Поздравляю, Сеул!

Я резко отпрянула, озираясь по сторонам. Мы более не бежали, а сидели на скамье в окружении невысоких сосен с узловатыми ветвями. Подобные деревья я прежде видела в Китае и Карелии. Красивые, напоминающие зонтики с искривленными стволами. Но как мы здесь оказались? Какой промежуток времени начисто стерся из моей памяти?
– Где это мы?.. – голос оцарапал горло, прозвучав сухо и неестественно.
  
– В парке «Сонним», – ответил Сеул, потирая ладони, которые я так небрежно сбросила со своего лица. – Но нам нельзя здесь задерживаться. Как твоя нога? Ты вроде прихрамывала.
– Нога? – Я осмотрела сначала правый, затем левый ботинок, покрутила одной стопой, другой и пожала плечами. – Кажется, все в порядке.
– Отлично, – с явным облегчением выдохнул кореец и, сняв с головы бейсболку, надел ее на меня. – Слушай внимательно: у южного выхода нас будет ждать такси. Пойдем к нему поодиночке, а то мало ли. Мы парочка колоритная, если блогеры рыщут по парку, сразу заметят. И распусти волосы, так надежнее.
– Постой. – Я решительно замотала головой в отрицании. – К чему эти шпионские игры? Зачем мы в принципе убегали?
– Спасали тебя от последствий. В Южной Корее с законом не шутят, а в отношении иностранцев полиция вообще не церемонится. Если бы дело дошло до разбирательств, тебя бы или судили здесь, или незамедлительно выслали из страны с запретом на въезд как минимум на пять лет. Не слишком ли для первого дня отпуска?
– Но ведь это был несчастный случай, – возмутилась я.
– Ты переходила дорогу на красный.
– Я просто…
– И говорила по телефону.
– Это не преступление!
– А потом сбежала с места происшествия.
– Из-за тебя! Это ты меня уволок!
– Потому что знаю, чем все закончится!
Замолчали. Я опустила голову, глядя на желто-коричневый ковер из сосновых иголок. Дрожь в плечах уже унялась, сердцебиение пришло в норму, но неприятный осадок по-прежнему давил на грудь, мешая дышать ровно. Дурацкая ситуация! Как я в ней оказалась? С самого начала все пошло не по плану… И зачем только поддалась на этот глупый обман с сумкой?
– Знаю, ты винишь в случившемся меня, – вновь будто прочитав мои мысли, сказал Сеул. – Сейчас мы доставим тебя в отель, а дальше, если возникнут проблемы, я разберусь. Пойдем. – Его ладонь ласково накрыла мои пальцы.
Я подняла на корейца взгляд. Он улыбнулся, набрасывая на голову капюшон.
– И все же волосы лучше распусти. И надень кепку поглубже.
Примерно через десять минут, следуя указаниям, я вышла к проезжей части. У обочины стоял тот же «Хендэ», что привез нас с Катей из аэропорта. Господин Чон опустил окно, высунул голову и поманил меня рукой, а как только я устроилась на заднем сиденье, протянул термос с чаем.
Мы сразу же тронулись с места, проехали метров двести вдоль парка, свернули на светофоре. Сеул уже ждал у дороги. На этот раз он сел рядом со мной.
– Тебе не обязательно ехать до отеля, – заверила я, придвигаясь к двери.
– Просто хочу быть уверен, что ты не попадешь в очередную передрягу, – усмехнулся он, но, заметив мой возмущенный взгляд, быстро стер с лица насмешливую ухмылку.
– Ладно, понял. Можешь и дальше обвинять меня во всех неприятностях. Я не обижусь. Но помни…
И тут такси резко затормозило, отчего меня по инерции бросило вперед, прямо лбом в ладонь корейца, которую тот успел вовремя подставить. Поймал мою голову, будто бейсбольный мячик! Еще плюс одно унижение в копилку…
– Аджосси [7]! – воинственно вскрикнул Сеул, явно обращаясь к водителю, но вскоре посмотрел на меня. – Прости, ты в порядке?..
Я досадливо вздохнула и, откинувшись на спинку сиденья, устало потерла лоб. Таксист, обернувшись, принялся виновато причитать. Благо мы уже были на парковке отеля. Это невыносимо долгое утро скоро закончится в мягкой кровати гостиничного номера.
– Все хорошо. Скажи ему, пусть не волнуется, – попросила я и открыла дверь.
– Погоди, Москва, – окликнул меня Сеул, тотчас позабыв об оплошности водителя. – Я бы хотел извиниться за сегодняшнее. Позволь…
– Забудь, – отмахнулась я, покинула салон и поспешила к парадному входу в отель.
Позади раздался хлопок автомобильной двери. Вероятно, Сеул выскочил из машины следом. В подтверждение догадки меня настиг требовательный окрик:
– Поужинай со мной, Москва!
Я замедлила шаг и, пусть и не хотела, медленно обернулась. Кореец действительно стоял возле такси, улыбаясь широко, задиристо и самую малость с вызовом. У него была очень красивая улыбка, как с рекламного плаката. Однако что меня по-настоящему привлекало, так ее искренность. За время работы в журнале я видела множество самых разных улыбок: поставленных, отрепетированных. Они появлялись на лицах по команде фотографа и исчезали после щелчка затвора камеры. Каждая из них сияла ярко, но не грела. Сеул же напоминал утреннее солнце, которое уже выглянуло из-за горизонта, но еще не палит изо всех сил, а ласково заигрывает. И глядя на его теплую, отчасти наивную улыбку, я вдруг подумала: «А что, если мне согласиться»?
– Наконец-то вы приехали! – Катя выскочила на крыльцо так неожиданно, что я заметалась из стороны в сторону, будто пойманный с поличным воришка.
Сеул громко рассмеялся и отсалютовал Макаровой рукой. Она довольно просияла, помахала ему в ответ и, подойдя ко мне, с гордым видом рассказала о том, как провела время.
– Я уже все здесь изучила, посмотрела ресторан, нашла спортзал, пообщалась с сотрудниками, узнала, куда зимой можно сходить на экскурсии, и, конечно же, заселилась. Кстати, уточнила про вашу бронь. Представляете, мы живем в соседних номерах. Какая удача! Чемодан пока отнесли ко мне, заберете, как получите ключи.
– Спасибо, Кать, ты настоящий друг, – улыбнулась я, не сводя взгляда с корейца. Он не спешил уезжать – ждал ответа.
Этот наш безмолвный диалог, разумеется, не остался незамеченным проницательной Катей. Вмиг вспыхнув любопытством, она толкнула меня локтем, заговорив до ужаса приторным голосом, томно растягивая каждую гласную:
– Ну… как прошел обед?..
– Ели говяжий суп – гадость редкостная, – сухо ответила я и, кивнув на прощание Сеулу, направилась в здание.
К удивлению, кореец не стал меня останавливать. В отражении стеклянных дверей отеля я увидела, как он сел в такси и машина медленно покинула парковку. Охватило незнакомое прежде чувство, что-то похожее на ностальгию – приятную и одновременно тоскливую. Но Катя быстро переключила мое внимание на себя.
– Ну, хоть номерами обменялись?
– Он не спрашивал.
– Вот же… Ну и ладно, не расстраивайтесь, – подбадривающе прощебетала Катя, подхватывая меня под руку. – Если это судьба, вы встретитесь снова. А если нет, так и ничего страшного, найдем вам другого красавчика.
Я иронично усмехнулась.
– Все, что мне нужно, Катюш, это душ и кровать. Я очень хочу спать.
– Спать?! Даша, мы же только приехали. У меня столько всего запланировано!
– Кажется, еще пару часов назад кто-то был категорически против любых планов.
– Это другое, – нахмурилась Макарова, но, окинув меня оценивающим взглядом, смягчилась. Судя по всему, выглядела я скверно, потому что девочка слишком уж быстро сдалась. – Ладно, но обещайте, что после ужина мы погуляем по пляжу и попробуем настоящий корейский омук [8].
– Если я вообще смогу проснуться к ужину.
– Проснетесь, не сомневайтесь. Это я беру на себя!
Заселение прошло без приключений. Ключ-карту выдали сразу, после чего Катя проводила меня до номера. Забрав из ее комнаты чемодан, я попрощалась, пообещав поставить будильник, и наконец-то осталась одна.
  
Мы жили на пятом этаже, прямо через стенку друг от друга. Спальни средних размеров с уютной обстановкой на твердые четыре звезды, как и было заявлено в буклете. Но главное – окна выходили на море, что почти полностью оправдывало всю эту затею с отпуском.