Путь Стратега 3 (СИ)

— Значит вы не такой уж и дурной стратег.
— Дурной. — снова горько усмехнулся Иратион. — Я сбежал сюда. Укрылся после позорного изгнания среди варваров. Меня слушали, ценили и это было приятно. Но войну за Север я проиграл. Даже не под стенами Кринторн… То, что случилось сегодня. Надо было сделать это давным давно. Связаться с нужными людьми и, заручившись поддержкой Радана, избавиться от Геора. Я мог сговориться с Антавием Карром в конце концов. Понимал насколько опасны планы Геора. Но ничего не сделал. Предательства, убийства, расправы. Плох я в этом.. Не решился и вот к чему это привело. — Иратион указал на север, где у горизонта можно было заметить багрово-алое пятно демонического заката. — Я дурной стратег, а вы… Может, станете великим. Войдете в историю.
Учитывая предыдущие слова это звучало как скрытое осуждение. Мол я то зверствовать не умею, а вы сударь мастак. Что правда то правда.
— И все равно я вам сочувствую. — вдруг печально добавил Иратион.
— Это почему же?
— Вы здесь в глухомани воевали с варварами. Один против всех. Коварные планы, решимость, магия… Все в ваших руках. Но там на Востоке… Боги, боги, боги… Я был там, Михаир. Я знаю каково это жить и сражаться внутри большой политической игры. Стать стратегом Лимеса Север… Ладно. Но если бы мне предложили вернуться туда… Я предпочел бы броситься на меч. Хотя лгу. Такие выкрутасы для молодежи. Старику лучше вскрыть вены в теплой ванне.
А вы дяденька оптимист. Я, кажется, понимаю о чем мне пытается сказать Иратион. Но все же надеюсь, что общий враг в виде могучего призрака древнего царства таки сплотить имперскую верхушку. Сплотит ведь!? Узнаю уже на Востоке.
— Вам тут тоже придется несладко. — предупредил я. — С Дальнего Севера будет лезть всякое.
— Да… Монстры. Благо я стар, а земли Севера обширны. Возможно просто не доживу до момента, когда они окажутся на Лимесе. — усмехнулся Иратион. — Тогда это будет уже не моя проблема.
  
Глава 2 Хватка Севера
 
Сон и смерть так похожи. Брат и сестра. Уже не помню откуда эти строчки, но хорошо понимаю их смысл. Мои сны теперь это безумная смесь видений, приходящих из разных источников.
Когда-то на старте я был просто стратегом. Избранным богиней войны, чтобы нести разум и справедливость на поля сражений. Затем меня коснулась Лав. Древняя ведьма пришла, потревожив мои сны кошмарами. Затем я сам начал поглощать небольшие порции магии Великого Пламени, чтобы выйти за пределы собственного дара. Потом была игла. Направитель Великого Пламени. Древний артефакт, созданный по моей теории титаном Эагисом. Я держал в руках этот зачарованный предмет, ощущая как через него течет из пылающих миров чужеродная сила. У меня была одна из проклятых игл, которые обычно сулят гибель своим новым хозяевам, когда хозяева старые приходят за артефактом. Но я жив. Даже относительно мирно разошелся с хозяином иглы. Затем Сердце… По моей воле мертвый Бог Севера стал Немертвым Богом. И оно помнит меня. Где-то в хаотичном переплетении ярости, боли и отчаяния стенающих душ храниться мой образ. Теперь Сердце тянется ко мне во снах и наяву. Желает поглотить мою личность и дар.
В общем я очень востребован всякими сверхъестественными силами. И по ночам, когда разум мой погружается во мрак, происходит очень разное… Иногда сработает навыки Чужие Сны, а иной раз привидится хренотень не очень понятного происхождения. .
Ночью после свержения Геора меня посетил именно второй вариант. Сначала я увидел море. Темную, с серо-стальным оттенком водную гладь под свинцовым осенним небом. На волнах качался довольно красивый парусный корабль для дальних морских путешествий. Выступающий нос окрашен в желтый, а по бокам нарисованы глаза. Смуглые, тепло одетые матросы опустили в воду на цепи тяжелый якорь. Корабль остановился в сотне метров от скалистых берегов. На палубе собирался небольшой отряд пестро одетых и легко вооруженных людей.
 
— Все просто как ловля пескарей. — заявил один из них с внешностью уроженца Канртега. — Мы заходим, торгуем меха и янтарь за побрякушки. На тему рабов надо выходить аккуратно. Иногда удается этих дурачков уболтать на ровном месте. Так Пенктос, ну помните его, собирал местных девок. Типа женился на них. Десяток с разных племен набрал. Если голод, то они сами готовы отдавать лишние рты. Сначала говорим. Оружие это последний шанс и только если мы уверены в победе без потерь. Но тогда надо резать всех кого не берем. Дикари злопамятны. Они расскажут остальным и в следующий раз можно нарваться.
— Из Геларда до нас не дотянутся? Раньше они свою мзду брали за делишки на Севере. — спросил чернокожий уроженец Изумрудных Островов.
— Они сцепились с имперцами. — ответил невысокий смуглый моряк, вооруженный колчаном с дротиками. — Говорят, большая война там. Ножам и Геларду не до мелочей.
— Ладно. Давайте в лодки. Я чую плохой ветер к вечеру. Лучше бы нам убраться подальше от тех скал, когда задует холодом с Кербрии.
Сказано — сделано.Команда торгов-пиратского корабля начала свой путь к скалистым берегам Дальнего Севера, нацелившись на стоянку племени дикарей. Получается не все ушли самоубиваться или кто-то успел вернуться? Не знаю. Но судя по незамысловатым жилищам из звериных шук то была стоянка кочующих охотников-собирателей по типу Гератов.
— У них праздник что ли какой? — пробубнил один из моряков, подняв глаза на три столба дыма, поднимающиеся над берегом.
Да. Праздник в честь воскрешения Бога. Костры, шашлыки, танцы. Как начали праздновать так до сих пор остановится не могут.
— Неужели не заметили нас?
Лодки были уже близко, но никто из дикарей не высыпал на берег встречать непрошенных гостей. Стоянка у воды казалась покинутой людьми. Огромные столбы дыма поднимали не от нее. Что-то жгли сильно восточнее от берега.
— Похоже праздник. Жертвоприношения, наверное.
— Хорошо бы они перепелись. — оскалабился чернокожий. — Взяли бы всех тепленькими.
— Им тут и напиться то нечем. — возразил человек из Канртега. — Пиво и вино — привилегии земледельцев. А эти дикари… разве что шаманы грибы какие-нибудь жрут.
— Хватит уже про дикарей. — сплюнул чернокожий. — В моей деревне гнали хорошую плодовую брагу.
— Это Север. — вздохнул собеседник. — Тут нет фруктов.
— Клянусь просолеными сиськами Лании, ты лжешь! — возмутился пират.
Я незримо усмехнулся, вспомнив Луну.
— Знакомый моего знакомого… — присоединился к разговору другой работорговец. — Видел Рене Ланию своими глазами. Так вот… Титьки у нее ни о чем, говорит. И вообще она страшная как гнилая акула.
— Да завались ты. — ответил чернокожий. — Будь у тебя возможность трахнуть самого жестокого и удачливого капитана всех морей, будто ты бы разбирался какие там сиськи!
— Тихо. — оборвал их канртегец. — Что-то не так.