Не та война (СИ)

— Вирен с крейсерами нас догнали, ваше императорское высочество, да еще подходят «Ушаков» и «Память Азова», совсем рядом дымят, торопятся на помощь. С последних невелика поддержка, в линию опасно ставить, а вот наши крейсера могут разделать «девонширы». Тех всего пара, а у нас полудюжина — и по числу стволов каждый не уступает.
— Вы правы, Николай Александрович, — негромко произнес Сандро, напряжение схлынуло, и он почувствовал, что за день совершенно вымотался, еле стоя на ногах, хотя всего сорок лет от роду. И спросил о том, что его больше всего тревожило в данный момент.
— Как вы думаете, война с Британской империей начнется?
— Скорее да, чем нет. Потопление нового большого крейсера, каких у англичан не так и много, уже является «казус белли». И поверьте — нас в этом и обвинят. Представляю, что напишут об этом «инциденте» в газетах.
— Ничего хорошего там не напишут, Николай Александрович. И вы правы — это повод к войне, в Лондоне поняли, что без их помощи японцы нас уже не одолеют. А продолжать передавать корабли бессмысленно — у наших узкоглазых врагов для них нет экипажей. Сами подсчитайте, сколько их отправилось на дно вместе с командами. Даже у нас обученных моряков не хватает, почти весь запас уже выбрали, а новобранцев долго готовить нужно. Так что начнется война — у меня тут нет сомнений.
Александр Михайлович замолчал — теперь он с пронзительной ясностью осознал, что война с Британской империей неизбежна. И как она пойдет тоже понятно — русский флот блокируют во Владивостоке и Дальнем, у «владычицы морей» много броненосцев, а вспомогательные крейсера под Андреевским флагом перетопят как паршивых котят. А дальше…
— Прах подери, чего раньше времени заупокойную петь!
От неожиданно пришедшей в голову мысли он подумал, что обезумел. А когда осознал насколько реально ее воплощение в жизнь уже через двенадцать часов, то выругался от души. Такой отчаянно-бесшабашной дерзости, когда на кон ставится все, вряд ли от них ожидают…
Вот так без объявления войны адмирал Горацио Нельсон атаковал и уничтожил датский флот 2 апреля 1801 года. «Международные отношения» обогатились глаголом «копенгагировать»…
 Глава 28 
— Господа, война с Англией неизбежна, поверьте мне на слово, особенно после того наглого ультиматума, который нам сегодня выдвинули, и сражения, что состоялось. И хотя мы потопили вражеский броненосный крейсер, да-да, именно врага, но это еще не победа. А раз война неизбежна — а последний раз мы воевали полвека тому назад, и мой отец принимал в ней участие, как и ваши, то не лучше ли нанести по нашему вековому недоброжелателю один крепкий удар, и сразу же захватить инициативу в коалиционной войне. И окончательно овладеть Желтым морем⁈
Александр Михайлович обвел взглядом собравшихся за столом адмиралов и капитанов 1 ранга, которых доставили на флагманский броненосец миноносцы, ставшие посыльными авизо. Сейчас, еще при свете солнца, уже клонящегося к закату, русская эскадра ползла, именно ползла на нескольких узлах к Квантуну, команды занимались необходимым ремонтом — на море нужно быть готовым к бою в любой момент.
— Я предлагаю немедленно, этой же ночью, атаковать корабли Ройял Нэви в Вей-Хай-Вее, там будет, как вы понимаете, немало целей для наших торпед. Напасть решительно, даже если мы потеряем половину миноносцев, но потопим половину броненосцев и крейсеров, мы захватим полное господство на Желтом море, как я говорил вам уже. Более того, если утром наша эскадра атакует неприятеля на внутреннем рейде и потопит оставшиеся корабли, которые будут ночью неповрежденными, то мы сможем высадить десант и захватить столь важный для нашего врага порт, который англичане используют в качестве летней якорной стоянки своего флота. А ведь в случае успеха, совсем ведь иная война начнется. Вы как думаете, господа?
 
Адмиралы и офицеры переглянулись — страха на лицах не было, все понимали, что война фактически началась, и первое сражение с Королевским Флотом это ясно показало. Зато улыбки появились, причем у многих хищные и злорадные, выразительные. Вирен с Эссеном чуть ли не оскалились — крейсера под их командованием дрались как одержимые.
— Давно пора джентльменам укорот дать, ваше императорское высочество. А то обнаглели — посчитали нас трусами!
Миклуха чуть ли не заскрежетал зубами — именно благодаря его командованию удалось нынче с честью выпутаться из ситуации. И как никто другой показал себя адмиралом, способным повести эскадру.
— Атаковать неприятеля — это единственный шанс получить значимое преимущество как минимум на семь недель, пока здесь окажется средиземноморская эскадра. И это самый минимальный срок, считаю, что для перехода броненосцев потребуется не меньше двух месяцев. А за это время можно все японские прибрежные воды в «суп с клецками» превратить.
— Не думаю, что вся британская эскадра сейчас в Вей-Хай-Вее. Там якорная стоянка и ничего более. Половина броненосцев пошла в Японию на ремонт, не меньше. Чего им сейчас боятся — они ведь прекрасно видели, что мы к Квантуну пошли. Так что там сейчас полдесятка броненосцев, не больше, и несколько крейсеров. А с ними мы справимся!
— Простите, ваше императорское высочество, но если решили высаживать десант, то нет нужды топить вражеские броненосцы. Достаточно одной торпеды и корабль сядет днищем — глубины там небольшие. Этого достаточно, чтобы потом завести пластырь и откачать воду, а сам корабль позже на буксире привести в Дальний. Что касается высадки, то ее можно начать прямо с миноносцев — англичан там пара сотен, а китайцы как солдаты чрезвычайно плохи. Нам хватит десантных команд, чтобы быстро захватить порт и старую крепость — вряд ли там окажут серьезное сопротивление.
— Я думаю, Николай Оттович прав — броненосцы пришли из японских гаваней, в Вей-Хай-Вее нас поджидали. Мы просто не столкнулись с британцами в море, где-то с ними разминулись. А так да — лучше повредить на стоянке, а там взять в качестве приза. Даже если удастся быстро отремонтировать хоть один броненосец, эскадра получит серьезное усиление.
— У нас мало времени, господа. Мы должны выработать план нападения, и решить, как дальше действовать. И отправить радиограммы в Дальний, там уже готовы к выходу подводные лодки и миноносцы. А потому будет лучше, если каждый из присутствующих возьмет на себя решение части общей задачи. Николай Оттович, у вас неплохо получилось торпедирование «Ринауна». А потому прошу возглавить ночную атаку миноносцев, вы сможете это сделать, и тут на вас возлагаю определенные надежды, — Александр Михайлович пристально посмотрел на поднявшегося со стула Эссена — моряк откровенно обрадовался…
— Плохо, что приходится планировать атаку за считанные часы, вот так, буквально на коленке. Но мы сделали все что смогли, — начальник штаба посмотрел на великого князя красными воспаленными глазами. Сандро чувствовал себя гораздо лучше, поспал в кресле пару часов как убитый, и потому взглянув на Матусевича, негромко сказал:
— Ложитесь отдыхать, Николай Александрович, поспите хотя бы полтора часа — время у нас есть. С утра будет бой, и вы должны быть отдохнувшим. Когда адмирал вымотался, то велик риск ошибки, а вы к тому же еще не оправились от ранений. Так что спать — и этот приказ не обсуждается. Через два часа вас разбудят, мы будем на подходах к Вей-Хай-Вею, и начнем получать радиограммы от Эссена. Хоть знать будем, что там происходит, и каковы результаты ночной атаки.
— Благодарю, ваше императорское высочество, — Матусевич поднялся со стула, и чуть пошатнувшись, вышел из адмиральского кабинета. Броненосец шел к английской стоянке на девяти узлах, крался — зато никаких искр из труб быть не могло, теперь требовалось быть осторожными. Одно дело если там половина вражеских броненосцев, но если вся эскадра, то с утра грянет настоящее сражение, в чем никто не сомневался. Для атаки собрали все миноносцы, бывшие на ходу — таких набралось с полтора десятка, считая с минными крейсерами. Да еще вышло из Дальнего и Порт-Артура с десяток «газолинок» — закупленных в САСШ два года тому назад маленьких миноносок с двигателями внутреннего сгорания, вооруженных 18-ти дюймовым торпедным аппаратом и 47 мм пушкой Гочкиса. Новинка понравилась, так что заказ удвоили — вот только готовых к выходу оказалось мало. Так что оставалось только надеяться, что отчаянный капитан 1 ранга Эссен, с радостью оставивший мостик «Очакова», получит за эту атаку «орлы» на новые погоны. Тут и другие награды можно дать — хоть златом осыпать.