Его кексик (ЛП)

Я не совсем уверена, но, по всей видимости, этими словами она пыталась поддержать меня, считая, что я по уши влюблена в ее боса. Хотя я не испытывала к нему никаких чувств, это не мешало ей утверждать обратное.
В средней школе мой парень — буквально через несколько дней после официального объявления нас парой — изменил мне, прогуливаясь на глазах у всех за ручку с другой девчонкой. Так что, да. На сегодняшний день я была экспертом в том, какую боль причиняет неверность. Уильям был женат, а сидевшая внутри меня ученица средней школы даже помыслить не могла о том, чтобы влюбиться в женатого мужчину. Даже если он был потрясающе красив и чертовски обаятелен.
У Уильяма был брат-близнец, Брюс Чемберсон, и они оба были генеральными директорами многомиллионной корпорации. Я сталкивалась с ними пару раз в доме престарелых за те несколько недель, что вела здесь уроки рисования. Одна из здешних старушек была бабушкой жены Уильяма, и они всей семьей, Уильям с братом и их жены, регулярно посещали местные покерные вечеринки.
Брюс был человеком, застегнутым на все пуговицы. Он строго придерживался официальных норм поведения, не допуская ни малейшей небрежности в одежде, словно одна-единственная расстегнутая пуговица могла стать нарушением служебного этикета. И при всем этом он выглядел Суперменом с подбородком, способным пробить кирпичную стену гораздо быстрее парня из рекламы напитка Kool-Aid девяностых.
Его взгляд мог заставить вас вспотеть, жилистое мускулистое тело смотрелось весьма гармонично, а прическа всегда была просто идеальной. И только при тщательном наблюдении можно было понять, что он либо страдает ОКР (прим. обсессивно-компульсивное расстройство, невроз навязчивых состояний), либо находится от него в опасной близости.
Но когда ты любишь своего мужчину — ну, вообще-то я хотела сказать, если ты вообще любишь мужчин, — то Брюс Чемберсон казался идеальным партнером. Если, конечно, не брать во внимание, что он тоже был женат.
Теперь об Уильяме.
Если Брюс был образцовым Суперменом, то Уильям, однозначно, был Бизарро (прим. испорченный клон Супермена; не злой, но его поступки и характер полная тому противоположность). Он всегда выглядел беззаботным весельчаком, не знающим, что такое расческа, а также имел небольшие проблемы с клептоманией. Вместе они смотрелись весьма необычно, а за их постоянными стычками, что вспыхивали чуть ли не каждую минуту, было очень забавно наблюдать.
Когда Лилит сообщила мне, что работает секретарем у какого-то суперкрутого олигарха, я, признаться, была шокирована. Ну какой босс станет терпеть ее закидоны? Но когда увидела Уильяма, все встало на свои места. Если Лилит была ехидной вредной кошкой, то Уильям... думаю, больше походил на проженного лиса, скрывавшего свою суть за пылким щенячьим энтузиазмом и простодушием. Временами он казался беспечным и абсолютно бесхитростным, но я видела, что за его показной простотой скрывался хитроумный гений.
Я легко могла представить, как искрятся весельем его глаза, когда Лилит в разговоре с важным клиентом отпускает свои грубые шуточки или же бросает ледяной взгляд через плечо на того, кто посмел отвлечь ее от чтения эсэмэски.
Я вошла через парадную дверь, держа в руке небольшую сумку с художественными принадлежностями, поприветствовала встреченных по пути знакомых и стала готовиться к занятию в комнате отдыха, что мне выделили для этих целей. Плата за эту общественно-полезную деятельность была невелика, но мне нужны были эти деньги. А самое главное, эта работа была связана с живописью. Так что я записала ее в число личных побед.
Как только я приняла решение стать художницей, на мои плечи лег дополнительный груз. Стоило человеку узнать о моих планах, как он тут же — не считаясь с моими чувствами — принимался язвить по этому поводу.
«Оу, так ты художница? И в каком же «Старбаксе» ты работаешь?»
Да пошли они все!
Я никогда не работала в «Старбаксе». Я работала... Ну, я работаю в доме престарелых и время от времени беру случайные подработки. Однажды я оформляла кофейню, но та не была «Старбаксом», спасибо ей за это. На самом деле она была лишь жалким подобием, весьма далеким от оригинала. И тем не менее клиентов у них было предостаточно.
 
* * *
Я как раз раскладывала на столах необходимые каждому «ученику» атрибуты, когда услышала незнакомый мужской голос. Вытянув шею, я выглянула в коридор, чтобы увидеть говорившего.
Моя бровь непроизвольно выгнулась.
Мне очень понравилось то, что я увидела. Да и моим бровям тоже… по крайней мере одной из них. И тут меня кольнуло узнавание. Он напомнил мне парня, с которым я когда-то училась в школе. Но это было в такой глухомани и так далеко от столицы, что подобное совпадение было просто нереальным.
У него был идеальный разворот плеч, атлетическое телосложение, а темные волосы были коротко подстрижены. Мой взгляд, спустившись по его лицу, замер на его чувственных губах. Парень с увлечением что-то говорил, но его слова не доходили до моего сознания. Так обычно происходит со старшеклассниками к концу седьмого урока.
Это был ОН!
Парень, о котором ты мечтаешь, создав прежде некую романтичную обстановку. Свет в ванной комнате приглушен… ты нежишься в ароматической пене… вдоль ванны мерцают декоративные свечи… а по воздуху плывет легкая чарующая мелодия.
Я могла бы придумать несколько тысяч офигенных сюжетов с ним, не задумываясь.
«Пятьдесят оттенков потрясного парня».
Вот вам один из них.
Я стою на обочине возле своей поломавшейся тачки… забудьте на мгновение, что у меня нет машины. ОН кладет на капот свои мускулистые, покрытые татуировками руки и пожирает меня плотоядным взглядом.
— Мне придется залезть к вам под капот, мисс. Признаюсь сразу, работенка будет грязной. Мне придется использовать свой самый большой инструмент. Свой член. Я намерен заняться с тобой сексом, детка.
Да уж, похоже, парень моей мечты лишен деликатности.
А вот еще… три головореза в капюшонах загнали меня в угол в темном переулке. Но тут появляется ОН. Один удар, второй… и вот уже плохие парни без чувств валяются на тротуаре, а МОЙ ГЕРОЙ подхватывает меня на руки и всю дорогу до своей квартиры шепчет мне на ушко всякие глупости.
— Я потеряла свои зубные протезы!
Несколько мгновений нервного напряжения, и до меня наконец доходит, что эту фразу выдал не мой Мистер Фантазия, а подошедшая ко мне пресловутая Грэмми. Помимо того, что она была бабушкой жены Уильяма, заменившей ему тещу, в доме престарелых она — благодаря вздорному характеру и эксцентричным выходкам — постоянно забавляла местную публику.
— О-о-о, лааадно… — слегка растерялась я.
— Зато я сперла протезы Эрла! — хихикая, похвасталась она и, растянув губы в зловещей улыбке, продемонстрировала пожелтевшие от времени вставные зубы.
Меня слегка затошнило.
— Но зачем? Как..?
— Этот козел обыграл меня вчера вечером в покер. И теперь, если он захочет поесть, ему придется сначала взбить свою пищу в пюре, — злорадно усмехнувшись, она поковыляла к своему месту.
Грэмми передвигалась так, словно была хрупкой, беспомощной старушкой. Но я прекрасно видела, что она притворяется. Бывало она двигалась очень бойко и живо. Просто ей нравилось изображать этакую милую старенькую бабулю, благодаря чему ей сходили с рук все ее дурацкие выходки.
Я встряхнулась, чтобы избавиться от навязчивого образа зубных протезов Эрла у нее во рту, и вернулась к созерцанию дивного видения.
 
Парень-мечта продолжал беседовать с Уильямом Чемберсоном, но тот, заметив меня, решительно направился в мою сторону. Они оба неумолимо приближались, и я, запаниковав, едва сдержалась, чтобы не сбежать. С трудом взяв себя в руки, я изобразила улыбку, которая, надеюсь, помогла скрыть, что мне нужно было срочно сменить трусики.
— Райан, — Уильям указал на меня, — это Эмили. Эмили, это Райан. Он управляет пекарней моей жены, которая благодаря телевизионному конкурсу стала весьма популярной. Так уж случилось, что ему срочно понадобился художник.