Поздравляю, Сеул!
В кармане пиджака брякнул телефон – оповещение о принятом сообщении от генерального директора Константина Геннадьевича, или просто Кости, как я называла его наедине. Именно он однажды принял меня на работу в «Шик», неопытную, но очень предприимчивую и упорную студентку. Мы проработали бок о бок почти шесть лет, вместе прошли огонь, воду, медные трубы и, можно сказать, стали друзьями. Так думала я, пока не прочла текст СМС:
«На планерке присутствовать не смогу, лечу в Швейцарию. Сообщи коллегам, что главным редактором назначена Кира Шварц. Она приступит к своим обязанностям сразу после Нового года. Удачи на премии, возьмешь награду – выплачу бонус всей твоей команде. С наступающим».
От прочитанного потемнело в глазах, замутило и качнуло в сторону. Я остановилась, прислонившись бедром к случайному столу, но пол продолжал вибрировать под ногами…
Может, показалось?.. Прочла неверно или Костя опечатался?
Но, перечитав сообщение, ничего нового я не увидела. Главным редактором назначена Кира Шварц… Кира Шварц! Двадцатипятилетняя жертва косметологии, присоединившаяся к нашей команде всего восемь месяцев назад в качестве младшего редактора, причем не самого выдающегося!
Тело бросило в жар, лицо заалело. Почему именно она? Как так получилось? Я пахала в издательстве без малого шесть лет, буквально жила на работе, вывела журнал на лидирующие позиции. И вот она, благодарность?..
Впрочем, ответ на мои бесчисленные почему нашелся быстро. Кира попала к нам благодаря протекции своего отца, не последнего человека в издательском бизнесе. Я изначально была против ее зачисления в штат, однако закрыла глаза – уж очень просил шеф, объясняя необходимость этой жертвы крупными инвестициями. Но одно дело принять девчонку с сомнительными способностями на место рядового сотрудника. Совсем другое – отдать ей должность главного редактора. Мою должность!
Пылая возмущением, я без колебаний набрала номер Константина Геннадьевича, намереваясь высказать все, что думаю по данному поводу. Безрезультатно! Перекинуло на голосовую почту. Видимо, шеф уже сидел в самолете или намеренно отключил телефон, зная, что я не стерплю. Тогда праведный гнев перекинулся прямиком на Шварц, но она тоже оказалась недоступна. И тут в памяти всплыл разговор Киры с администратором на ресепшене, свидетелем которого я стала на днях, но не придала тому значения. Она хвасталась, что на новогодние праздники летит со своим новым бойфрендом в Альпы кататься на лыжах. Совпадение или?..
– Дарья Александровна, вы уже на работе? – внезапно раздался звонкий голосок Ани, вошедшей в редакцию вместе с Ириной – специалистом по рекламе.
В руках наш СММ-менеджер держала букет цветов, который тотчас попыталась спрятать за спину.
– А мы специально приехали пораньше… – расстроенно вздохнула Ира.
– Да и ладно, будем первыми… – пожала плечами Аня, быстро засеменив ко мне. – Поздравляем с назначением! Хотели подарить букет на планерке, но раз уж так вышло…
Ирина протянула изящно составленную композицию из голубых гортензий, перевязанную белой лентой с золотым тиснением, и широко улыбнулась. Я же оцепенело уставилась на цветы в отчаянной попытке понять, как вышло, что человек, в адекватности которого еще вчера не было сомнений, сегодня буквально плюнул мне в лицо, отдав должность своей… любовнице?!
– Даша, ты чего? – наконец заметив неладное, настороженно поинтересовалась Ира. – Цветы не нравятся? У тебя ведь нет аллергии?..
– Есть, – холодно ответила я, на что Аня аж всхлипнула. – Но не на цветы, а на человеческую подлость, лицемерие и беспросветную глупость.
– Зачем вы так, Дарья Александровна? – сникла Анюта. – Мы ведь от чистого сердца…
Я посмотрела на нее невидящим взглядом. Огромные зеленые глаза CММщицы несколько раз моргнули на кукольный лад, увлажнились. В голове будто что-то щелкнуло, и утраченный минутой ранее контроль вернулся. Я постаралась улыбнуться.
– Я не о вас, девочки, спасибо за цветы. Буду считать их подарком в честь отпуска.
– Отпуска? – удивилась Ирина. – Вы все-таки решили поехать в Корею?
– Ну мы же заключили пари, а я всегда выполняю свои обещания.
Аня было кинулась ко мне с распростертыми объятиями, но вовремя вспомнила, как сильно я не люблю тактильные проявления чувств, и, неловко пожав плечами, протянула букет. Вместе с тем на этаже пискнул лифт – первая порция сотрудников ввалилась в офис галдящей толпой. Воспользовавшись моментом, я забрала цветы и поспешила в переговорную, ловко уйдя от вопросов про отпуск.
Утренняя летучка далась нелегко. На лицах моей команды отчетливо читалось предвкушение. Все с нетерпением ждали новостей о назначении, однако я решила не сообщать про повышение Шварц, которая, к слову, отсутствовала. С одной стороны, меня не покидала надежда, что все это какое-то до предела нелепое недоразумение. С другой, я просто не нашла в себе сил признать поражение. Но об этом позже.
Раздав поручения и передав право представлять «Шик» на премии Ирине, что поначалу повергло ее в ступор, но быстро обернулось полным восторгом, я отправила коллег работать, а сама спустилась в отдел кадров этажом ниже. Костя решил меня кинуть? Ладно, отплачу ему тем же, а заодно наглядно продемонстрирую, какой хаос начнется в редакции в мое отсутствие. А уж работать под началом Шварц я точно не собиралась.
И да, решение безответственное, я прекрасно понимала. Оставлять журнал без твердой руки в канун праздников – идея дрянная, но сдаться без боя и уступить штурвал человеку, который мало того, что и года здесь не отработал, так еще и не отличался особым умом и сообразительностью, я не могла. Костя обязан осознать свою ошибку и все исправить! Если для этого мне потребуется встать на тропу войны, значит, пора чистить ружья.
Требование подписать заявление на отпуск было встречено враждебно. Кадровик ни на шутку взбеленилась, заявив, что с подобными вопросами нужно обращаться за две недели. Однако у меня имелся козырь: отсутствие денежной компенсации за последние пять лет. Так что вскоре заветная каракуля в бланке была поставлена, и к одиннадцати часам я собственноручно освободила себя от обязанностей шеф-редактора сроком на три недели. Эта маленькая победа отчасти подняла настроение, но вместе с тем и озадачила: чем занять почти месяц, если не нужно ходить на работу? И пока я бесцельно бродила по Краснопресненской набережной, давясь отвратным кофе из вагончика, мне позвонила тур-менеджер Ксения, ненавязчиво напомнив о правилах оформления K-ETA.
Ровно через час я сидела в офисе «Мега Тревел», заполняя анкету для получения разрешения на въезд в Республику Корея, пока менеджер снимала копии моих документов.
– Отель замечательный, прямо на берегу, – радостно сообщила она, выкладывая на стол рекламные буклеты. – Вы только посмотрите на этот потрясающий вид!
Я вскользь глянула, все еще пытаясь понять, какого черта тут делаю. Мне нельзя уезжать из Москвы. Вдруг что пойдет не так? Как разруливать бардак, находясь за границей?..
А должна ли я его разруливать после Костиной выходки? Он привык полагаться на меня во всем, знал, что всегда прикрою его спину, что бы ни случилось. Пусть теперь танцует сольно, ну либо в дуэте. Дуэте с партнершей, которая отдавит ему ноги еще до выхода на паркет!
– Дарья Александровна, – отвлекла меня от мыслей Ксения, – так вы хотите воспользоваться услугами местного гида или предпочитаете самостоятельный отдых?
– Самостоятельный, – не задумываясь, ответила я.
Не припомню себя настолько растерянной. Жуткое чувство, будто снова оказалась в детдоме на дне открытых дверей, где потенциальные родители каждый раз задают одни те же вопросы. И ты вроде бы отвечаешь верно, как воспитатель учила, да только все равно остаешься брошенкой. А почему так происходит, никто объяснить не может. Просто не свезло.
К вечеру настроение окончательно испортилось. Я купила тур в страну, о которой практически ничего не знала. Электронная почта трещала по швам от писем сотрудников, которые из профессионалов своего дела внезапно превратились в потерянных дошколят. Вдобавок Шварц выложила фото, засветив на нем шефа, что, разумеется, тотчас же слили в общую беседу, где коллеги принялись бессовестно полоскать эту новость. Но последний гвоздь в крышку моего и без того поганого состояния вбил наш кадровик. Желая, видимо, уколоть за утреннюю стычку, она написала в основной чат о назначении Шварц. Даже прикрепила скриншот приказа. Думаю, не стоит объяснять, что за этим последовало… Девчонки из моего отдела до полуночи названивали, писали гневные сообщения в чат, поливая Шварц грязью, и предлагали устроить коллективную забастовку. Идея в целом-то неплохая, но нереалистичная. Работать в «Шике» престижно и высокооплачиваемо. Вряд ли кто-то всерьез собирался рисковать своим местом ради меня. Но рвение коллектива я оценила – было даже приятно.