Мой неверный муж (СИ)

Лиана в принципе более ревнивая и присматривалась дольше: сначала к Паше, затем к нашей с ним дочери, своей сестренке. Но Милена была настолько очаровательным и «легким» ребенком, что ее обаянию сложно сопротивляться, тем более, что для Мили сама Лиана стала образцом для подражания. Сколько косметики, туфель и нарядов этот ангел перетаскал из спальни сестры!
— А где Марат? — забежала в столовую, где был накрыт фуршет. Закуски привезли из ресторана, но моя мама все равно поправляла, добавляла, а что-то в принципе переделывала. Она нашла себя в кулинарии и даже на этой почве мужчина появился. Они жили вместе в нашей квартире и готовили вкусняшки. Два одиноких человека решили скрасить друг другу старость, я была только за! Мама счастлива — что еще нужно?!
— К дочери поднялся, — ответила мама Жанна. С бывшей свекровью у нас были отличные отношения: она с моей младшей дочерью нянчилась, как с родными внуками, а Милена ее называла не иначе, чем бабушка.
— Я не заметила, — кивнула и поспешила к двери. Мой свекор, отец Паши, обещал выкуп за невесту брать и не пропустит, пока в истинности чувств жениха не убедится. Нужно спасать Дамира!
Паша сам из простой семьи, очень доброй, домашней душевной. Он своей головой добился головокружительных карьерных высот и первым делом обеспечил маме с папой достойную жизни и старость. Я очень легко сошлась с ними: внучку они обожали, а к нам никогда не лезли и жизни не учили. Я вообще в этом плане фартовая: обе мои свекрови — золотые женщины!
Холл заполнили шумные татарские гости из Питерской диаспоры. Смех, веселье, шампанское. Я повернулась и увидела, как Марат под руку ведет нашу дочь в изящном белом платье. Мы обменялись с ним взглядами. Да, время шло, все менялось, но одно оставалось незыблемым — мы с ним родили и вырастили прекрасных детей…
— А сейчас предлагаю нашей дружной компании почтить родителей наших молодоженов! — объявил тамада. Затем нас с Маратом и родителей Дамира пригласили в центр зала, и заиграла медленная красивая мелодия. Мой партнер умело повел в танце.
— Ты плачешь? — тихо шепнул, разглядывая мое лицо.
— Старею и становлюсь сентиментальной, — пошутила я. — Лиана такая юная и хрупкая. Не могу пока представить ее женой.
— У нее твой характер, Полина. А ты была старше всего на два года, когда за меня выходила. И вообще, если что, я ему причиндалы оторву.
— Сами разберутся, — миролюбиво произнесла. Это их жизнь: наше дело просто поддержать.
Мы с Маратом неспешно кружились, а я взглядом скользить по залу. Милена в золотом кружевном платье убегала от Рафаэля. Они бывало гостили вдвоем у мамы Жанны и достаточно подружились.
— Миля очень на тебя похожа, — услышала тихое. — Только кудряшки как у твоего Реутова.
Я и не ожидала, что Паша и Марат подружатся. Они прекрасно существовали в игноре, контактируя минимально.
— Твой сын ей прохода не дает! — шутливо попеняла.
— У него хороший вкус! Что тут сделаешь! Милена вся в тебя.
— Нет, — покачала головой. — Характер у нее в папу, — и нашла взглядом своего мужа. Он стоял с обнимающимися Дамиром и Лианой. Они болтали и смеялись. К нему в объятия прыгнула Милена, спасаясь от своего темноглазого преследователя. — Я так люблю их, — посмотрела на Марата. Когда-то я не хотела снова рожать, декрет, пеленки, а сейчас не представляла жизни без солнечной девочки и мужчины, который мне ее подарил, а я ему. Взаимное благословение.
— Я вижу, — улыбнулся Марат. — У тебя глаза блестят. Женщина с сияющими глазами… — закружил меня еще пуще. Я случайно встретилась глазами с Алией: она что-то внушала сыну и показывала на его отца. Трепку, что ли, от Марата баловнику обещала?
Алия лично для меня удивительная женщина. Она не просто вышла замуж за мужчину с ребенком, она стала ему матерью. Единственной и настоящей. Полюбила как своего и стала ему самой родной.
— Осуждаешь?
Я повернулась и внимательно посмотрела на Марата. Конечно, я понимала, о чем он и все же…
— В смысле?
— В том смысле, Поль, что я всех своих детей женам раздал, — криво улыбнулся.
  
— В нашей стране детей оставляют с матерью, — пожала плечами. — Ты адвокат, и без меня это знаешь. Алия единственная мать, которую Раф знал. Ты поступил в интересах ребенка. Это правильно.
— Как так вышло, Полина? Я всегда любил детей, а получилось, что для всех стал воскресным папой.
Эх, Марат… Прошло много лет с нашего разрыва, и я смотрела на него совсем другими глазами. Марат Загитов всегда был и определенно есть и без всяких сомнений будет немножко эгоистом: как ОН себя чувствует, как ЕМУ от этого дискомфортно, что о НЕМ думать будут? Такой вот человек. Это нельзя выправить, это черта характера.
— Марат, — смахнула невидимую пылинку с его плеча, — ты сегодня выдал замуж дочь. Разве Лиана не плакала у тебя на плече и не обнимала?
Марат просиял, приосанился, в глазах довольство. Мы были женаты когда-то, и я помнила, за каким ухом его чесать.
— А Рафаэль тебя очень любит, но мама — это мама, сам понимаешь.
— Ильдар прямо с твоим Реутовым такие друзья, — кивнул на оживленно болтавших мужчин. Моих. А с ними и Ренат Черкесов. Они с детства с Илем дружили и последние полгода готовили бизнес-план по своему IT-стартапу. Мой муж помимо основной деятельности председательствовал в крупном банке и хорошо разбирался в венчурных инвестициях. Что Иль, что Ренат могли запросто занять денег у семьи. Уверена, Марат не отказал бы сыну в финансовой помощи, но для Ильдара было важно самому стартануть. Когда мы с командой открывали «Эдем», я думала также. И до сих пор придерживалась этого мнения. Поэтому с мужем деловых отношений не имела, исключительно любовные.
Паша действительно очень хорошо общался с моими старшими детьми. Он в свое время выбрал правильную тактику: не навязывал дружбу и, упаси боже, не пытался занять место их отца. Это сработало. Они приняли моего нового мужчину. Думаю, еще сыграло понимание у двойняшек, что мы с их отцом не будем больше вместе, что в эту сторону не нужно оглядываться. Мы все научились смотреть вперед.
В компанию мужчин влился и Давид. Они с Пашей уже много лет партнеры, но Черкесов постепенно отходил от бизнеса, передавая управление старшему сыну. После смерти Адама Данияровича никто долго не мог удержаться на месте главы диаспоры, но два года назад это место четко закрепилось за Давидом. Я лично ко всему этому имела весьма опосредованное отношение, но мне верилось, что он поднабрался и силы, мудрости, и понимания. И он точно понял ценность женщины в своей системе координат, значит, и руководить анклавом будет справедливо. Уже шесть лет как Лота ушла, а Давид больше так и не женился. Вроде бы и улыбался, внуков нянчил от старшего сына, работал, жил, а глаза всегда грустные. Да, жизнь страшно несправедливая штука.
— Музыка закончилась, — к нам подошел Паша и протянул мне руку. Я с улыбкой обняла его. Бдит! Он не ревнивый, но как в том анекдоте «хату спалит»! Паша меня прекрасно знал: я слишком обожженная предательством, чтобы самой опуститься до измен. И в нем я уверена на миллион процентов. Но относительно Марата… Много лет прошло с того утра, когда встретил меня в лифте в разорванной одежде. Порез на руке зажил, но остался маленький шрамик. Паша целовал его: я давно забыла и отпустила, а он помнил. Он доверял мне, но до сих пор не доверял моему бывшему мужу.
— Поль, мои родители хотят Милю забрать к себе в Подмосковье на пару недель, ты как?
— Только рада! — рассмеялась, выходя с мужем на воздух. Август, второй класс не за горами и даже школьный чат снова ожил. О да! Я вновь проходила через это, но для пущей вовлеченности добавила в него отца своей прекрасной дочери. Он вышел из группы. Его хватило ровно на день, а ведь школа еще даже не началась!
Паша сказал, что он ничего не понимает, видите ли! Два высших образования, успешная карьера, а в школьном чате разобраться не смог! Это какой-то парадокс всех мужчин!