Храм жизни (СИ)
Остальные сидели на пособии.
Сенат гарантировал плебеям хлеба и зрелищ. Дешевые кафе и рестораны, бесплатная раздача одежды и еды, медицина, плебейские ложи в театрах и свободные места в Колизее.
Все для вашего выживания и развлечения. Пользуйтесь, граждане!
Граждане пользовались вовсю, оттягиваясь на полную катушку.
Обреченного веселья последнего дня, как в Лондинуме, я не заметил, видимо, за этим следили, утилизируя самых оторвавшихся. Танцевать-то на улице танцуй, но остальным не мешай! Хочешь вещества употребить для веселья души? Нет преград, но если начнешь творить непотребства и резать мирных граждан, пеняй на себя! Хочешь устроить вечеринку с девочками на мансарде дома, позаботься, чтобы величественная оргия не скатилась в групповушку, и про занавески не забудь. Желаешь выступать в Колизее? Дорога открыта, но не применяй свои умения на мирных жителях! Изучаешь Искусство? То же самое, между собой что угодно творите, других не трогайте!
Половина работающего населения было занята в сфере культуры и искусства. Одежда, предметы обихода, архитектура, наука, книги, фильмы… Все это создавалось постоянно и расходилось далеко за пределы Фламиники, наполняя бюджет Сената.
Конечно, планета популярна, многие стремились поселиться тут, среди ярких одежд и постоянных развлечений. Полезным не отказывали, остальных прогоняли безжалостно, вплоть до уничтожения.
«Их правители пытаются привлечь Дорогу, создавая культуру. Не самый глупый шаг, но и не особо умный».
«Почему это?»
«Да потому, что культура — это не только красивые одежды и пьески о любви. Это образ жизни, то, чем люди наполняют ноосферу! Эта планета наполнила ноосферу вечным праздником, и заморозилась в развитии. Ручаюсь, они не смогут принести ничего нового».
«Это плохо?»
«Да нет, это их путь. Давай вернемся к нашим проблемам. Итак?»
Итак.
У нас есть Дарина, которую очень хотят видеть на Китеже, чтобы уморить медленной смертью во имя процветания Светлого Царства.
Есть Снежана, которую очень хотят принести в жертву, чтобы умилостивить Богиню.
Есть я, несостоявшийся жених Богини, и для меня ещё не все потеряно.
И есть забитый драгоценными схемами и биомехами трюм на «Раскате».
Что делать, куда бежать?
«Подальше». Посоветовал Миро.
«Как бы это сделать?»
«Побыстрее свалить с этой планеты. Еду и воду найдем в другом месте. Железная коробка дотянет до Китежа».
По всему выходило, что Миро прав. В любой момент посол может приказать взять подозрительных студентов под стражу, а жрецы Богини попытаются добраться до нас со Снежаной. Мы им как соринка в глазу, несостоявшаяся жертва и убежавший с алтаря жених.
«В руки этой сущности попадать нельзя». Сказал Миро. «Вывернет мозги на изнанку, никакая защита не поможет. Не хочу служить этому существу».
«Да я тоже не хочу!».
«Тогда давай доедим яичницу, идем к машине, достаем из гостиницы наших, и едем отсюда. Пусть Колобок сам разбирается с конвоем. За что нас арестовывать-то, мы мирно домой едем. Ну да, кружным путем, но что поделать? Поделимся с Бабкой схемами, она нас отмажет. Остальные уже пристежкой пойдут».
«А Дарина?»
«Вот не начинай! Выкрутиться без нас!»
— Господин! — Позвала Мила. Сирена быстро пересекла зал кафе, и уселась на стул рядом со мной, подхватив за локоть. — Там ко мне… Приставали!
— Кто ещё?
— Вот они.
К нашему столику двигалась компания из трёх девушек в сопровождении десятка парней.
«Опаньки! Вот кого нам не хватало для полного счастья! Злые бабы с громкими голосами!»
Напрягся я сразу. От девушек распространялась знакомая аура, которую я видел, видел… Да у Милы же видел!
Это сирены! И сильные сирены!
Три великолепно одетые девушки остановились рядом. В платьях и блузках, стройные, высокие, грациозные. Всегда прекрасно одетая, с безупречными манерами, Мила рядом с ними выглядела как воробышек, убегающий от стаи соколов.
Справа и слева яркие блондинки, с правильными лицами и ослепительно-синими глазами. По центру русая, уверенная в себе женщина. Полные чувственные губки, прямой носик, чуть широкие скулы. Глаза зеленые, смотрит внимательно, не по-женски жестко. На шее на цепочке сверкает энергией артефакт, скрывающий ауру.
Парней таких я видел уже, на Алом и на Аркаиме. Полуголые качки с тупым взором, как псы, преданные своим хозяйкам. Разве что живых клинков на поясах не видно.
— Почему ты бежишь, дитя? — Ласково спросила старшая, вцепившись в меня взглядом. — Откуда ты, и как тебя зовут?
Тембр голоса изменился, по залу пронеслась волна энергии, ударившая в ментальную защиту.
Я поморщился, нарочито спокойно пригубил кофе. Таким же жестом, как и Черный барон, земля ему стекловатой.
А вот моя сирена не устояла.
— Меня зовут Людмила Иоанна Стафилос. Я с Пелориада, сестра.
— Где твоя старшая? — Волна сканирующей энергии возникла вокруг, Миро поставил помехи, но главное сирена рассмотрела. Рабскую метку скрыть крайне трудно, через все защиты светит, стремиться наладить энергетические каналы с хозяином.
— Ах ты… — Сирена сделала шаг вперёд.
Моя правая рука повернулась ладонью вверх, над пальцами проскочили синие искры.
Сирена остановилась, не отводя глаз.
— Мирослав Трегарт. — Представился я. — С кем имею честь?
И сразу ощутил, что меня изучают, внимательно, опасно. Выбирают место, в которое нужно всадить острый нож.
— Иоланта с Эфеса. Слышал ли ты обо мне?
— Нет. Прошу вас присесть и обсудить все наши дела за завтраком.
— Благодарю, Мирослав! — Иоланта грациозно присела, остальные остались стоять. Глаза сирены на миг стали больше, всего на миг заслонили для меня весь мир, и тут же приобрели свой обычный размер.
«Сильна, сучка!»
— Кофе, чай? — Я подвинул к сирене меню. — Кстати, почему вы преследуете мою подругу?
— Твою рабыню, ты хотел сказать? — Мило улыбнулась Иоланта, к меню и не притронувшись.
Мила замерла рядом, от девушки тянулись нотки испуга, приправленные любопытством.
— Ни коим образом. Я считаю Милу своей подругой.
— Индик? — Догадалась Иоланта. — Мирослав с Индиком. Надо же, не ожидала встретить столь знаменитого воина столь далеко от родных краёв. Знаешь ли ты, какая награда назначена за тебя на Пелориаде? За живого дадут в три раза больше.
Голос Иоланты нес ужас. Темный, густой, лишающий разума и воли.
— Ой, да как-то не интересовался. Кстати, если вы не будете давить на меня вашим Искусством, мы договоримся.
— Так уж и быть! — Рассмеялась Иоланта. — Мирослав, мы можем договориться! Я не отдаю тебя моим сестрам с Пелориада, взамен Людмила Стафилос уходит со мной. Великий воин, рада, что мы так быстро пришли к согласию!
— Я участвовал в том бою, в котором погибла сирена Тамара. — С улыбкой сказал я. — И не понимаю, почему моя подруга должна пойти с вами. Может, сначала спросим её желание?
— Ты издеваешься, козёл? — Рыкнула сирена. — Она же привязана к тебе! Не знаю, как так получилось, но на этом — все! Отдавай привязку, и Людмила отправляется с нами! Я так сказала!
— Мила, ты хочешь отправиться с этими девушками?
— Нет, господин. — Быстро ответила Мила.
В душе моей сирены бурлили чувства. Страх да, был. Но ещё сильнее любопытство, надежда, радость встретить таких, как она. Неужели кончились бесконечные скитания по мирам? Можно будет просто жить, жить среди своих сестер, привычной жизнью? И нотка грусти, сожаления. Никогда уже не будет так, как было?
«Гляди-ка, Вещи у нас нравится!»
— Почему она должна отправиться с вами? Объясни-ка мне, Иоланта с Эфеса. По какой причине я должен отдавать своего друга вообще кому-то?
— Потому что она наша сестра!
— Она родилась и выросла далеко от этих мест. Я видел, как её хозяйка рассыпалась пеплом. Так получилось, что метка привязана ко мне.
— Чего ты хочешь? — На лице Иоланты блеснула самодовольная улыбка. — Денег? Артефактов? Других рабов? У нас есть девушки-близняшки, с Пандоры, с развитой энергетикой.