Последний реанорец. Том V (СИ)
Эпицентр сгущающейся силы Габсбурга, как и весь Колизей был объят алым сиянием долгую секунду времени. Рассекающая само пространство сила уничтожала всё на своём пути. Клонов. Туман. Убойное заклинание Габсбурга. Так и самого Оттона. Ведь пришлась техника не на определенную точку, а на всю местность.
В один из моментов до ушей донесся душещипательный вопль, и после рыка боли туман стал рассеиваться еще быстрее, а несколько секунд спустя моим глазам предстал сам уникум. Правда, находился тот уже на коленях и еле сдерживался, чтобы не свалиться навзничь. Лицо и лоб были залиты градом пота и свежей кровью, а левой рукой тот удерживал огрызок или даже культю у самого плеча. Правая рука же валялась совсем неподалеку, точнее то, что от неё осталось.
— ГЛАЗАМ НЕ ВЕРЮ!!! НЕУЖЕЛИ ЭТО ПРАВДА?! БЕЛАЯ МОЛНИЯ ФРАНЦУЗСКОЙ ИМПЕРИИ И БУДУЩИЙ ИМПЕРАТОР АВСТРО-ВЕНГРИИ ПОВЕРЖЕНЫ КРОВАВЫМ ЛАЗАРЕМ! ДВА АРХИМАГА УНИЖЕНЫ ОДНИМ МАГИСТРОМ! ЧТО ЗА ПРЕСТУПНАЯ МОЩЬ ТАИТСЯ В СТОЛЬ ЮНОМ ТЕЛЕ?! ЧТО ОН НАМЕРЕН ДЕЛАТЬ ДАЛЬШЕ? НЕУЖЕЛИ… ОН… ОН…
А трибуны лишь сильнее бесновались от увиденного и вторили ведущему магу.
— КРОВАВЫЙ ЛАЗАРЬ!
— КРОВАВЫЙ ЛАЗАРЬ!
— КРОВАВЫЙ ЛАЗАРЬ!
От нахлынувшего удовольствия, жажды убийства, и адреналина, текущего по жилам окровавленные руки самопроизвольно коснулись лица и прошлись по волосам, а глаза медленно закрылись.
На всё воля Бездны…
— Селена, еще раз рыпнешься и я отрежу тебе руку, как и твоему дружку, ‒ с тёплой улыбкой проговорил я, когда девушка медленно начала приходить в себя и стала повторно обращаться к силе. ‒ Оттон, а ты не скули и захлопни пасть. Дайте мне насладиться этим чудесным моментом!
Вот только Валуа не внемлила моей просьба и продолжила совершать задуманное. На этот финт девки глаза мои открылись резко, а взор ужесточился.
— Я ведь сказал, мелкая дрянь! НЕ РЫПАЙСЯ! Дай насладиться моментом!
Сноп игл кровавой молнии Реанора…
Яростная молния почти мгновенно активизировалась на теле, а рука прямо из пространства вынула пять молниеносных игл и не глядя метнула их в сторону мелкой идиотки. В очередной раз раздался девичий визг и под сокрушительной силой игл та оказалась пришпилена к стене Колизея в районе бедра, груди и ребер.
А сделав несколько шагов к поскуливающему Оттону, выскользнувший из ножен джад вонзился тому в хребет, отчего парень вновь пронзительно закричал, и отпустив рукоять оружия грубо схватил того за волосы и потащил в сторону вопящей Селены.
— Понять не могу, как такое ничтожество как ты, стал андабатом? ‒ расслабленно начал я свою беседу под вой Габсбурга. ‒ Не будь меня здесь и Веймин разделал бы вас обоих как рыбу на разделочной доске. Ведь вы отбросы и слабаки.
— Ты… ты… тварь… ‒ сквозь мучительный вой проорал Оттон. ‒ Только посмей меня… убить. И тогда тебя… самого ждёт смерть.
— Ты и представить себе не можешь какова моя натура на самом деле, ‒ усмехнулся я, и дотащив этот вопящий огрызок плоти до нужно места, резко вытащил джад из его спины и приподняв австрийца за глотку, спокойно вонзил его тому в плечо, тем самым пришпилив Габсбурга рядом с Селеной, а в руках тотчас сформировалось громовое копьё. ‒ Так и быть, сдохните вы вместе. Надеюсь, этот урок вам запомниться. Передавайте привет Астору в аду.
— Нет… Нет… Не надо… ‒ зашептала сквозь муки боли Валуа, словно находилась в бреду. ‒ Не убивай… Нет… Нет… Дедушка спаси! ‒ завопила вдруг она, что было мочи.
Да так пронзительно, что весь Колизей затих от неожиданности и негодующе загомонил на её слова.
— ПРЕСВЯТЫЕ ОТЦЫ ИМПЕРАТОРЫ! НЕУЖЕЛИ НАС ЖДЁТ ПОКАЗАТЕЛЬНАЯ КАЗНЬ?!
— Увы, малышка, никто тебя не спасёт, ‒ усмехнулся я. ‒ Ты ведь слышишь их. Договор был. Теперь его необходимо исполнить!
— ДОСТАТОЧНО!
Копьё размашистым движением уже намеревалось снести головы обоих столпов, но в эту же секунду в уши ворвался свирепый рык, а внутренний мир всколыхнула чужеродная сила. Защитный купол Колизея был разрушен, а рука моложавого старика, что была окутана белесой молнией в спокойной манере остановила моё копьё-глефу.
Ах ты поганая венценосная шваль! Вот как оказывается. Значит, всё равно бы не дали мне их убить. Где твоя гордость правителя, кухаркин сын?!
— Де… душка… ‒ тихо прохрипела Валуа, сквозь кровавые слёзы.
Как по волшебству рядом с ним оказались еще двое, а за своей спиной я ощутил три не менее могущественные ауры. Уже знакомая чуть шершавая рука Романова легла тотчас на моё плечо. И весь Колизей от увиденного разом затих, даже не умолкающий ни на миг ведущий маг заткнулся.
Прибывшие ауры были воистину запредельными. Не знаю на каком точно ранге сейчас находится сам Всеволод и Потёмкин, но эти два хмыря передо мной, минимум грандмагистры.
Трепещи Ракуима! Чтоб я сдох! Твою мать! Всё-таки выползи из своих лож, уроды венценосные?!
— Как это понимать? ‒ с мерзкой улыбкой осведомился я, даже и не думая сбавлять натиска громового копья. ‒ Договор был. Они проиграли. Теперь его необходимо исполнить. Так ваши империи чтят законы и правила? Или действуете лишь по своим? Как сегодня в ресторане, да? ‒ едко заметил я.
— Прикрой рот, маленький ублюдок! ‒ процедил Рудольф, который не сводил глаз с почти бессознательного и еле живого Оттона. ‒ Не тебе нас судить!
— Обязательно прикрою, как только перережу глотки вашим внукам. Причем вашему внуку я его перережу тупым зазубренным ножом, медленно и с удовольствием, ‒ не остался я в долгу, и почти сразу ненавистный взгляд Габсбурга прошелся по мне с ног и до головы.
— Да, Рудольф, Франциск, Фридрих, ‒ раздался чуть шелестящий и насмешливый голос за моей спиной, и уже вторая рука неизвестного мужика легла мне на плечо. ‒ Как это понимать? Что за лицемерие? Где ваше достоинство правителей? И к чему ты сейчас оскорбил этого молодого человека? Договор подписан. Стихии его заверили.
— Их жизни принадлежат столпу Российской Империи… ‒ раздался очередной голос сзади. ‒ Не умрут сейчас, и за парня это сделает Катаклизм и их силы.
— Что ты хочешь, Всеволод, взамен их жизней? ‒ вдруг процедил зло Франциск, отведя от меня взгляд и посмотрев на Романова.
— Я? Ты сильно заблуждаешься, дружище, ‒ спокойно отозвался император, хлопнув меня по плечу. ‒ Их одолел Захар. Ему и решать.
Чтоб меня тавтонский жеребец лягнул. Да-да! Конечно! Так я и поверил. Намёк жирнее некуда. Сука! Сраная политика! В гробу я её видел! Но выбора нет!
— Чего тогда желаешь ты… парень? ‒ холодно поинтересовался у меня Валуа, скорчив гримасу недовольства. ‒ Проси, что хочешь. Мы выкупим их жизни.
— Мне бы хватило и их голов, ‒ с улыбкой ответил я старику. ‒ Но таким образом я проявлю неуважением к своему императору. А посему, ‒ и обернувшись к довольно скалящему после моих слов Романову заключил. ‒ Ваше величество, думаю, мне лучше переложить эту ответственность на вас. Главное, чтобы завтра не произошло нечто подобного.
— Так и быть, Захар, ‒ расплылся в широкой улыбке правитель. ‒ Я внемлю твоей просьбе. Не переживай. За завтрашней битвой мы проследим. Она пройдет по всем правилам и с договором жизни и смерти.
— Захар, ты достойный столп своей империи, ‒ вдруг обратился ко мне ассианин, лишь взглянув на того я понял, что это был Гуань-ди, а второй был император Индии Амрит. ‒ Поэтому можешь в любое время навещать Веймина. Я думаю, он будет рад твоему обществу.
Серьёзные мужики. Ничего не скажешь. С такими мне покамест не тягаться.
— Если получится, то обязательно, ваше величество, ‒ кивнул я с наигранной улыбкой.
— Кстати, Всеволод, ‒ вновь подал голос китаец. ‒ Я говорил тебе, что у меня есть прелестные дочери? Раз Ростиславу нельзя, так может парень согласиться. Одна краше другой. И все молоды. Только скажи и мы…
— Хватить, Гуань-ди, ‒ рассмеялся весело Романов. ‒ Позже всё обсудим, сейчас есть более важные дела. Не так ли… друзья? ‒ обратился тот к западникам с предвкушающей улыбкой, параллельно с этим активируя полог тишины. ‒ Можешь забрать своё оружие и возвращаться в зону, Захар. Остальное предоставь нам.