, не в силах сдержать дрожь в голосе, пока ищу на его лице хоть какие-то признаки человека, которого люблю.
Он смотрит на меня, кажется, целую вечность, его глаза сканируют мое лицо, как будто он пытается запомнить каждую деталь. Тишина между нами тяжелая, удушающая, и я не понимаю, почему.
Наконец он начинает говорить, его голос ровный и лишенный той ласки, которую я так привыкла от него слышать.
— Я хочу расстаться.
Эти слова ударяют меня, как удар под дых, выбивая воздух из легких. У меня перехватывает дыхание, и все тело немеет. Я не могу поверить в то, что слышу.
Мое зрение затуманивается, на глаза наворачиваются слезы, а ноги, кажется, могут подкоситься в любой момент.
Холодный озноб пронизывает меня насквозь, такое ощущение, что земля исчезает под ногами.
Я открываю рот, чтобы заговорить, но из него не выходит ни звука.
В голове все перевернулось, пытаюсь понять смысл слов, которые только что разрушили все, что, как мне казалось, я знала.
Это должно быть больной шуткой. Должно быть.
— П-почему? — Наконец мне удается выдавить, голос тонкий и прерывистый, едва слышный за ревом океана позади нас.
Коа не встречает моего взгляда, а смотрит на воду, как будто этот разговор — не более чем нудная рутина.
— Я больше не люблю тебя, Малия, — говорит он, его тон, холодный и отстраненный, режет меня, как нож. — Давай не будем тратить время друг друга.
Мир вокруг меня начинает кружиться, моя грудь болезненно сжимается, а сердце пронзает острая, колющая боль.
Слезы, которые я сдерживала, проливаются, затуманивая зрение, и все, что я вижу, — это искаженные очертания человека, с которым, как я думала, проведу всю свою жизнь.
Он не ждет ответа, поворачивается и уходит, его шаги гулко отдаются по деревянным доскам пирса.
Я смотрю, как он уходит, застыв на месте, мой разум кричит мне, чтобы я что-то сделала, что-то сказала, но не могу пошевелиться.
Агония в моей груди распространяется как лесной пожар, поглощая меня изнутри, пока я едва могу дышать.
Ноги окончательно отказывают, я падаю на колени на пустынном пирсе, грубое дерево впивается в кожу. Физическая боль — ничто по сравнению с опустошением, раздирающим меня изнутри.
Рыдания сотрясают мое тело, каждое из них больнее предыдущего, я зарываю лицо в ладони, позволяя душевной боли полностью поглотить меня.
Все мечты, которые я лелеяла, будущее, которое представляла себе с ним, разбилось на миллион осколков, оставив мне только невыносимую боль.
Он больше не любит меня.
Меня недостаточно.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
КОА | ЗАПАДНАЯ АВСТРАЛИЯ, АВСТРАЛИЯ
Утренний воздух теплый, солнце начинает подниматься, заливая золотым светом побережье. Производственная команда устанавливает камеры и оборудование для сегодняшних съемок. «СерфФликс» запланировал вертолетную прогулку для всех серферов, чтобы сделать захватывающие воздушные снимки побережья с высоты.