За порогом 5. Бег к горизонту

На самом деле объяснить по любым меркам взрослому уже человеку, нашедшему какое-никакое место в жизни, что вот именно сейчас ему нужно пойти научиться читать, писать и считать, оказалось весьма сложно. Естественной реакцией на такое предложение — пусть обучение будет даже бесплатным — был вопрос “зачем?”. И тут пришлось применять классический метод кнута и пряника — в качестве первого были повышенные оклады и ускоренные перспективы роста, а в качестве кнута — невозможность без определенного образовательного уровня занимать некоторые должности. В той же армии звание старшины уже было совершенно невозможно получить не будучи минимально грамотным.
Вот только отношения с самой девушкой Серов наладить никак не мог. Возможно, дело было в том, что его сердце все еще принадлежало другой, которую он два года пытался забыть, а возможно, дело было в супруге, которая видела в этом браке “продажу” себя за политические дивиденды.
Первые месяцы Александр еще пытался подобрать к графине ключик, а потом плюнул и стал относиться к сложившейся ситуации проще. В конце концов, далеко не все люди в браке счастливы и любят друг друга до безумия. Вот только осознание этого факта мозгом с пустотой в сердце справиться не помогало.
 Интерлюдия 1 
 
Когда люди произносят вслух слово «заговор», воображение мгновенно выталкивает на поверхность классические картины, нарисованные нам Голливудом: темные помещения, свечи, люди в масках о чем-то тихо перешептывающиеся, строя коварные планы.
На практике чаще всего, дело это выглядит куда прозаичнее. Хороший заговор, тот который реально претендует на что-то, а не просто является пустопорожней говорильней для золотой молодежи и фрондирующих деятелей искусства, должен иметь один главный руководящий и координационный центр. Опять же, должен же кто-то в итоге от всего предприятия получить прибыль. Не может же так быть, что в следствие какого-нибудь дворцового переворота в шоколаде остались все участвующие. Первое правило экономики: «всего на всех не хватит, потому что всего мало, а всех — много» — а значит кто-то должен пойти в первых рядах под пули и лечь в могилу за правое дело, а кто-то — занять теплое кресло.
— Граф ввел в Берсонзон дружину. Четыре сотни бойцов. Операцию пришлось временно приостановить: в такой ситуации продолжать действовать в том же ритме было бы слишком опасно. — Никаких свечей и темных балахонов: светлый, просторный кабинет, большой перетянутый зеленым сукном стол, за столом сидит совершенно непримечательной внешности мужчина и внимательно слушает отчет о проделанной работе. Ну а то, что работа весьма специфична, так это недостойные упоминания мелочи. — Работу с населением тоже пришлось временно свернуть.
— Я так понимаю, наша маленькая провокация не удалась, граф не повелся?
— Вы были правы, милорд, — подчиненный склонил голову признавая свою ошибку. — Никаких массовых репрессий не произошло, наоборот был запущен «официальный» слух о том, что якобы граф прислушался к мнению народа и ввел войско для защиты жителей. Неофициально же подстрекателей активно ищет стража и люди Диная, но, надо признать, делают это мягко.
— Я надеюсь на нас у них выйти не получится? — Хозяин кабинета вопросительно изогнул бровь.
— Нет, милорд. Все было сделано аккуратно, чужими руками, исполнители не знали и не догадывались, на кого они работают. На всякий случай им было скормлено несколько противоречащих друг другу историй. Пускай люди Диная разбираются что из этого правда, а что — ложь.
— В таком случае, сделайте паузу, пока все не утихнет. Неизвестность пугает сильнее всего. Когда дружинники уйдут из города можно будет продолжить.
— Я так и планировал.
— Хорошо, а что там наши друзья?
— Друзья бьют копытом и готовы выступить в любой момент, — усмехнулся докладчик. — Им даже денег предлагать не понадобилось, за возможность откусить себе в личное владение кусок земли они были готовы душу демонам продать. Был бы покупатель…
 
— Эти-то понятно, откуда у них совесть и честь, — скривился хозяин кабинета, как бы сетуя на то, с каким контингентом приходится работать. — А их бойцы? Кому они будут верны в случае кризиса?
— К сожалению, с уверенностью об этом судить сложно, тем более что до конца подготовки всего дела еще очень далеко…
— Минимум полгода.
— Да, и за эти полгода и все может поменяться. Скорее всего на открытое предательство они не пойдут, особенно если не случится ничего сверхординарного, но в случае смерти графа, непосредственные командиры повлиять на них, вероятно, смогут.
— «Вероятно», «скорее всего» — мне такой подход не нравится, — раздраженной мотнул головой сидящий за столом мужчина. — Во-первых нужно понимать точно. Во-вторых, после смерти графа нам их выбор будет уже не так принципиален. Необходимо, чтобы эти двое могли поддержать акцию силой изнутри в случае, если Серова устранить тихо не удастся и придется «пошуметь». Ты знаешь, что нужно делать: дай кому нужно денег, выкупи долги, придумай как повлиять на младших командиров. Только тихо — время еще есть и можно работать аккуратно.
— Сделаю, милорд.
— Что-то еще?
— Да.
— Вассалы графа. Вы говорили, что дадите санкцию на работу с ними отдельно. Не пора ли начинать?
— С ними уже работают, — мотнул головой хозяин кабинета. — Это не твоя забота.
На самом деле, при более детальном рассмотрении оказалось, что врагов у Серова более чем достаточно, и многие из них всегда готовы поучаствовать в создании не в меру активному владетелю дополнительных проблем. За пять лет граф оттоптал не одну мозоль. Иногда случайно, иногда сознательно, однако при определенном желании найти того, кто поможет — деньгами, людьми, магической поддержкой — в стремлении сделать жизнь фигуранта хуже и короче было проще простого.
Деятельную помощь оказал некий владетель с севера, у которого Серов отбил большую часть клиентов. Повод может не самый благородный, однако и удивляться тут нечему: золото во все времена было достаточным поводом…
— Хорошо, — кивнул подчинённый. — В таком случае прошу разрешение на начало работы по второму пункту.
Даже находясь наедине в кабинете, где, подслушать тебя никто не может, они по привычки избегали называть имена и раскрывать детали утвержденных ранее планов. Профессиональная деформация, как она есть
— Второй пункт… — сидящий за столом мужчина задумчиво отстучал по столешнице несложный мотивчик. — А не рано?
— Нет, милорд, в самый раз. В этом году еще и погода играет в нашу пользу. Малоснежная зима, сухая весна, а вот сейчас дожди начались нескончаемым потоком. Должно получиться хорошо.
— Нам это никак не повредит?
— Наши друзья заверили, что у них есть все средства, чтобы контролировать ситуацию.
— Тогда приступайте. Единственное… желательно сделать так чтобы граф связал это с Закрытым Королевством.
— Я подумаю, как это организовать, — кивнул подчинённый и, поняв, что разговор окончен, вышел из кабинета.
 Глава 3 
 
О том что год будет не очень урожайным, стало понятно еще зимой. Зима выдалась не слишком холодной — температура редко опускалась даже до минус десяти градусов — однако ветренной и малоснежной.
Вообще, Серов не переставал поражаться тому, насколько некоторые вещи абсолютно неважные для человека из двадцать первого века, являются определяющими в других жизненных обстоятельствах. Собственно, в этом ничего нового не было — «бытие определяет сознание», тут с классиком не поспоришь — однако интересно было наблюдать сдвиг этого самого сознания на собственной шкуре.
Кто, живя в огромном мегаполисе обращает внимание на зимние погоды? Выпавший снег оперативно чистится коммунальщиками — ну, во всяком случае, так должно быть — и редко вызывает что-то кроме раздражения. Температура упала — всего лишь повод «подкрутить» обогреватель и натянуть термобелье. Ветер? Зашел в метро — там всегда хорошая погода.