СССР 2010 Иди, товарищ, к нам в колхоз! (СИ)

— Это конечно проблемы, — я кивнул, давая понять, что думал об этом, хотя мне и придумывать ничего не нужно было, у нас все эти вопросы давно решили. — Но если реализовать саму идею базы данных, где будут биометрические данные, то прикрутить её к идентификатору безналичной оплаты дело трёх минут. И станет возможным рассчитываться, вообще не имея никаких гаджетов или документов, просто посмотрев на кассе в камеру. Та сама идентифицирует человека, создаст запрос в банк и спишет деньги со счёта. При наличии нейросетей реализация такого проекта вполне реальна. Но и смартфоны я бы со счетов не списывал. Наоборот, проводил бы ликбезы, по обращению с техникой для пожилых, а всем достигшим совершеннолетия выдавал бы бесплатно смарт с предустановленным пакетом программ, доступом на единый портал госуслуг, открытым счётом в сберкассе и подтверждённой авторизацией. Это бы в разы упростило даже ту же рассылку оповещений гражданской обороны, например. И самое главное, именно у нас, в Советском Союзе, есть такая возможность, ведь нам не надо договариваться с частными сотовыми сетями, с частными банками и десятками прочих капиталистов. Достаточно решения партии и всё будет сделано, ведь даже база в виде вычислительных центров есть.
— Планы у тебя наполеоновские, — хмыкнул Сикорский. — А потянешь?
— Ну во-первых, планы у меня лучше, чем у корсиканца. Тот плохо кончил. — я пожал плечами. — А, во-вторых, знаете анекдот? Мол ты сильный, ты справишься. Да я ещё и умный, я даже не возьмусь. Так и я. Идею — пожалуйста. Помочь в технических вопросах — не вопрос. Но взваливать на себя реализацию — боже упаси. Для этого есть более компетентные люди. Тем более что сначала надо разработать проект, а это вопрос не пяти минут и не для одного человека. Слишком многое надо учесть. Так что тут уж скорее необходимо специальную комиссию создавать или какое НИИ припрягать, с доступом самого высокого уровня. И даже так запускать всё придётся поэтапно, переводя службы и организации на цифровую основу постепенно. Однако выгода многократно превысит все затраты.
— Рациональное зерно в твоих идеях имеется, — кивнула Аглая Валерьевна, — но, к сожалению, или к счастью, не знаю, ты прав, решение о таких глобальных реформах принимать не нам. Ты лучше расскажи, что это за штука такая Бессмертный полк. Как я поняла, ты хочешь организовать акцию в память о погибших в Великой Отечественной войне и пройти маршем на День Победы после окончания парада так?
— В память обо всех погибших, не обязательно только в этой войне. А вообще во всех, где участвовали наши солдаты. — поправил я хозяйку дома. — Но так как больше всего жертв наша страна понесла именно во время Отечественной правильнее всего провести его да, в День Победы. С Калининым я уже договорился, он нас поддержит, и со стороны обкома тоже есть разрешение.
— От Чумакова? — уточнил Игорь Игоревич, и дождавшись моего кивка не сдержал ехидства. — Не боишься, что он себе все результаты присвоит, если идею встретят положительно, а если нет — спихнёт все косяки на тебя?
— Да пофиг, — я пренебрежительно отмахнулся. — запретят, жалко будет, но что поделать. А если нет, то тем более не жалко. Я вообще хочу, чтобы эта акция стала народной. Не спущенной кем-то сверху, а именно идущей от людей. Чтобы все, кто хочет вспомнить погибших предков могли взять их портрет и выйти на улицу.
— А сейчас что нельзя? — хмыкнул полковник. — Никто не мешает.
— Но и никто не помогает. — неожиданно Аглая Валерьевна встала на мою сторону. — Мне кажется это очень хорошая идея. Мы тоже обязательно придём, правда Сонь?
— Я уже с классом договорилась, мы все вместе идём, — София сегодня сидела мышкой, стараясь не отсвечивать, но при этом держала ушки на макушке. — Рома Ерёмин позвонил, он организовывает колонну от нашей школы. Только мне непонятно, почему я от него узнаю об этом, а не от тебя.
— Зай, просто замотался и забыл. — я сделал жалостные глаза. — Не поверишь, я как приехал, у меня ни минуты спокойной не было. Идея акции неожиданно возникла, встретил знакомую из городского совет комсомола. Это та, которая помогла, когда меня принимать не хотели, помнишь?
 
— У неё ребёнок вроде да? — тут же посветлела лицом Соня, нахмурившаяся едва услышала про знакомую. — Да, что-то припоминаю.
— Она самая. У неё ещё муж на Севере со стройотрядами. — кивнул я, подтверждая. — Но она мне не только с комсомолом помогла, но и с космонавтами встречу устроила. Я хотел через них «Птичку» продвинуть, но не срослось.
— А эта, — теперь и товарищ полковник понял о ком речь. — Правильно. Нечего через голову руководства прыгать.
— Это вы там постарались что ли? — я с удивлением уставился на Сикорского, — И зачем? К чему человеку жизнь ломать?
— Не мы это. — внезапно смутился тот. — Ну не я как минимум. Просто есть установленные процедуры…
— Которые не работают. — я криво ухмыльнулся. — Плавали, знаем. Вон мне три-дэ принтер по этим самым процедурам зарубили с тупейшей отмазкой. Зато по закону, что скажешь.
— Да будет тебе принтер! — психанул Сикорский. — Сейчас в Охтинском объединении «Пластполимер» и Комиссии по изобретениям идёт следствие о присвоении чужого изобретения. Вашего учителя физики, с которым ты свою адскую машину собирал, уже дважды на допрос таскали.
— А… — сказать, что я опешил, это ничего не сказать, вот и у меня слов не нашлось, кроме предлогов.
— Вот тебе и а, — передразнил меня полковник. — Ты думал, мы забыли? Нет, у нас в стране каждому воздаётся по заслугам. И за добро, и за зло.
— Я бы поспорил, но сейчас не буду, — я почувствовал, как улыбка сама выползает мне на морду лица. — Спасибо, обрадовали. Не ожидал. Думал на тормозах спустят, а тут такое. Кстати, то есть сейчас мы сможем получить патент на изобретение или как он называется и начать производство? Так?
— С этим не ко мне, — тут же открестился Игорь Игоревич. — Но по идее препятствий быть не должно.
— А выйти на этот «Пластполимер» через вас получится? — я тут же сгенерировал другую идею. — я бы пообщался с его руководством на предмет производства пластика для принтеров. Это же золотая жила! Если машинки пойдут в серию, на расходниках деньги лопатой можно будет грести.
— Больно надо им твои игрушки, — буркнул полковник, но напоровшись на взгляд жены, исправился. — Попробую, но ничего не обещаю. Вопрос о серийном производстве надо через министерство решать. И Госплан, это же не кооператив какой.
— Да я это прекрасно понимаю, — я не собирался сдавать свои позиции. — Сложностей масса, начиная элементарно с состава пластика, его типа, формулы, диаметра в конце концов, но, если ничего не делать, ничего и не будет. Может лет через пять, когда на Западе во всю уже будут печатать у нас прочухаются, что надо бы и нам подсуетиться. И окажется, что уже давным-давно всё придумано, но оказалось никому на хрен не нужно, прошу прощения. Сколько раз такое уже бывало? Я уверен, если бы не личное распоряжение товарища Сталина и идею с Единой Государственной Сетью Вычислительных Центров под сукно бы положили. И ждали бы мы тридцать лет свой интернет, а потом ещё и локти кусали, потому что он оказался бы под полным контролем Запада.
— Да, к сожалению, такое бывает, — не дала разгореться спору хозяйка. — Будем надеяться, что всё получится и к твоим словам прислушаются.
— Хотелось бы, но… — я случайно взглянул на часы, и чуть за голову не схватился. — Блин. Одиннадцатый час. Мама поди места себе не находит.
— Переживает, что мы тебя уже где-нибудь прикопали? — Аглая Валерьевна оказалась не только понимающей, но и с хорошим чувством юмора. — К сожалению, у нас нет стада свиней, да и вырывать зубы пассатижами та ещё морока.
— Мама! — подскочила Соня, а я рассмеялся.
— Да, хороший фильм, особенно если в оригинале смотреть, — Как ни странно, но Гай Ричи жил и здравствовал, снимая свои культовые творения, так что я успокоил девчонку. — Я скачаю, потом вместе посмотрим, у этого режиссёра много чего интересного есть. Одна Мадонна чего стоит.