Севера. Часть 2 (СИ)
- Там! - выдохнул он, пытаясь перевести дух и тыча пальцем в сторону выхода, - там…
- Успокойтесь, Саркис Наджанович, присядьте, выпейте чаю, – обратился к нему Андрей. – Вот. А теперь расскажите, что вас так сильно взволновало.
- Я… Он… Там…
Гариджанян схватил предложенную ему кружку, залпом осушил ее и, тиская в руках хрупкую посудину, попытался еще раз:
- Там у вас внизу…
Дыхание его прервалось, он судорожно вдохнул и продолжил:
- Там человек, на костылях. Он… он…
Андрей забрал у армянина кружку, наполнил ее чаем, добавил изрядную толику бальзама и вновь протянул гостю. Тот сделал пару глотков, еще раз вдохнул и, наконец придя в себя, смог внятно объясниться.
- Тот человек, я его знаю. Я его видел. Он…
Гариджанян шумно дохлебал чай и театральным шепотом, с трагической ноткой в голосе выдал:
- Он еврей.
- И что?
- Как это что? Он же из Моссада!
Вот это новость! С каких это пор турки с евреями задружили?
- Давайте поподробнее, Саркис Наджанович. Еще чаю? Может, скинете шубу? Здесь довольно тепло.
- Да, конечно.
Пока Бородулин наполнял чашку, гость скинул гольный тулупчик, в котором приехал, примостил его на спинку своего стула, вновь уселся и принялся излагать с характерным акцентом:
- Так вот, я там, - пухлая рука с короткими толстыми пальцами отмахнула куда-то за спину, - в прошлой жизни, жил в Ереване и работал в милиции. Небольшой чин, небольшие деньги, но мне хватало. Ну и нас, как обычно, как только важные гости приезжают, ставили в оцепление, чтобы граждане беспорядки не нарушали. И один раз пронеслось среди своих, что приезжает, мол, израильская делегация по линии спецслужб. Ну знаете, всякие там контакты, обмены, то да сё. Нас, конечно, как обычно, послали оцеплять. Но в тот раз дали участок в аэропорту. И вот этот самый человек, он как раз был в еврейской делегации. Я его хорошо запомнил, он шел предпоследним и нес какой-то чемоданчик. А сейчас, сегодня, увидел его здесь, у вас. И меня прямо как током ударило: что это еврейская разведка здесь делает!
- Спасибо вам, Саркис Наджанович, за предупреждение. Этот человек отсюда никуда не денется, и мы еще с ним как следует поговорим. Но вы ведь, наверное, не просто так сюда приехали?
- А? Да, конечно. Понимаете, Андрей Владимирович, за эти месяцы, что мы здесь прожили, мы лишились буквально всего. А и то, что еще было, отобрали турки. Нам бы…
Бородулин со значением глянул на Корнева.
Новость была, мягко говоря, неожиданной. По здравому размышлению, торопить события не стали. Пошукали в меню терминала, добыли сведения по Моссаду, нашли личное дело спасеныша. Документы, естественным образом оказавшиеся на иврите, с грехом пополам перевели компьютерным переводчиком и принялись изучать. Действительно, Ицхак Даган оказался штатным сотрудником информационно-аналитического отдела израильской разведки. Это – в «том», старом мире. Вот только, судя по документам, он исчез без следа примерно три с половиной года назад. В том же деле было указано, что Даган свободно владеет арабским и английским языками.
- Что будем делать с этим евреем, Станислав Наумович? Вопрос-то как раз по вашей части. Как вы думаете, засланный это казачок или нет?
Бородулин был всерьез обеспокоен. Конечно, могло быть и так, что этот Даган попал к туркам случайно. Так же, как хохлы к албанцам. Просто был посчитан Смотрящими в какой-то там процент. Но ведь могло быть и совсем иначе, а это означает, что где-то сравнительно неподалеку есть еврейский поселок, или даже анклав. Какие дела привели еврея-разведчика к туркам? Что послужило причиной конфликта? Было о чем поразмыслить.
Михайленко, опустив голову, прошелся по комнате взад-вперед.
- Судя по обстоятельствам знакомства, можно совершенно точно утверждать, что если он и был заслан, то к туркам. Сейчас же он собирает информацию, выздоравливает и пытается определить, что ему делать дальше. Я думаю, для начала нужно с ним поговорить. Просто, без нажима, побеседовать. Мы о нем многое знаем, можем изобразить осведомленность. Кроме того, он на самом деле обязан нам жизнью и здоровьем, и он это прекрасно понимает. Думаю, он будет откровенен. Ну или, по крайней мере, не будет сильно врать. Предположим, он действительно представляет еврейский анклав. В чем тогда могут состоять его интересы? Очевидно, разведка, расширение территории, распространение влияния, приобретение союзников. Так что от него мы можем получить информацию, расширяющую наши знания об этом мире. Возможно, он имеет какую-то информацию о турках, которую отдаст нам просто из чувства мести: все же, они пытались его убить. В любом случае, разговор нужен. А вот если почувствуем, что он начал юлить, то можно попробовать усилить методы воздействия. Впрочем, думаю, это будет не нужно. Он, скорее всего, уже все продумал и приготовился к разговору. И почти наверняка подойдет к нам сам, как только до конца поправится. Мы просто приблизим это событие.
Тащить человека на костылях на четвертый этаж Андрей посчитал садизмом. Для разговора нашлась комнатка уровнем пониже во всех смыслах. Но в ней все равно присутствовали сервированный к чаю стол, нужное количество стульев и небольшой замаскированный диктофончик. Два стула заняли Бородулин и Михайленко. Двое парней ввели гостя в комнату и испарились, плотно прикрыв за собой дверь.
- Добрый день, - поздоровался безопасник по-английски. – Присаживайтесь, будьте добры. Хотите чаю? Андрей Владимирович прекрасно его заваривает.
Вошедший сделал удивленное лицо и старательно выговорил по-русски:
- Нье понимайт!
Михайленко в ответ покачал головой.
- Нет, актер вы еще довольно посредственный. Мимика поставлена хорошо, а вот глаза вас выдают. Так что не ломайте комедию, присаживайтесь и давайте уже познакомимся.
Спасенный улыбнулся, доковылял до отведенного ему стула и присел, вытянув загипсованную ногу и составив костыли к стенке. Устроившись, он вопросительно взглянул на собеседника.
- Для начала назовите свое имя. Расскажите, что случилось между вами и турками. Ну и поведайте, наконец, для чего вам понадобилась эта комедия.
Речь шпиона была долгой и витиеватой. И отчасти правдивой. Из нее следовало, что анклав сынов Израилевых возник больше года назад. Неведомые силы перенесли сюда, в дебри тайги, сто двадцать человек, мужчин, женщин и детей. Дали им жилье, возможность добывать себе пропитание и тот самый канал поставки. Оказавшись в этих ужасных условиях, трудолюбивые евреи дружно взялись за работу, чтобы превратить сумрачную и неприветливую землю в цветущий рай. Первопоселенцы потихоньку обжились, и стали высылать небольшие группы для изучения окрестностей своего нового жилища, постепенно забираясь все дальше. Одна из групп, в состав которой входил и Даган, повстречалась по дороге с жутким монстром. Двое из трех человек погибли, растерзанные чудовищем, но рядом проходила турецкая поисковая группа, которая и пристрелила зверя. В результате Даган остался один, и был, фактически, пленен турками. Некоторое время он жил среди них, надеясь установить дипломатические отношения турок с евреями, несмотря на прошлую вражду. И уже почти все получилось, но тут вмешался случай. У главного турка, Серхата Рахима, оказалась взрослая дочь. И она проявила весьма значительную душевную склонность к гостю. Ее отец, узнав об этом, пришел в ярость, устроил безобразную сцену, итогом которой стала лесная прогулка.
- Ай, хорошо! – восхитился Михайленко и даже несколько раз хлопнул в ладоши. – Вам, пожалуй, стоило бы попробовать себя в литературе. У вас получились бы отличные сказки.
- Но… я не понимаю, почему…
Безопасник поморщился.
- Ну что же вы настолько нас не уважаете? Вы тут, у нас, уже почти две недели, многое увидели, о многом узнали, с людьми пытаетесь общаться. Наверняка вы ждали этого разговора и успели хорошенько все продумать и как следует подготовиться. Вы же не могли всерьез рассчитывать, что мы поверим в эту сказку, значит это был спланированный заранее ход с целью прозондировать нашу реакцию. Иными словами, вы настолько уверены в своем превосходстве, что считаете допустимым игнорировать наши возможности. Но тут вы ошиблись.