Вторая правда

– Да не такое уж и доброе, доктор Локхарт.
Он несколько раз встречался с этой женщиной-судмедэкспертом. Она была умна, профессиональна и быстро соображала.
– Помнится, я просила называть меня просто Наташей. – Она надела перчатки.
– Да, Наташа.
Действительно, просила. Каждый раз.
Дейли наблюдал, как Наташа быстро осматривает жертву и тихо разговаривает со снимающим все на камеру криминалистом. Ее руки пробежались по телу. Следователь помог ей перевернуть мужчину на бок, и она осмотрела труп со спины.
  
– Ваш человек нашел его сегодня около четырех утра?
– Да. Сказал, что он еще кровоточил.
– Он ничем не помог бы.
– Он знает.
Дейли посмотрел на шею покойника. После такого ранения никто не выживет.
– Несколько недель назад я видела Мерси, – непринужденно заметила Наташа. – И совсем не удивилась, что она переехала сюда жить.
– Совсем не удивились?
Большинство изумлялись, что Мерси уехала из большого города. Наташа оценивающе взглянула на Трумэна – так, что шеф полиции почувствовал себя куском говядины перед мясником.
– Совсем. Ни капельки.
Она подмигнула Дейли. Он покраснел.
Трумэн и Мерси старались не афишировать свои отношения. По возможности. Его подчиненные, как и большинство сослуживцев Килпатрик, знали, что они встречаются. Однако по службе они не пересекались с тех пор, как Мерси расследовала свое первое дело в Центральном Орегоне.
Странное ощущение. Как будто у него есть тайна, которую он плохо хранил.
Наташа встала и потянулась.
– Здесь я мало что могу. Постараюсь заняться телом сегодня.
– Я вполне представляю, отчего он умер, – сказал Трумэн. – Мне хотелось бы знать, кто он.
– Сейчас же сниму отпечатки пальцев и перешлю вам, чтобы вы могли начать поиск.
Шеф полиции знал, что отпечатки – не волшебная палочка для решения всех проблем, как показывают по телевизору. Иногда правоохранителям везло и поиски по обширным базам данных оказывались успешными. Но сейчас они понятия не имели, откуда жертва родом, так что придется перетряхнуть немало баз. Если у убитого вообще когда-нибудь снимали отпечатки.
Но Дейли верил, что насилие порождает насилие: судя по тому, как умер этот человек, он и раньше имел отношение к преступлениям.
  
6
 
– Привет, Мерси! С возвращением!
От радушного приветствия Лукаса на входе в полицейский участок Иглс-Нест настроение Килпатрик поднялось. Ей нравился секретарь Трумэна. Этот молодой здоровяк отлично умел все организовывать и всем распоряжаться.
– Спасибо, Лукас. Босс здесь?
Улыбка секретаря стала шире.
– Он там, за дверью. Сегодня утром он слегка тормозит. Я заставил его переодеться, как только учуял его запах. Он не менял одежду после большого пожара.
Конечно, Трумэн и не подумал прислушаться к ее совету.
Мерси первым делом заглянула к себе на работу, а затем отправилась на место происшествия, где стреляли в Бена Кули. Когда она приехала, тело неизвестного уже отвезли в морг, но небольшая бригада криминалистов и пожарный все еще находились там. Килпатрик спросила Билла Трека, есть ли у этого пожара что-то общее с тем, на котором застрелили шерифов. Ответ Билла не принес особой пользы: если верить его носу, катализатором пламени выступало все то же вещество, но на этом сходство заканчивалось. Этот пожар оказался слишком мал и слишком быстро закончился, для того чтобы сравнить все в деталях.
Тем не менее в обоих случаях имелся стрелок.
Мерси стало легче оттого, что Кули не пострадал. Она была полна решимости найти преступников. Кто-то из местных позвонил Трумэну и сообщил, что на прошлой неделе на его территории начался пожар. Он успел увидеть виновников, прежде чем прогнал их и потушил все самостоятельно. Они с Трумэном договорились встретиться в полицейском участке Иглс-Нест.
Лукас хмуро посмотрел на часы:
– Ваш свидетель до сих пор не появился. Клайд Дженкинс обещал приехать в это время. Дам ему еще десять минут и позвоню. Он, как обычно, никуда не торопится.
– Что о нем известно? – Мерси не помнила этого человека из своей прошлой жизни в Иглс-Нест.
Лукас убрал спадающую на глаза челку и забарабанил по клавиатуре.
– Однажды ему выписали штраф за нарушение общественного порядка. Я помню, как это было: он выстрелил из ружья в воздух, чтобы прогнать каких-то проповедников, стучавшихся в его дверь. Заявил, что велел им убираться, а они медлили. Проповедники подали в суд, но он умудрился отделаться штрафом за нарушение общественного порядка. Думаю, сначала ему предъявили более серьезные обвинения. Ему шестьдесят пять, живет один на своих трех акрах земли к востоку от города. Время от времени приезжает в Иглс-Нест и болтается с местными старожилами в торговом центре «Джона Дир». Человек вроде неплохой.
Лукас встал из-за стола и пошел к принтеру. Двигался он как-то странно.
Мерси ахнула, заметив гипс на ноге, обутой в огромный ботинок.
– У тебя нога сломана? Что стряслось?
– Ничего страшного. Но да, она сломана.
– Как ты сломал ногу? – повторила она вопрос.
Молодой человек, смутившись, протянул ей распечатку, старательно избегая встречаться взглядом.
– Так, дурачился. Просто глупости.
В этот момент вошел Трумэн и поздоровался с ней. Мерси ощутила непреодолимое желание дотронуться до него и поцеловать, но осталась на месте. Они заключили соглашение, что при сослуживцах будут вести себя строго профессионально. Килпатрик попыталась передать чувства взглядом – судя по улыбке в его глазах, Трумэн все понял.
– Фу. Снимите отдельный номер, – заметил Лукас. – Могу поклясться, что только что стало на десять градусов жарче.
– Пришли ко мне Клайда, когда он появится, – велел Трумэн и повел Мерси в кабинет.
– Что с ногой Лукаса? – спросила она, усаживаясь на деревянный стул возле стола шефа полиции.
Трумэн расслабленно опустился в свое большое офисное кресло и так сильно откинулся, что, подумала Мерси, сейчас опрокинется.
– Он тебе не рассказал?
– Он очень стесняется.
– Пришлось вытягивать из Ройса клещами. Как я понял, Лукас с приятелями соорудили трамплин для велосипедов и пытались перепрыгнуть на них через чей-то сарай. У Лукаса не получилось.
– И как сарай? – Мерси представился мускулистый парень – бывший игрок школьного футбольного клуба.
– Не пострадал.
– Я думала, такой ерундой балуются только в школе.
– Угу. Неудивительно, что он не хотел никому рассказывать. Я часто забываю, что ему всего девятнадцать.
Кто-то остановился на пороге, привлекая его внимание:
– Доброе утро, шеф.
Мерси догадалась, что немолодой мужчина, сжимающий ковбойскую шляпу, и есть Клайд Дженкинс. Трумэн представил их друг другу, и Клайд осторожно пожал ей руку, словно она сделана из стекла. У него были мешки под глазами и черты лица как у Томми Ли Джонса [3], но на этом сходство заканчивалось. Клайд был выше Трумэна, невероятно худощав, с желтоватым оттенком кожи (что заставило Мерси задуматься, не болен ли он). Теплая голливудская улыбка демонстрировала белоснежные зубы.
– Рад встрече. Не знал, что в этом участвует ФБР. – В голосе Клайда мелькнула настороженная нотка.
– Нас интересуют все случаи недавних поджогов из-за убийства шерифов, – сообщила Мерси.
Лицо Клайда вытянулось, а глубокие морщины вокруг рта стали еще глубже.
– Я знал Ральфа Лонга, мы здоровались. Трудно поверить, что он мертв.
– Это ужасное происшествие потрясло всех. – Мерси жестом указала на стулья. Все сели. – Расскажите, что у вас произошло.
  
– Когда я услышал о Ральфе, то понял, что надо прийти к вам. – Клайд уставился на шляпу в руках. – Я слышал о мелких пожарах вокруг города… хотя не думал, что мой случай заслуживает внимания. Но сосед сказал, что днем раньше убили двоих шерифов. Поэтому я решил, что хоть кто-то должен знать о том, что я видел.