СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз! (СИ)

— Новости? — изрядно удивился Василий. — Что-то произошло? Мне не докладывали!
— Смотри, — коротко бросил Иосиф Виссарионович и умолк.
Василий тоже не стал ничего говорить, сосредоточившись на экране. Там показывали парад, в каком именно городе маршал с ходу определить не смог, но это было и не важно. Они везде одинаковые. Но следом кадры сменились. Теперь вместо техники и марширующих колонн на экране оказалась толпа людей. По-другому её назвать было сложно. И эта масса шла по праздничной площади держа в руках знамёна и портреты. Но не Вождя народов или первых лиц государства. На фотографиях были обычные люди. Солдаты. Большинство в форме образца Великой Отечественной войны, но встречались и современные снимки, и фото в гражданской одежде. Идущих было немного, сотни две — три, но через какое-то время к ним начали присоединяться зрители, держащие в руках телефоны. На них тоже были снимки солдат.
— Мы находимся в городе Новосибирске, — вещала ведущая за кадром. — Сегодня здесь, как и во многих других городах Советского союза, состоялся парад, посвящённый Дню победы в Великой Отечественной войне. А также акция «Бессмертный полк». Сотни людей вышли на площадь Ленина, держа в руках портреты своих предков, погибших во время войны. Пионеры, комсомольцы и коммунисты, люди всех возрастов, прошли маршем, закончившимся возле Речного вокзала. Мы побеседовали с человеком, ставшим идейным вдохновителем и одним из организаторов акции, Семёном Чеботарёвым и узнали, как ему в голову пришла идея подобного марша.
— Мне давно казалось, что слова «Никто не забыт, ничто не забыто» нуждаются в каком-то материальном подтверждении. — на экране появился симпатичный молодой парень со светлыми глазами и яркой улыбкой. Хоть прям сейчас бери и рисуй с него плакат про комсомол, особенно учитывая россыпь наград на груди. Не слишком высоких, в основном значки, но имелись и государственный орден и ведомственная медаль. Любой, кто хоть немного понимал в жизни с первого раза сказал бы, что пацан непростой, и Василий Иосифович тоже не обманулся открытой улыбкой. — Вот и придумал выйти в День Победы с портретом отца, чтобы почтить его память и показать единство поколений. Мою инициативу поддержала Елизавета Александровна из нашего райкома комсомола, а также товарищ Чумаков Марк Артёмович и генерал-полковник Дмитрий Иванович Калинин, командующий Сибирским Военным округом, командующий парадом, за что им огромное спасибо.
— А чей портрет ты держишь? — при упоминании генерала-полковника молодая ведущая дёрнулась, но сумела удержать лицо, продолжив вопросы. — Судя по качеству это довольно новый снимок.
— Да, это мой отец, Павел Дмитриевич Калинин. Лётчик, Герой Советского Союза, погибший при отражении атаки капиталистов на народ Кореи. — парень показал в камеру плакат. — К сожалению, я родился уже после его гибели, но чту память отца, как и всех воинов, павших защищая нашу родину.
— Я так же знаю, что ты написал слова песни «Бессмертный полк», как и многих других. — снова расплылась в улыбке журналистка. — В будущем ты планируешь заняться творчеством или же пойдёшь по стопам отца?
— Скорее ни то, ни другое, — Чеботарёв покачал головой и кивнул на стоящую неподалёку девушку. — Я не считаю себя творцом, искусство это вот к Лене Зосимовой, она действительно потрясающий композитор. Военная служба, к сожалению, меня тоже не привлекает. Я пока учусь в авиастроительном техникуме и планирую крепить оборону страны.
— Спасибо! А у меня вопрос к товарищу Чумакову. Вы сразу согласились помочь, когда ребята обратились к вам… — Иосиф Виссарионович нажал кнопку на пульте и экран погас.
— Что скажешь? — повернулся Вождь народов к сыну.
— Калинин… — почесал подбородок Василий. — Нет, не помню. Я уже в отставке был. А это не родственник этого генерала?
— Сын, — кивнул Иосиф Виссарионович. — А пацан — внук. Павел с его матерью заявление подали, но не расписались.
— Понятно, — хмыкнул маршал. — Ну что, бойкий пацанёнок. Награды у него, третий Разряд, нам такие нужны. Сколько ему? Восемнадцать?
 
— Шестнадцать. — Сталин прикусил мундштук пустой трубки. Курить ему давно запретили, но привычка никуда не делась. — Ты не туда смотришь. Им уже Стравинский занимается. Что по полку этому скажешь?
— Что говорить, идея отличная! — привычно резко рубанул лётчик, — Надо вводить повсеместно! Озадачить командующих округов…
— Парень этот хотел, чтобы акция была народной. — покачал головой Иосиф Виссарионович. — и я считаю это правильно. Парадов у нас и так хватает, а таких, чтобы люди сами, по своей инициативе шли, мало.
— Понял, — кивнул Василий. — Но это лучше через политбюро тогда провести…
— Помолчи, — слегка скривился вождь. — Успеется с политбюро. Ты с материалами по Ардалу знаком?
— Ардал… — маршал пару секунд вспоминал, где мог это слышать, а потом вскинулся. — Это который батареи и сверхмалая авиация? Да, читал. Кстати! Как раз в Новосибирске, на Чкаловском заводе собрали какие-то новые беспилотники и приглашали меня на испытания! Это он⁈
— На испытания съезди, — кивнул Иосиф Виссарионович. — Нечего только бухать да баб мять. Заодно к парнишке присмотрись. Сейчас его Лавруша опекает, но…
— Думаешь, надо переманить? — сделал стойку маршал. — Так это запросто!
— Не пойдёт, — покачал головой Зодчий коммунизма. — Его дед уже пытался, только дров наломал. Да и не нужен он армии по большому счёту. Но ты всё равно присмотрись.
— Понял, — кивнул Василий, — Хочешь встряхнуть контору дяди Лаврентия. Сделаем. Но если эти его эти квадраты действительно так хороши, я его всё равно заберу. Хоть и не разделяю восторгов. Ну летает, так у нас в каждой школе кружки авиамоделистов. И там тоже всё летает, так что теперь каждого пацана награждать?
— Вот и разберёшься заодно что это такое, — усмехнулся Отец народов. — А наградить пацана уже и так есть за что. Одних батарей хватит. Что там, кстати, наши бывшие союзнички, зашевелились?
— Бегают как ужаленные тараканы! — зло усмехнулся маршал. — Лезут изо всех щелей. Очень уж им нужны эти аккумуляторы. Это же революция, не побоюсь этого слова. Да только сделать ничего не могут, технология то вроде простая, а ничего не работает. Вот и пытаются изо всех сил узнать почему. А мы их ловим и давим! Всем работы хватает.
— Это дело хорошее. — удовлетворённо кивнул вождь. — Сейчас мы начнём переводить всю электронику на новые элементы питания они ещё больше зашевелятся. Как раз повод будет страну почистить от разной капиталистической гадины. За что ещё раз спасибо товарищу Ардалу.
— Понял. Съезжу посмотрю на этого уникума. — Василий взглянул на часы. — Время уже. Наши должны уже подъезжать. Пойдём?
— Иди, я пока тут посижу, — махнул рукой Иосиф Виссарионович. — Успеем ещё. Лавра подожду. А ты иди. Встречай гостей. Отметим наш День Победы как полагается.
* * *
— Скажи «А-а-ам» — мне в рот сунули ложку мороженого с грецким орехом и вишнёвым топингом. — Вкусно же⁈
— А теперь моё попробуй! — с другой стороны тут же оказалась ложка такого же настоящего сливочного мороженого, но с лимонным топингом, ягодами брусники и кедровым орехом. — Ну-ка, «А-а-ам!»
— Очень вкусно, — я прожевал оба угощения. — Совершенно разные вкусы, каждый по-своему хорош!
— Семён!!! — на этот раз возмущение было синхронным, словно девочки тренировались. — Ты должен выбрать!
Да, я идиот. Признаю это. Только полный кретин замутит разом с двумя девчонками, которые мало того, что знакомы, так ещё знают друг о друге. И только полный дебил пойдёт гулять с ними обеими. Правда у меня и выбора то особого не было, но кто мне доктор. Попала собака в колесо, пищи да беги.
Мы отметили День Победы с размахом. После интервью, которое оказалось на удивление спокойным, журналистка приветливой и не пытающейся задавать каверзные вопросы, мы с девчонками сбежали, оставив Елизавету и комсоргов разбираться с последствиями. На самом деле мало провести акцию, самое главное не получить за неё по шапке. Тут надо учитывать всё, вплоть до того, куда и как будут выкидывать наглядную агитацию и плакаты. Ладно портреты родственников вряд ли кто отважится выбросить, а ну как какой флаг или плакат с символикой, или ни дай Бог портретом вождя Страны Советов окажется в мусорке? Это у нас там люди поворчали бы да забыли, а тут будет ЧП областного масштаба. И то если никто из Москвы не узнает. Но даже так, даже первый секретарь горкома легко может кресла лишиться. И будет рад, если ничего больше не навесят.