Единство-2 (СИ)

— Все бета-тестеры ждут тебя, — ответила женщина. — Ты обещал Третьему, что вернешься за нами. Судя по рассказам твоих друзей, тебе можно верить.
— Друзей? — Мое сердце забилось быстрее. — Что с ними? Они живы?
— Утес и Кусаларикс в порядке. Мы их спасли, когда увидели, что Девятка покинула бета-мир.
— Они у тебя?
— Твой друг приглянулся Двенадцатой. — Она фыркнула. — У Двенадцатой точно крыша поехала. А Куся живет в моем замке, но временно. Старая гоблинша просто с ума сходит от побрякушек, а мы, как понимаешь, много чего накопили за десять тысяч лет. Она проводит, как она выразилась, инвентаризацию. Закончит у меня, двинет к Девять-шесть.
— А где остальные беты?
— Сейчас Третий соберет всех, они скоро будут здесь.
Когда мы подошли к замку, Кусаларикс сидела на стене, свесив ноги. Взгляд ее не предвещал мне ничего хорошего. Когда я радостно ее поприветствовал и взлетел, чтобы обнять, она выставила передо мной руку, покачала головой и сварливо сказала:
— Не-а! Никаких обнимашек, пока не объяснишь, бабулю твою за ногу… — Она набрала воздуха и заорала: — Хрена ли ты так долго, Скиф?! Где тебя орки носили?!
  
Глава 19. Бета-тестеры
 
Пока Кусаларикс говорила, я с болью в сердце отмечал, как она изменилась. Для нее прошло больше двадцати лет после того, как Нергал перетащил ее в Бездну.
Когда мы виделись в последний раз, маленькая гоблинша выглядела молодой и бодрой. Теперь же ее кожа покрылась морщинами, волосы поседели, а в глазах читалась усталость от всех этих лет в Бездне.
Выдав длинную тираду о безответственных избранных, на которых нельзя положиться, она смягчилась.
— Ладно, иди обниму, — сказала гоблинша. Я дал ей себя обнять, и она прошептала: — Главное, ты здесь. Я уж думала, что закончу свой век в этом проклятом мире.
— Боюсь, Спящим вы еще нужны, — усмехнулся я, пытаясь приободрить старую подругу. — Так что считайте, что отпуск закончен. Пора снова за работу.
Гоблинша фыркнула, выпуская колечко едкого дыма из своей неизменной трубки.
— В такой отпуск только врагов отправлять, — проворчала она, окидывая меня цепким взглядом. — А ты, смотрю, возмужал. Заматерел прям! Расскажешь, что в большом мире произошло без меня?
— Много всего, госпожа Кусаларикс…
Пока мы шли через двор к замку Пять-четыре, я вкратце рассказал ей о недавних событиях: уничтожении Ядра Чумного мора, моих мытарствах в Стылом ущелье, битве за Парамаунт, явлении Бездны и предательстве «Модуса», из-за которого я попал сюда. Не стал скрывать и поведения ее соплеменников, покинувших Кхаринзу.
Гоблинша слушала молча, лишь изредка кивая и хмыкая. Я знал, что она переживала за меня, хоть и старалась этого не показывать. В свою очередь она рассказала, что почти угасла за годы существования в Бездне без Единства. Состояние, в которое ее погрузила Девятка, лишь обездвижило ее, поэтому она четко помнила каждый день в ее замке.
Пять-четыре шла рядом и тоже внимательно слушала. А потом резко остановилась.
— Погоди, Скиф… Хочешь сказать, что ты попал сюда не своими силами? Тебя отправила сюда некая Пайпер, которая провела здесь кучу времени и прокачалась так, что потом заполучила Первое убийство в Источнике Тлеющей пустоты?
— Верно.
Ее плечи опустились, она посмотрела в небо и тяжело вздохнула:
— То есть ты не знаешь, как выбраться?
— Не знаю, — не стал я скрывать истину. — Пока не знаю.
— Час от часу не легче… Подумать только, здесь был другой игрок, и никто его не обнаружил!
Пока она приходила в себя после таких новостей, я обратил внимание на ее замок. Да, он был небольшим, что понятно, но ничего подобного я не видел даже у «Детей Кратоса» — воздушное, словно парящее в облаках строение из сверкающего белого мрамора с золотыми прожилками возвышалось над цветущими садами. Его изящные башенки устремлялись ввысь, витражные окна сияли. Над резными воротами мерцал таинственный символ — распахнутый глаз с вертикальным зрачком, выложенный драгоценными камнями.
 
Кусаларикс, заметив мое восхищение, довольно ухмыльнулась, как будто сама участвовала в постройке:
— Впечатляет, а, Скиф? Тут каждый камешек с историей. Каждая безделушка — легенда. Ценнее сокровищ даже в Зеленой лиге не сыщешь.
Я понимал, что она делает: пытается сменить тему и поднять немного настроение хозяйке замка. Видимо, это сработало, потому что Пять-четыре с некоторой гордостью заметила:
— Сама построила. Ничего особенного.
— Потрясающе, — искренне сказал я. Нашему Дьюле до такого уровня пока как до Марса. — Очень круто, Пять-четыре.
— Макс, — сказала она. — Меня зовут Макс. Использовать номера — это в духе Джун. Так зовут Девятку, если ты не в курсе. — Она вытащила из инвентаря красивую одежду, протянула мне. — Оденься, скоро прибудут остальные, а ты в чем мать родила.
Охнув, я смущенно ответил:
— Хорошо, Макс.
Я быстро облачился в предложенные вещи: охотничьи штаны из тончайшей кожи глубокого синего цвета, расшитые серебряными рунами, мягкие замшевые ботинки и белоснежную рубаху. По словам Макс, все вещи были легендарными, сшитыми ею самой.
Мы продолжили путь и, миновав мраморный мост над сверкающим прудом с лилиями, вошли под сверкающие своды замка. Несмотря на внешнюю воздушность, внутри он оказался на удивление уютным. В воздухе плавал аромат экзотических благовоний. Повсюду взгляд натыкался на произведения искусства: расписные стены, причудливые картины, гобелены, витражи, ажурную резьбу по камню и дереву. Мне стало понятно, чем Макс занималась в свободное время — обустраивала гнездышко.
В просторной гостиной, куда привела меня Кусаларикс, царил приятный полумрак. Витражные окна пропускали рассеянный свет, наполняя зал причудливыми тенями.
— Сразу скажу, Скиф, способности в замке не блокируются, — предупредила Макс. — Пришлось отключить, потому что другие не пришли бы при другом раскладе. Были… случаи.
— Это ты к чему?
— Я защищу тебя в случае чего, но и ты будь аккуратнее в словах. Я не телепат — что в головах других бет, не знаю. Может, захотят тебя похитить или попробовать прикончить, чтобы проверить… Всякое может быть.
— Понял.
Ее слова напомнили, что расслабляться рано. Какой бы адекватной ни казалась сама Макс, даже Девятке удавалось иногда выглядеть такой же.
Мы расположились на диване, который, по словам Макс, как и вся другая мебель, был создан руками Гарета, также известного как Семь-два. Я вспомнил рассказы Девятки о конфликте между бета-тестерами: паладин Гарет и воин Родриго, он же Девять-шесть, едва не убили в сражении мага Дениса, Третьего, но Макс и Девятка вмешались и спасли его. Кстати, выяснилось, что Третий, изначально будучи магом пространства, овладел еще и классом чернокнижника.
Макс вкратце описала каждого из бета-тестеров, сообщив их настоящие имена и игровые классы. Когда я упомянул ту войну, она рассказала, что друид Тереза, известная как Двенадцатая, предпочла остаться в стороне от конфликта. Третий был ее бывшим, но она сильно на него злилась и поэтому не поддержала. А сейчас нашла ему замену в лице Утеса.
Слушая Макс, я размышлял, удастся ли мне наладить отношения со всеми бета-тестерами. Они тут постоянно грызутся между собой, как пауки в банке...
Около часа, пока другие не явились, мы общались втроем. Пять-четыре довольно тяжело восприняла сообщение о том, что у меня нет идей относительно того, как выбраться из бета-мира. Она очень надеялась, что я прибыл именно за ними, выполняя свое обещание Третьему.
— Ладно, может, удастся что-то придумать вместе, — вздохнула она. — Я предупрежу их, чтобы поумерили свои ожидания. А пока, раз уж у нас есть время, расскажу тебе, как мы дошли до такой жизни…
Когда Макс вместе с другими бета-тестерами только попала в этот мир, все казалось удивительным. Их было сто человек, полных надежд и энтузиазма. Они должны были исследовать этот новый мир и помочь разработчикам довести его до совершенства. Относясь к происходящему как к игре, они убивали друг друга, и вскоре образовалось несколько сплоченных групп, расселившихся по Латтерии.