Севера. Часть 2 (СИ)
Глава 17
До нового года оставались считанные дни. Народ деятельно готовился к празднику. Андрей разослал по поселкам коробки с елочными игрушками и всяческой пиротехникой, да и в самой крепости обеспечил изрядный ассортимент украшений. Ребята приволокли из леса и поставили в центре двора шикарнейшую трехметровой высоты ель. Наряжали её всей толпой под строгим приглядом прихромавшего из своих подвалов Хорина. Бородулин расщедрился и на цветные гирлянды, и на большущую звезду. Впрочем, среди игрушек много было и самодельных. Кто это придумал, так и осталось неизвестным, но Форт-Росс охватило своего рода поветрие. Пусть и не все, но очень многие что-то изобретали, клеили, пилили, рисовали, стараясь превзойти других оригинальностью замысла и исполнения. И все это для того, чтобы добавить на елку еще одну игрушку, сделанную собственными руками. Всех, от мала до велика, охватило радостное предчувствие праздника. Даже обычно хмурящийся Хорин ходил в приподнятом настроении, стало больше улыбок, смеха. Да и сам Бородулин поддался общему настроению, с интересом наблюдая за предпраздничной суетой, а порой и принимая участие в действии.
Двадцать девятого, ближе к вечеру, вернулся из Баязета газон. Не сказать, что Бородулин его собирался встречать, просто так вышло – спустился вниз, во двор, за какой-то надобностью, а тут как раз машина пришла. Открылась дверь будки и из нее выпрыгнул Корнев. Андрей нахмурился было:
- Ты чего это, учудил? у тебя же канал и прочее!
- Не переживай, мне за армян разрешили суммировать поставки. Так что я завтра с последней в этом году машиной вернусь. Просто захотелось тебя увидеть, да и тема одна появилась, которую, для начала, лучше малым числом обсудить. Вот, кстати, знакомься, - он широким жестом указал на спустившегося следом за ним мужика, в национальной принадлежности которого было просто невозможно ошибиться. - Саркис Гариджанян собственной персоной.
Главный армянин был бледно-зеленого цвета – так его укачало дорогой, и в настоящее время совершенно некоммуникабелен. Бородулин не стал его мучить и, оставив гостя приходить в себя, вместе с Корневым двинулся было к себе.
- Погоди, Андрей, он нам тоже нужен, - кивнул мэр Баязета на Гариджаняна.
- Ничего, как только товарищ оклемается – его к нам проводят. А мы пока о своем, о мужском покалякаем.
- А ты, Андрей, неплохо тут устроился, - сказал Корнев, устроившись в кресле. Камин, хорошая мебель, персональный чайник…
- А ты еще не устроился? Это тебе же в минус. Твой главный инструмент сейчас – твоя голова, и ты должен сделать так, чтобы она работала максимально эффективно. И если тебе для этого нужна подушка под задницу и скамейка под ноги – обеспечь. Ты уже две недели сидишь, образно говоря, на куче сокровищ. И как ты использовал свои возможности? Давай, расскажи, что ты сделал за две недели.
- Ты ведь и так все знаешь, каждый день ведь отчитываюсь. Да и прорабатывали с тобой, проговаривали еще до того, как…
- Знаю. Прорабатывали, проговаривали, ты отчитывался. Но давай сейчас, сам, без бумажек.
- Поставил два генератора, как и здесь, обеспечил энергоснабжение. Организовал радиосвязь…
- Нет, связь тебе организовал я, потому что послал в Баязет Серегу Ковальчука со всем необходимым оборудованием. Ладно, проехали, давай дальше.
- Дальше? Обеспечил Папасатыросов инструментами и материалом, они уже застеклили жилые помещения. Обеспечил людям первичные удобства и горячее питание. Начал накапливать запасы на всякий случай. Ну… в общем, все.
- Немало. Но… В общем, можно было и больше. Ты пока что просто исполнял заранее заданную программу. А вот сейчас, когда к тебе пришло два десятка человек, с женщинами и детьми, что ты будешь делать?
- Обеспечивать, конечно. Ну, там, постели, одежду, посуду и всякое прочее…
- А запаса у тебя на этот случай почему не было? Они же приходили, просились. Почему ты не подготовился?
- Так ведь ты же решил, что мы их брать не будем!
- Нет. Я сказал, что мы не будем воевать из-за них с турками, и это две большие разницы. Они могли и просто решить меж собой, что уходят к нам. Возможно, не все, возможно, только те, у кого нет детей. Да, они не пришли. Но если бы решились, ты бы оказался к этому не готов. И у тебя люди бы сидели холодные, голодные и грязные до следующей поставки. А ты просто по менюшкам терминала полазал, покопался на предмет возможностей? Вижу, что нет. А я пробовал. И иногда бывает так, что сегодня какая-то позиция отсутствует, а назавтра она есть. Я таким макаром дюжину пистолетов ТТ получил. Понятно, что короткоствол сейчас есть у каждого бойца, но ведь сам знаешь: оружие изнашивается, ломается, теряется в конце концов. А вдруг тебе вот так внезапно пулемет дадут?
Корнев нахмурился, а Бородулин продолжал, словно не замечая этого:
- Съемку местности делать начал? А почему? Конструкции все отработаны, материалы в канальном доступе. Бери да делай! Тебе нужно иметь карты окрестностей хотя бы километров на двадцать вокруг Баязета, а лучше – километров на пятьдесят. Ты ведь сам видел – наши Смотрящие бонусы дают тем, кто на месте не сидит. У тебя прямо под боком может оказаться какой-нибудь склад с очень ценными материалами. С тем же оружием, на худой конец…
- Слушай, раз у меня сплошные косяки, нафига ты меня начальником сделал? - взорвался наконец, Корнев. – Я и так вместе со своими людьми пашу, как проклятый.
- Потому и сделал, что ты сам можешь пахать, и других заставить, - сбавил напор Андрей. - Сейчас, с армянами, тебе полегче будет, все-таки два десятка человек прибавилось. Правда, тут другие проблемы могут возникнуть, но об этом потом. А рассказываю я тебе все это потому, что ты, ставши начальником, должен и думать по-другому, дальше других смотреть, варианты развития событий видеть, просчитывать, свои действия прикидывать. Причем заранее, пока еще никто не чухнулся. Вот твоя главная работа. Инструкцию выполнить любой сможет. А ты… ведь играешь в шахматы?
- Играл когда-то.
- Тогда поймешь. Сам ведь знаешь: в шахматной партии кто дальше игру просчитывает, тот и побеждает. И здесь то же самое. Понятно, бывают ситуации, которые предвидеть было невозможно, но это частности. По большому счету, рулят анализ и план. Вернее, много планов для всех вариантов развития событий.
- А ты на что? Ты ж у нас царь.
- Я тут сижу, в Форт-Россе, и данные для анализа у меня собираются вокруг этой крепости. А там у тебя есть свои нюансы, которые отсюда не видны. Есть такое понятие – уровень планирования. Ты на своем уровне свои планы строишь, каждый староста в каждом поселке – свои, все местечковые планы ко мне сюда собираются, и я уже свожу все вместе, утрясаю, противоречия устраняю, и поверх ваших планов еще и свой накладываю. А что до твоего места, то начальник Баязета должен быть таким, которому я могу полностью, абсолютно доверять. Поселки зависят от центра, от меня. Будут куролесить, я им кислород перекрою, и они успокоятся. А крепость – это самодостаточная единица. Захочет отделиться и своим умом жить – я ничего сделать не смогу. Это, кстати, еще одна причина осторожничать с армянами, да и не только с ними. Как ты думаешь, для чего товарищ Гариджанян приехал? Сто процентов, будет чего-то просить. Говорить про тяжелое положение, про турецкий геноцид, всячески прибедняться, чтобы общественное одеяло хоть ненамного, но в свою сторону перетянуть. Может, кстати, и на тебя наябедничать, про то, как ты многострадальный армянский народ ущемляешь. И понимаешь, Ильяс, каждый староста такой же. Это не хорошо и не плохо, это просто факт. Грек за греков тянет, поляк за поляков. Вот я и тасую колоду, перемешиваю людей, чтобы основу для национального обособления напрочь вышибить. Сейчас еще не очень сильно, а как до лета, до навигации доживем – поактивней процесс пойдет.
Корнев почесал затылок, открыл рот и хотел уже что-то сказать, как входная дверь распахнулась, и в комнату с выпученными ворвался главный армянин.