Трон галактики будет моим! Книга 4 (СИ)

— У нас проблема, — сообщил егерь. — В моём квадрате лёжка лесного кита. Это в планы не входило, в пробных заездах мы его не обнаруживали. Ежели его найдут команды… Или, не дай боже, князь…
Лесной кит — это самый крупный представитель шестилапых псевдомлекопитающих, обитающий в лесах на Орхидее. Шкура зверя настолько прочная, что запросто выдерживает попадание из лёгкого кинетического или бластерного оружия. Медлительный и неуклюжый, он хорошо маскируется в лесной чаще и обладает пятиметровой пастью, которой может запросто перекусить не только исполинского реликтового шнырька, но и двуногого представителя семейства приматов…
  
Не знаю почему, но вспомнился очень знакомый ласковый голос известного биолога из эпохи Пантеона, когда всё это представил себе.
Последующие полчаса мы с Егерем занимались тем, что отводили загонные группы гостей мероприятия от его лёжки. В целом — всё пока шло в соответствие с планом и сценарием.
А потом я вдруг понял, что броненосец Потёмкин потерялся.
И вот это уже совсем не входило в мои планы. К чёрту всё мероприятие, если я потеряю своего самого преданного члена команды — то даже обладание баронским титулом не перевесит такую чашу весов…
— Эй! Дружище! Где же ты! А-у-у! — принялся я колесить по предыдущему маршруту, сильно нарушая собственный регламент.
И ведь нашёлся, скотина такая. Через полчаса поисков.
Стоял почти на той же полянке, на которой меня целовали сестницы Аннушкины и ворчал что-то недовольным тоном.
— Негодник чешуйчатый, зачем меня так пугаешь? — сказал я, спешиваясь, чтобы подобрать зверька.
Но он в руки не дался — мигом прыгнул, улепётнул куда-то в кусты. А там встал, оглянулся и проворчал снова.
— Ах ты! — без задней мысли я погнался за ним.
И только через пару десятков метров понял, что он меня ведёт куда-то. А ещё вскоре понял, к кому.
Юлий и Цезарь стояли в кустах скального уступа, образовавшего крохотную пещеру. Скалились, пригибались, щёлкали клювами, пытаясь кого-то достать.
Значит, нашли. Значит, вот он какой — исполинский реликтовый орхидейский шнырёк!
— А ну кыш, — скомандовал я. — Это моя добыча. И только моя.
И они повиновались — ещё бы, иначе и быть не могло. Я помог выбраться из скального уступа исполинскому реликтовому орхидейскому шнырьку. А затем, когда он привёл себя в порядок, и мы вместе уселись готовить костёр с сухпайками, я наконец-то представился:
— Ваше сиятельство. Имперский рыцарь Александр Иванов прибыл по указанию вашей княжеской канцелярии для принесения оммажа за титул барона Центрально-Герберского.
  
Глава 3
 
Назвался груздем — полезай в кузовок
 
— Значит, поймали вы меня! Значит, вы и есть тот самый! — произнёс князь Орхидейский, Сефиротский, Хтонический и иных систем, Игорь Артемьевич Неронов, стягивая зубастую маску. — Ну, и о чём вы хотите поговорить? Оммаж? Баронский?
Я узнал об этой традиции только перед самым началом охоты. Исполинский шнырёк был изведён ещё прошлой династией во время точно таких же княжеских охот. Прадед Неронова, захватив власть, распорядился возобновить традицию, и ради шутки собственноручно вырядился в точно такой же костюм.
Прадеда, кстати, на пятой такой охоте и подстрелили. В упор, из бластера. Но дед традицию оставил, только ружья распорядился выдать пневматические, по сути, игрушечные, тяжёлых травм не доставляющие.
Нынешний князь Орхидеи выглядел совсем не так, как я его себе представлял. Даже, я сказал бы, менее всего я себе его так представлял.
Длинные белые волосы, достаточно худой, праздное, холёное лицо, которое, судя по цвету и идеальности кожи, сошло бы за лицо моего ровесника. Я вдруг вспомнил слово. Хиппи. Вот кого он напоминает. Немолодой хиппи на загородном музыкальном фестивале. И вроде бы весёлый.
Но глаза выдавали типичную усталость человека, «прошедшего свой путь до середины».
А ещё в них был страх.
Я не расслаблялся и не спешил испытывать симпатию или жалость к нему. Наличие одной только Великой Княжеской Очереди я мог понять, но простить — никогда.
— Могу и графский оммаж, — улыбнулся я в ответ. — Как я понимаю, место главы Герберы вакантно.
— Но-но! — погрозил князь пальцем со здоровенным платиновым перстнем. — Вы наглец, я погляжу. И то, что вы устроили… современные музыкант! Фуршет! показ мод! Нарушили все возможные правила. Я одновременно восхищён и оскорблён.
Я коротко кивнул.
— Но в плане оммажа — давайте-ка всё сделаем по правилам. У вас есть с собой символы баронства? Именной бластер, и что там у вас на Гербере принято? Посох? Жезл?
— Жезл, — кивнул я. — Нет, с собой у меня их пока что нет. И, по правде сказать, сегодня или завтра точно не будет.
— Ну вот когда будут — тогда и поговорим… Как зовут этих птичек? Или это рептилии?
— Раптусы. Зовут Юлий и Цезарь.
— Прекрасно, прекрасно, — князь попытался дотянуться и погладить Юлия по хохлатой голове, но в последний момент передумал. —. Никогда не был силён в герберской фауне. А этот проказник?
Я почесал за ухом броненосца, деловито вылизывающегося на бревне. Дело сделал — и доволен.
— Его зовут Потёмкин. Князь Потёмкин.
— Князь⁈ Хо-хо. Вы весьма вольно обращаетесь с титулами. Да, о титулах… Я уже навёл справки вчера вечером. Причём лично. Всё ваше досье изучил, и поднял вопрос про титул. Титул Центрально-Герберского баронства носит последняя представительница рода Широковых — Диана Сергеевна Широкова-Мендес. И проживает она на Второпрестольной. Вряд ли она доставит символы баронской власти сюда так быстро и просто, ведь так? Даже если вы договорились об этом заранее.
— Хм…
Вот значит как. Князь потрудился навести справки! Причём лично. С другой стороны, уже очень скоро я понял, почему у него такая паранойя.
Причины были.
Я не спешил бросаться в оправдания. Неспешно развёл походный костёр и разделал двух пойманных по дороге раптусами флишей. Ещё кинул два клубня батата из походной сумки — запечь.
За это время князь обстоятельно расспросил меня про бой на Хтони. Особых претензий по поводу разрушения планеты не прозвучало, но лёгкий дискомфорт от этого общения я испытал. Такое чувство, что у меня слушали доклад, пусть и в неформальной обстановке.
Терпи, Саша. Назвался груздем — полезай в кузовок. Если решил играть от подставной личности — терпи и пройди весь путь по иерархии, какой требуется.
Вскоре нас нашли. К нам на костёр явились сначала Октавия, затем егерь, Иоланта с сервом и охранниками, а чуть позже — княжич и княжна точно с такой же группой.
— Ваше сиятельство! Вы нашлись! — воскликнул егерь. — Мне извещать всех о том, что охота завершена?
— Нет, — покачал головой князь. — Дайте передохнуть, и пусть меня снова поймают. Кто-нибудь, но не этот сударь. Он доезжачий, ему не положено меня ловить в одиночку. Загонять должны, всё по правилам. И птичек, пожалуй, мы пока что уберём. Уж больно хищные эти птички…
— Ваше сиятельство, — Иоланта изобразила книксен. — Эрцгерцогиня Иоланта Сибилла Маргарита Евгения Милюсенда Цербская-Хитклифф Вторая! К вашим услугам. Если это возможно — я хотела бы поймать вас.
Князь некоторое время разглядывал её, потом громко расхохотался.
— Рады приветствовать вас на земле Орхидеи, эрцгерцогиня. Я не буду делать поблажек из-за вашего возраста…
— Я и не прошу их! — перебила его Иоланта.
Моя школа дерзновения, уважаю. Князь нахмурился.
— Откуда ты взялась такая? Кто пригласил.
— Она моя ученица, ваше сиятельство, — вовремя вступился я. — Прошу её простить. Очень бурный нрав.
  
— Это она участвовала в битве на Хтони? — осведомился князь.
Иоланта аж сжала кулаки от обиды.
— Нет! Меня тогда не…
— К сожалению, нет, — снова вовремя перебил её я. — Я поклялся оберегать её от участия в подобных военных действиях. Хотя бы до начала совершеннолетия.
— Зря, — хмыкнул князь. — Возможно, вам бы не потребовалось использовать… известно какое оружие, чтобы разнести эту погань. Если бы вы высадили на хребет Стервятнику вот эти вот полтора метра чистейшей решительности!