Храм жизни (СИ)
Рим, столица Фламиники.
Как я понял по отголоскам в архитектуре, планету заселяли те самые римляне и прочие выходцы из Италии. Новые-то здания построены по-новому, а вот центр города поражал обилием колонн, портиков, островерхих крыш красной черепицы, мощеных брусчаткой улиц, питьевых фонтанов на площадях и роскошных скульптур, питьевых фонтанов.
Есть даже Колизей, где бьются специально выращенные биомехи. Людей на бои допускали только по согласию. Выиграл бой, носи алую ленту на одежде с символом Колизея целый год. Через год или снимай, или добро пожаловать на арену ещё раз.
Общественные купальни, где в пару заседали обнаженные мужчины и фланировали женщины.
Древняя повозка, влекомая парой настоящих лошадей, не биомехов, пять солидов круг.
Представления уличных артистов, веселый хоровод танца, в который затаскивали и случайных прохожих.
И, конечно же, множество магазинчиков, объединенных в торговых центрах.
«Сейчас у нас не будет денег!» В панике воскликнул Миро, когда Мила потащила меня за собой.
— Вы куда это? — Повернулась ко мне Вера Бойцова.
— Мы быстро! Это магазинчик красоты Курциев!
— Я с вами!
По итогу, пошли все, даже Снежана.
— Приветствую, Ваши Светлости! — Нам навстречу выкатился круглый, как шар, и усатый продавец в безукоризненно подобранной рубашке и брюках. — Туристы из Светлого Царства мои любимые клиенты! Марио Курций и его скромный магазинчик красоты к вашим услугам!
— Мне нужно платье! — Заявила Мила. — Ваша весенняя коллекция. Прошлогоднюю не предлагать! Где вещи от Юлии Комин и Елены Фабии?
— О, Ваша Светлость! Могу предложить коллекцию от Корнелии Рутта…
— Это мне не идёт!
— Но вы всегда же можете померять?
— Мне платье от Фабии! — Сказала Вера Бойцова.
— Зачем, у тебя не такая фигура! Ты худенькая, с грудью, тебе весна от Рутта в самый раз! Продавец! Показывай, где что!
Я тихонько сел на скамейку, наблюдая, как девушки одна за другой скрываются в примерочных. Прислуга, повинуясь жесту продавца, уже несла кипы нарядов, развешивая их по вешалкам.
— А вы чего? — Вдруг Мила высунулась из-за занавески, схватила за руки Снежану и Рогнеду, и втащила оторопевших девушек к себе в примерочную. — Продавец! Ещё две весны Комин!
— Вы берете царским золотом? — Спросил я у лучащегося довольством продавца.
— Конечно, по курсу банка. — Ответил тот.
«Ещё б ты не брал. Сейчас тебе выручку сделаем на год вперед!»
Первой из примерочной появилась Мила, в облегающем темном платье и высоких сапожках. За собой она тащила Снежану, переодетую в светлую блузку и юбку до бедер.
— Господин? — Мила повернулась кругом, вставая на цыпочки. — Я красивая?
— Ты красивая, Мила.
— Надо ещё померять! — Сирена скрылась в примерочной.
— Не продадите? — Тихонько спросил меня Марио Курций. — Дам хорошую цену. Настоящая сирена!
— Не продается.
Процесс продолжался пару часов, девушки крутились перед зеркалами, любуясь на себя. Мила пресекла пару попыток купить не подходящие, по её мнению, вещи.
— Погоди! Пусть полежит, подумать надо!
В конце концов, девушки смирились с тем, что всех платьев не перемерять, и сделали свой выбор.
— Тебе тоже надо одеться! — Мила ткнула пальцем в Добромира, сопроводив свои слова волной энергии. — Слышишь? Ты похож на бродягу! Нормальный же парень!
— Я… — Добромир поплыл, глаза затуманились.
— Позволь мне. Эй, продавец! Где тут мужские костюмы?
Добромир, приодевшись в темную рубашку, светлый пиджак и брюки, стал выглядеть лучше. На шее платок, на ногах остроносые ботинки черного цвета, брюки удерживаются черным же ремнем.
Куда-то пропали нескладность и худоба, парень выпрямился, расправил плечи. Не худой, жилистый, с острыми чертами лица. Недотепа-студент приобрел ауру уверенности и даже некоторой опасности, внушаемой внимательным взглядом глаз.
— Другое дело. — Оценила Мила. — Бороду подравнять не забудь! Щетину оставь, а остальное убери! Господин! Посмотрите на эту рубашку!
— Конечно, Мила! — Встал я с места. — Что ты мне посоветуешь?
Меня крутили и вертели дольше. Пара рубашек и брюк, мягкие ботинки, шейный платок. Прикупили и сумку, которую можно было повесить через плечо, и в которую поместился бы «Танго».
«Какие мы красавчики!» Миро мой внешний вид понравился. «Теперь дальше гулять! Осмотримся, что тут интересного?»
Из магазина вышли только к вечеру.
— Я теперь только с тобой по магазинам хожу. — Держа в руках ворох покупок, сказала Вера. — Ты его в пух и прах разнесла!
— Я тоже. — Подтвердила Дарина. — Ты прям разбираешься!
— Ты супер. — Улыбнулась Рогнеда.
Снежана, видимо, хотела сказать что-то такое же, но гордость не позволила.
«Эксгибиционисты пожаловали! Вот, гляди, в черном плаще!»
Через площадь шёл жрец Богини.
Одет и держится так же, как и его соратники на Рутенике. Черный плащ и шляпа, надменное выражение лица. Прохожие стремились обойти целеустремленно шагавшего жреца по дуге, не попадаясь на пути.
Впрочем, жрец тоже выбирал путь. Пару крепких парней, украсивших рубашки алыми лентами гладиаторов, из своего курса он предусмотрительно исключил.
— Мирослав Трегарт! — Объявил жрец, остановившись в десятке шагов от нашей компании.
Снежана охнула.
Я молчал, разглядывая жреца. Пистолета у него нет, даже ножа, аура не такая сильная, как следовало ожидать. Если бы речь шла об Искусстве, я бы сказал, что ранг у него ученический.
Граждане на Фламинике открыто оружия не носили, разве что шпаги иногда, но и те больше как элемент костюма. Вооружены только полицейские, пистолетами и дубинками. Остальные ходят свободно. Никакого насилия, танцы и любовь!
Полицейский патруль неторопливо двинулся к нам, пробираясь через площадь.
— Богиня ждет тебя! — Провозгласил жрец. — Принеси искупительную жертву, и ожидай прощения.
— Проповеди любых божеств на Фламинике запрещены! — Полицейский быстро встал между мной и жрецом.
Тот не удостоил служителя закона ответом, развернулся и отправился через площадь прочь.
Глава 5
Утро следующего дня я встретил в торговом центре, попивая кофе в кафешке на верхнем этаже. К кофе взял омлет с полосками ветчины, подававшийся на листе салата. Мила убежала по магазинам, искала какое-то исключительное украшение, продающееся только тут и только сейчас, Мирослав, ты же понимаешь?
Из окна открывался вид на центр города. Просторная площадь, разбитые скверы пересекают мощеные дорожки, посреди них высятся статуи сенаторов Фламиники. Сенат тут же, вот то здание, стены которого дрожат от обилия втиснутой в камни энергии. На страже гвардейцы, в ало-красной форме. Выглядят старомодно, вооружены короткими мечами и винтовками, однако в энергетическом мире не отсвечивают, что само по себе уже настораживает.
Биомехи, похожие на маленьких обезьянок, подметают тропинки, ухаживают за деревьями. Торопятся, над Римом встает солнце, скоро покажутся граждане, а к их приходу все должно быть убрано.
Обилие биомехов на Фламинике поражало. Улицы убирали биомехи-уборщики, прислуживали биомехи-слуги, стоянку охраняли биомехи-охранники. В гараже при стоянке мастер руководил десятком биомехов самого разного вида и размера. В кафе посетителей обслужил биомех-официант, существо с четырьмя руками, похожее на человека, но с интеллектом собаки. За занавеской на кухне трудился биомех-повар. Биомехи-рабочие, грузчики, санитары… Казалось, что цивилизация состоит на треть из биомехов.
«Они не разумны». Пояснил Миро. «Никто из них не разумен. Обычные машины, как компьютеры на Китеже, разве что на биологических компонентах. Видимо, тут их умеют делать».
Граждане Фламиники жили в мире вечного праздника.
Конечно, были рабочие профессии, кто-то же должен был командовать стадами работающих биомехов. Но мало, ой как мало! Мастера, полицейские, ученые, управленцы, артисты и художники… Не такой уж и большой процент населения.